Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова Страница 8

Магический огонь, если он не сотворен кем-то из родственников, близких по крови, обжигает так же сильно, как обычное пламя. Если он доберется до моих ног, то ожогов не избежать. А загасить его мне не под силу.

Змея доползла и на секунду замерла, словно примериваясь, куда лучше укусить. Я почувствовала, как по щекам потекли слезы. Хуже некуда. Теперь все увидели, что я мало того что пустышка, так еще и жалкая плакса.

Огонь перекинулся на подол платья. Я вскрикнула, когда почувствовала, как искры больно жалят мои голые ноги.

Мне казалось, что все это продолжается вечность. На самом деле, как я потом поняла, длилось все не дольше нескольких секунд. Конечно, кураторы прекратили бы эти недопустимые выходки, они просто не успели. Кое-кто оказался быстрее.

– Хватит! – крикнул за спиной мужской голос.

Я почувствовала, как воздух в столовой будто вздрогнул, а потом ощутила странную сухость во рту, даже сглотнуть было нечем. И слезы на щеках мгновенно испарились. И вдруг прямо из воздуха, из ничего, плеснула вода, накрыла огненную змею, заставив ее зашипеть от нерастраченной злости и сгинуть без следа.

Я обернулась и увидела Рана, вскочившего на ноги. Его темные глаза сузились от злости. Я поняла, что это он забрал всю влагу, какую было возможно, чтобы превратить ее в воду и залить огонь.

Студенты закашлялись, глотая воздух раскрытыми ртами, как рыбы. Сухой воздух застревал в легких, дышать было буквально нечем. Все бросились прочь из столовой.

Ран, не говоря больше ни слова, тоже пошел к выходу. Я сначала замерла на месте, а потом стремглав кинулась вон. Хотелось остаться одной. Спрятаться ото всех, чтобы меня больше никто никогда не нашел.

Я бежала по темным аллеям небольшого сквера, окружающего центральный корпус, по тропинке вдоль озера, по кирпичной дороге, ведущей в мой новый дом. Уже стемнело, на безоблачном небе сияли звезды, но я только на мгновение подняла голову. Любоваться ими сейчас не было ни малейшего желания. Я знала, что в первую ночь – ночь Встречи – студенты будут гулять до утра, будут жечь костры, петь песни и веселиться. Даже начало занятий перенесут на обеденное время – преподаватели знают эту традицию и уважают ее. Но я свою первую ночь проведу в маленькой комнате в одиночестве и темноте. Огневикам не дают свечей, ведь каждый из нас сам может создать для себя светильник. Каждый, кроме меня…

Я опрометью взлетела по лестнице, оттолкнув незнакомую девушку, случайно попавшуюся на пути, забежала в комнату и захлопнула дверь. Сердце колотилось, воздуха не хватало, глаза пекло от невыплаканных слез. Я рухнула на кровать и обхватила колени руками. Не усну, наверное, до утра, так и буду без конца прокручивать в голове эту сцену – огненная змея ползет ко мне, а все стоят и просто смотрят.

Дверь тихонько приотворилась. Проклятие, я снова забыла ее запереть. Я подняла голову, вглядываясь в темноту, на мгновение показалось, что это пришел Ран. Но это был не он. С руки незваного гостя спорхнул огневик, взлетел под потолок, освещая все ровным матовым светом. Я увидела Грету, стоящую на пороге. В руках она держала охапку свечей.

– Вот. Это тебе, – сказала она неловко.

Протянула свечи, но, увидев, что я не шелохнулась, пошла вперед и положила их на стол.

– Если тебе интересно, Викара наказали. Ваш куратор отправил его под домашний арест на трое суток. Так что ночь Встречи он пропустит.

– Мне неинтересно, – буркнула я. – Зачем ты пришла? Никто из вас меня не защитил!

Грета дернула плечом. Присела на край кровати. Молчала какое-то время, потом примирительно сказала:

– Все произошло так быстро. Мы просто не успели. Мы защитили бы. Какая бы ты ни была – ты наша сестра.

Теперь настала моя очередь молчать. Грета не уходила, сидела, подперев голову кулаком.

– За что они так со мной? – наконец произнесла я. – Я не сделала ничего плохого.

Грета вздохнула.

– Просто они боятся.

– Боятся? Меня?

– Не тебя, глупая, а твоей участи. Самое ужасное, что может произойти со стихийником, – это потеря дара. Ты не поймешь, ты живешь с этим с рождения. Это… Как если бы в один момент лишиться всех органов чувств. Ослепнуть, оглохнуть… Жутко страшно. А ты ходишь среди нас…

– Калека несчастная, – закончила я ее мысль. – Вдруг заражу кого своей бездарностью. Так?

Грете было неловко, но она кивнула.

– Они не правы. Такое здесь не разрешают. Никто не имеет права так поступать… Вот Вика наказали – больше не осмелятся…

– В открытую надо мной издеваться. Будут издеваться исподтишка. Так ведь?

Грета поднялась на ноги. Кажется, она уже была не рада, что пришла. Ее начал раздражать этот разговор.

– Не знаю, Кора. Откуда мне знать. Спокойной ночи.

Она даже не посмотрела на меня, когда выходила за дверь. Огневик под потолком лопнул, как мыльный пузырь. Я снова осталась одна в темноте. Правда, теперь у меня были свечи, и стало немного легче на душе.

Глава 6

Только не влюбляйся

Я думала, что этот случай совсем меня подкосит. Засыпая, была уверена, что утром не смогу открыть глаза, что мне будет плохо и грустно. Но удивительное дело – проснулась я решительно настроенная не сдаваться. От злости, наверное. Пусть я для них калека несчастная. Пусть я никогда не стану настоящим стихийником, но это не значит, что я должна плестись в конце и безропотно принимать издевки и тычки. Докажу всем, что хоть дара у меня нет, но все предметы, которые не касаются магии, я смогу сдать на «выше всяких похвал». Они думают, что я бездарница и пустышка, но мозги-то у меня на месте, да и сила воли, надеюсь, присутствует.

Первым делом надо переодеться – вчера я как была в обожженном форменном платье, так и уснула в нем. Платье все равно потеряло всякий вид, хорошо, что есть второе такое же.

Я подошла к шкафу, куда вчера с трудом затолкала вещи, но в этот момент в дверь постучали. Сегодня непрошеный гость, кто бы он ни был, не пытался вломиться без приглашения. Странно, кто бы это мог быть в такую рань. Я не сомневалась, что после ночных похождений – я всю ночь вздрагивала то от песен под окном, то от взрывающихся петард – никто не выйдет из своих комнат раньше обеда. И не спится ведь кому-то.

За дверью обнаружился Ран, свежий и бодрый. Рядом с ним стоял заспанный Димер,