Методика выживания - Юрий Анатольевич Здоровеющий Страница 76

Станислав действительно присмотрелся внимательнее. Верно. Те из карателей, кто находились в момент ПСИ-атаки Родимова хотя бы на небольшом расстоянии от него, падали без единого движения.

– И что это значит, док?

– А то, дорогой мой, что ваша атака была рассчитана на большую аудиторию. Вы изначально намеривались атаковать не только тех, кого видели, а наносили удар по максимально возможной площади. Мне кажется, это была и не атака. У вас, командор, очень давно не было подобающей тренировки, тем более практики. Вы частично утратили навыки применения бесценного дара. Контроль над ним. Отсюда и перебор. В стремлении обезопасить «ведьм» и сопровождаемых ими детей, вы просто выплеснули на врага всю свою ненависть. Тем, кто стоял рядом с вами, можно сказать, еще повезло. Их зацепила начальная волна. Основная мощь досталась другим. Если первые испытали жуткую головную боль перед тем, как их мозг взорвался внутри черепов, то внутри остальных врагов мозга вообще не осталось, даже костного. ПСИ-энергия его выжгла дотла. И взгляните на стойки переносных ограждений. Искореженные, словно их кто-то тисками сдавил, еще и расплющил. Обратите внимание, они деформируются по мере нарастания вашего ПСИ-давления. Особо прочная легированная сталь!!!

Затем профессор переключился на камеру Изабеллы. Снайперу с высоты ее позиции был хорошо виден весь склон. И Моне покидала свой пост последней, поэтому удивленный окрик Мойры, упомянувший человека-паука, застал француженку еще наверху скального выступа.

– Смотрите! – продолжал док. – Смотрите туда, дальше вниз.

Станислав и сам застывшим взглядом уставился на экран. Он был не просто удивлен, он был ошарашен, причем до такой крайней степени, что даже приоткрыл рот.

В пылу боя Родимов не мог видеть основание подъема горы, зато теперь хорошо понимал, что же так взбудоражило профессора, и грохот какого взрыва он слышал в завершении операции.

К началу его атаки от сгоревшего лагеря сопротивленцев взлетел винтокрыл и направился к очагу нежданного боя, но не успел окончательно набрать высоту.

И все же, не факт нарастающей опасности так привлек командора. Вовсе нет! В данный момент Станислав наблюдал за врагом глазами Изабеллы Моне. Исключительная возможность. О, да! Вот она, уникальная способность «ведьмы».

«Шип Розы» не просто отслеживала движение винтокрыла через мощную электронную оптику снайперского прицела. Уникальное зрение девушки само работало подобно портативному астрономическому телескопу.

Моне отчетливо различала ярко выраженные черты лица пилота карателей и уже готовилась к выстрелу ему в лоб. Но этого не потребовалось. Попав под волну мощного выброса ПСИ-энергии, пилоты мгновенно погибли, а винтокрыл рухнул. Вдребезги разбился об камни.

– Такого, Станислав, я никогда не только не видел, но и не слышал ни от кого из коллег, – восторженно заключил док. – Понимаете, по моим приблизительным подсчетам, вы выплеснули на головы «комиссаров» порядка двухсот петабайт направленной ПСИ-энергии… Парадокс… Не хочется мне сейчас перегружать ваше сознание. После полноценного восстановления мы с вами обязательно пообщаемся. И потренируемся. У меня нет ни малейшего желания, видеть вас в нынешнем состоянии снова.

В сосредоточенное лицо Станислава смотрели сияющие искренним восхищением, но все же усталые глаза дока.

– Не понимаете? – смягчился профессор. – Коротко поясню. Чтобы убить всех ваших врагов в тот самый момент, вам бы хватило десятой части выданного заряда. Вы их буквально сожгли, командор. И что же вы хотите? Разумеется, ваш организм требует восполнения затрат. Так что отдыхайте и набирайтесь сил. По возвращении адмирала я ему сообщу о вашем благополучном пробуждении. Командующий очень переживал. Несколько раз навещал заместителя лично, но не дождался. Отправился с вашими «крестниками» на материк. Совет принял решение, пристроить детей вместе с той женщиной, Салимой, в одной из наших колоний для беженцев на территории Индии. Так что за них не волнуйтесь.

Профессор выключил ноутбук. Поднялся, намереваясь откланяться. У самой двери задержался.

– И постарайтесь не слишком злоупотреблять гостеприимством, командор. Желающих попасть к вам на аудиенцию целая очередь.

Простившись, Джонатан Картер покинул жилище Родимова.

В полном одиночестве командор не мог слышать того, что происходило снаружи. Надежная шумоизоляция поглощала все звуки, по этой причине Стас не был готов к визиту Кимберли. Пилот появилась в спальне начальника не иначе как по волшебству.

– Привет, командир! С пробуждением.

Вид у нее был такой, словно она заготовила пламенную речь или вознамерилась спеть шефу парочку торжественных дифирамбов. Ни то, ни другое не прибавило бы настроения Станиславу, и он остановил Кимберли загодя.

– Только не нужно вливать в мои уши очередное ведро хвалебного пафоса. Оставим это для будущих вакханалий.

Кимберли прошла в глубину помещения. Присела на стул возле столика Картера и потрясла головой.

– Не дождешься, – игриво ответила женщина. – Не стану я тебя хвалить за то, что полторы недели валяешься без сознания. Перепугал нас всех. И к тому же, думается, твой лечащий врач уже успел проинформировать пациента о подвигах. Я зашла поздороваться, передать приветы от девочек, справиться о самочувствии, самой взглянуть на того, кого считаю хорошим другом. Но, если мой визит тебя так раздражает…

– Ага! – подхватил Стас. – Что меня действительно раздражает, так это то, что со мной разговаривают как с младенцем. Верь мне, верни свою задницу на стул и просто дай на тебя посмотреть.

Кэми снова присела. Почувствовала, как краснеет.

– Соскучился, что ли?

– А как ты думаешь? Девчонки где? Чем занимались все это время?

– Тут они все. После тренировки договорились вместе к тебе пойти. Пропустили меня одну. Адмирал, по строгому настоянию Картера, поставил комендантский пост у прохода к жилым блокам высшего командного состава. Теперь в это крыло по своей воле не сунешься. Никого не пропускают. Нас информацией снабжал Эрвин. Дважды на день к тебе заходил. И Картер, конечно. Мы тоже соскучились, командир.

Родимов усилием воли приподнялся. Поправил легкое одеяло и взял Кимберли за руку.

– Комендантским рейнджерам от меня передашь, чтобы тебя и бойцов подразделения «ведьм» пропускали в любое время.

– Не выйдет, – отрицательно повела головой Кэми. – У них приказ адмирала. Так что, шеф, прости… Но о том, что командор-майор в порядке, идет на поправку и скучает по подчиненным, я «ведьмам» обязательно передам.

Огорченно вздохнув, Станислав вынужденно согласился. Вдруг его мозг уловил всплеск сомнения, исходивший от Кимберли, словно бы женщина никак не решалась