Ковчег 5.0. Межавторский цикл - Руслан Алексеевич Михайлов Страница 72

Сам я не полез в воду, но заглянул в… даже и не знаю. Еще одна гигантская бочка, на которой радостно попрыгал шизанутый великан. И сразу наткнулся взглядом на несколько плоских и при этом пузатых пакетов размером с ладонь. Так же тюбики, знакомые очертания жестяных банок.

Дальше я не думал. Молча вытащил из кармана несколько пакетов и принялся собирать урожай космической еды.

Борщ в пакете. Какие-то фруктовые палочки. Мясные консервы. Сок ананасовый и сок вишневый. А вон еще пакетики и тюбики. И консервы россыпью. Собрать надо все. Девяносто процентов сдам в общак,… десять заберу себе.

И снова «шкурный интерес» — мы начинаем грести не только под всех, но и под себя тоже.

Сейчас я отдаю девяносто процентов находок, остальные поступают примерно так же.

Потом мы начнем отдавать по восемьдесят процентов.

Потом по пятьдесят.

А потом будет приравнивать трофеи к налогам — десятину им, остальное мне.

Я уверен — к этому и придем, если община будет развиваться.

— Что там у тебя, Жирдяй? — крикнул Влад.

— Космическая еда! — крикнул я в ответ — Разная! Тюбики и прочее разное.

— Понял! Слушай, пару тюбиков и прочего для меня подбери, а? Для меня, для дочи Ирины и для Милы.

— О как — удивленно буркнул я — Хорошо! Отложу тебе космический подарок!

Доча Ирина? Это ладно. Он девочку нашел, он ее привез. Влад мужик правильный, ответственность должен чувствовать. Да и привязался, наверное, к ней. Но Мила? Неужто так быстро люди начинают сближаться? Всего-то ничего времени прошло с момента появления Влада. Или… может наш автомеханик решил таким образом начать ухаживание? Вот это наиболее вероятно. Ладно. Это дело не наше. Но вот тюбик с клубничным вареньем я отложу для Леси…

— И мне! Чего-нибудь! — попросил Ури, причем именно попросил, а не потребовал — чувствовалось по его тону. С понятием оборотень.

— Корм Педигри? — предположил я вслух, не желая поддеть оборотня, но желая проверить его реакцию.

— Ой, ну очень смешно! Вот просто очень! — заорал в ответ вольфар под дикий хохот всех мужиков. И Леонор смеялась вовсю — думаю, уловила слово «педигри» и поняла суть.

Нормальная реакция.

— Мне ананасов бы! — продолжил Ури — Прям хочу, не могу…

— Посмотрю — пообещал я, разгребая обломки. О… отвертка интересная. В кармашек ее. Вдруг потом у автомеханика Влада на что-нибудь выменяю. О как изменилось мое мышление — бывшего жирдяя флегматика домоседа.

Мы ушли от морского берега только через два часа, причем уходили мы очень тяжело нагруженными и пешком — машина была забита полностью.

Перед самым нашим уходом случилось еще кое-что, изрядно меня перепугавшее и заставившее задуматься.

Случилось вот что:

Я как раз покончил с поиском мелочей и принялся отдирать от одного из обломков лист отошедшего металла, когда из прибрежных волн, прямо на берег, выскочило два морских создания разом. Мы этому только обрадовались, взглянув на жирные бока какой-то неизвестной двухметровой толстолобой рыбины с губастым ртом и другую, странно тонкую, с блестящей чешуей, удлиненным рылом и костистым спинным плавником. Морской хариус?

Послышались радостные крики — еще бы, столько мяса выплеснуло на пляж. Но очень быстро тональность криков сменилась на тревожную и даже испуганную.

Ибо обе рыбы затряслись в диких конвульсиях ничуть не напоминающих обычное трепыхание подводного создания в чуждой ему стихии. Тут было что-то другое, мы явственно услышали противный хруст и щелканье. Выгнувшиеся рыбины ужасали своими выпученными глазами и разинутыми пастями — казалось еще чуть-чуть и бессловесные и вечно безмолвные создания зайдутся в диком крике. Не будь конвульсии достаточно медленны, я бы решил, что через несчастных рыб пропустили мощнейший электрический разряд.

— Их надо добить! — дрогнувшим голосом крикнул Ури, шлепая лапой по автомату. Зрелище так проняло вольфара, что он и не задумался о драгоценности каждого патрона.

— Стоп! — я и дед Федор крикнули в унисон, а дальше старик продолжил сам, в точности повторив мои невысказанные слова — Поглядим что к чему.

— Корежит жутко — это Радимир, что невольно сглотнул и явно сделал усилие, чтобы не отвернуться.

Честно говоря, и мне было крайне неприятно наблюдать за мучениями живых созданий. Этим эффект полного погружения и страшен — для нас все вокруг абсолютно реально.

— О Майн Гот! — вскрикнула Леонор, зажимая рот ладонью и резко отворачиваясь.

Мне поплохело, но я сдержался.

На коже рыб появились вздутия, шишки, тела деформировались, пасти несколькими рывками увеличились в три раза. Еще рывок, «хариус» мощным толком подался вперед, опираясь на внезапно откуда-то появившиеся недоразвитые лапы торчащие прямо из брюха, приподнялся и сомкнул челюсти на своем дергающемся собрате. И «толстолобый» тоненько закричал,… мы явственно слышали доносящийся из пасти рыбы тонкий крик. Рыба закричала!

Несколько мощных частых укусов, мы в остолбенении наблюдаем, как изменившийся до неузнаваемости «хариус» заживо пожирает другую рыбу. Еще полминуты — а мы так и наблюдаем с мистическим ужасом — и чудовищное исковерканное создание покончило с так и изменившимся полностью собратом, щелкнуло пастью и круто развернулось к нам.

— Оу! — замотала головой Леонор — Оу!

— Да уж — согласился дед Федор, поднимая револьвер — Да уж…

— Теперь можно? — сипло поинтересовался Ури.

— Еще пару секунд — попросил я, вглядываясь в пошатывающуюся на продолжающих расти лапах тварь.

Здоровенная морская рыба, что сначала была абсолютно здоровой и аппетитной на вид, сейчас изменилась до неузнаваемости. Я вижу перед собой обтянутое пятнистой бугристой кожей чудовище, стоящее на шести тонких лапах, вверх задран и загнут дугой вытянувшийся хвост сейчас почему-то крайне смахивающий на жало скорпиона. А впереди пасть занимающая половину туловища… зубы квадратные, но тонкие, словно пластинки и их очень много. Темные щелки глаз смотрят прямо на нас, но тварь пока не двигается… почему не двигается?

Ответ пришел быстро — еще раз вздрогнув, «хариус» окончательно выпрямился, чуть опустился к земле, содрогнулся всей тушей, а затем разинул пасть еще шире… и сделал глубоких хрипящий вдох…

— Он себе легкие отрастил! — завопил я, неверующе глядя как зарастают жаберные щели скрываясь под кожей.

— Валим! — коротко распорядился старик, первый нажимая на спусковой крючок.

Д-дах! Д-дах! Д-дах!

Р-р-р-р-рам!

Ури выпустил прицельную короткую очередь из автомата, уложив все пули точно в голову ринувшейся вперед сухопутной «рыбы» переростка.

Этого хватило. Три выстрела из крупнокалиберного револьвера и короткая очередь