Монарх Душ: Нет пути домой - Александр Гримм Страница 69

Вот и настал момент истины. Скоро я встречусь с отцом и поставлю все точки над i…

— Братец?

Повернув голову налево, столкнулся взглядом с девочкой лет семи. Та сидела на широком подоконнике и весело болтала ножками в лакированных туфельках.

— Здравствуй, Анастасия, — поприветствовал я её в ответ.

Со стороны моя младшая сестра выглядела как самый обычный ребёнок. Маленькая и аккуратная в миленьком сиреневом платьице. Выдавали её разве что глаза, чёрные, словно омуты, и взрослые не по годам.

— А ты изменился, — смерила она меня пристальным взглядом.

Поразительная проницательность. Впрочем, как и всегда. Казалось, от этого ребёнка ничего не утаить. Вот и сейчас она сразу меня раскусила…

— Сменил причёску?

— Что-то вроде того, — с облегчением выдохнул я. — Рад, что ты заметила.

Похоже, на этот раз пронесло. В кои-то веки её сверхчеловеческое чутьё всё же дало сбой.

Но это мне только на руку. Ведь чем меньше знают остальные о моих недавних похождениях — тем лучше.

— Поболтаем после того, как я поговорю с отцом. Договорились? — уже больше для проформы уточнил я и, не дожидаясь ответа, зашагал дальше вглубь малого холла, к виднеющейся впереди призывно распахнутой двустворчатой двери.

— Эй, братец, — вдруг донеслось мне в спину. — Разве я не говорила тебе не играть под розовым небом?

От этого, казалось бы, невинного вопроса волосы на моём затылке встали дыбом, а моя правая ладонь невольно потянулась к часам.

Впрочем, я довольно быстро себя одёрнул. Какой бы жуткой порой ни казалась Анастасия, она всё ещё разделяла со мной одну плоть и кровь. А главное, носила ту же фамилию.

— Да, припоминаю что-то такое, — обернулся я на неё и, как мог, доброжелательно улыбнулся. — Обещаю в следующий раз быть осторожнее.

— Ты уж постарайся, а то старший брат сильно расстроится, если тебя вдруг не станет.

— Постараюсь, — ещё шире улыбнулся я, а после задал вопрос, который мучил меня всё это время. — Но откуда ты узнала про розовое небо?

— Дай-ка подумать, — приложила она палец к губам. — Кажется, я его уже когда-то видела…

Произнеся эти слова, Анастасия, казалось, окончательно ушла в себя и перестала обращать внимание на происходящее. Даже её пронзительный взгляд — и тот резко преобразился — потемнев и устремившись куда-то вдаль.

Ох, это надолго.

Подобное состояние было мне хорошо знакомо. Теперь до младшей сестры никто не сможет достучаться.

Даже сам патриарх семьи Моров — и тот не сумел бы привести её в чувство. Что уж говорить обо мне.

— Ладно, не буду тебе мешать, — помахал я напоследок и снова зашагал к распахнутым дверям, за которыми меня ждал уже большой холл с ведущей на второй этаж спаренной лестницей.

Пройдя сквозь него и поднявшись по ступеням на второй этаж, я опять оказался напротив двустворчатой двери. Только на этот раз она была явно заперта.

Благо я прекрасно знал, как её отпереть.

Ладонь привычно потянулась к висящему рядом с дверью бронзовому колокольчику и схватилась за прикреплённый к нему шёлковый шнур.

Пам-пам-пам! Оповестил о моём прибытии старинный звонок.

Дальше оставалось лишь ждать. Правда, совсем недолго.

Через каких-то несколько секунд двери распахнулись, и моему взору предстали два неподвижных, белёсых, затянутых поволокой глаза.

— К отцу, — сказал я, без всякой опаски глядя в мертвенно-бледное женское лицо, покрытое сетью тончайших фиолетовых «трещин».

Будь на моём месте в этот момент посторонний, незнакомый с обычаями нашей семьи человек, то его тут же хватил бы удар. Но мне, к счастью, подобное зрелище приходилось видеть уже не раз.

Все слуги в этом доме, разве что за исключением Сагана, давно переступили порог загробной жизни. Так что появление мёртвой горничной меня не удивило и тем более не напугало, а скорее, напомнило о былых деньках.

К слову, конкретно эту горничную мне ещё не доводилось лицезреть. А значит, в коллекции отца снова пополнение.

Да, именно в коллекции, потому как Ион Моров довольно тщательно подходил к выбору тел. Вот и эта девушка при жизни наверняка входила в число достаточно сильных последователей.

И таких, как она, между прочим, в нашем доме водилось немало…

В этот момент, видимо, получив наконец приказ от отца, горничная наконец сделала шаг в сторону. Путь снова оказался свободен.

И я, само собой, не преминул этим воспользоваться. Тем более что до означенной цели оставалось рукой подать.

Дверь в кабинет патриарха семьи Моров уже виднелась в конце длинного-предлинного коридора.

Это была финишная прямая.

Вскоре, преодолев два десятка метров, я уверенно вошёл внутрь, причём сделал это без стука и прочих политесов, ограничившись одним лишь коротким приветствием.

— Отец.

— Сын, — даже не посмотрел на меня в ответ занятый своими делами патриарх.

Он и ещё один незнакомый мне мужчина сидели в глубоких креслах и не отрывали глаз от шахматной доски.

— Опять играешь? — смерил я взглядом совсем не изменившегося родителя.

Порой мне казалось, что отец попросту застыл во времени. Проходили годы и десятилетия, а он оставался всё таким же вечным и неизменным, словно комар, заточённый в янтаре.

Вот и сейчас я видел всё того же интеллигентного седого мужчину, которого помнил ещё по своему детству.

— Рад тебя видеть, — неумело подёргал уголками губ Ион Моров. — Знакомься, Карл Грюмер, победитель трёх мировых чемпионатов. Умер от сердечного приступа. Пришлось немало заплатить его родне, чтобы получить тело, но оно того стоило. Даже смерть не смогла притупить его мастерства.

— Рад, что тебе весело, — даже не посмотрел я на мертвеца, сидящего напротив отца. — Не хочешь спросить, зачем я здесь?

— Наверное, пришёл попрощаться перед отлётом в Японию…

— Мой самолёт улетел два дня назад.

— Вот как, — казалось, совсем не удивился этой новости отец.

— Но ты ведь и так это прекрасно знаешь.

— Не понимаю, к чему ты клонишь, — передвинул очередную фигуру Ион Моров.

— Твои люди грязно сработали. Один из тех парней из автобуса всё мне рассказал.

— Автобуса? — вскинул он брови.

— Да, того автобуса, с которого всё началось. Мне сразу стоило догадаться, что такая череда событий попросту не могла возникнуть сама собой. Но должен признать, ты своего добился. Из-за твоих махинаций я вляпался по-крупному — хоть сейчас беги из страны.

— Знаешь, в чём главное отличие нас от обычных людей? — впервые посмотрел на меня отец. — Мы не множим сущности без необходимости.

— И что это должно значить?

— Думаю, ты и сам скоро всё поймёшь. Но я рад, что благодаря твоим маленьким каникулам все наши разногласия разрешились сами собой и ты повзрослел в достаточной мере, чтобы