Методика выживания - Юрий Анатольевич Здоровеющий Страница 67

Под внешним бесстрастием Станислав очень радовался за молодую подопечную. Сложилось как-то само по себе, в который раз мудрые наставления командора нашли отклик в голове девушки. Отрадно.

В конце концов, Родимов вернулся за столик в углу. Желанный и аппетитный на вид, заказ давно поджидал хозяина. С каким-то особенным смаком Стас налил себе стопочку холодной водки, наколол жирный кусочек селедочки, но выпить так и не смог.

– Я знала, что найду тебя здесь.

Командор издал вздох разочарования и повернул голову. Кимберли Уотсон подошла к столику.

– Не помешаю? – спросила она. Продолжила без наводящих вопросов начальника. – Рабочий день завершен. Вводных не поступало. Я сама, как ответственный и дисциплинированный солдат, направлялась к строгому командиру с докладом о проделанной работе. Не успела. Возле отсека Эрвин остановил.

– Я видел, – подтвердил Станислав, жестом приглашая Кэми к столу. – И прекращай меня дразнить. Или ты докладываешь по Уставу, или говоришь вольным стилем, как друзья. В зависимости от обстановки. Смешивать не стоит. Я этого не люблю… Выпьешь?

Капитан-лейтенант Уотсон присела на стул. Улыбнулась неповторимой улыбкой.

– Разве что стопочку.

Пока Станислав попросил бармена добавить на столик еще один прибор, пока наливал порцию водки для женщины, сама Кэми обстоятельно делилась глубокими впечатлениями от детального знакомства с новой машиной.

– Это не корабль. Это настоящий хищный зверь по сравнению с «Барракудой», – восторженно отзывалась Кимберли Уотсон. – Такая скорость. Такая маневренность. Про мощь я вообще даже думать боюсь. Я читала характеристики и не верила. Потом, когда прочла в техническом руководстве, что «Вампир» создает вокруг себя вакуумную оболочку, поняла и то, почему не горит обшивка. Аэродинамическое свечение не действует на него, потому что он в вакууме! Потрясающе. Опробовать бы на ходу. С теорией я ознакомилась. Нужна практика.

– Будет, – согласился Родимов. – Завтра же и начнем. Пока ты в одиночестве, напарником буду я. Вопрос с адмиралом я закрою. И девок тоже пора приобщать. Особенно новенькую. «Ведьмы» давно воюют рядом друг с другом. Спелись в групповой работе. А вот Мойра среди них – как бельмо в глазу. Она еще и не стреляная. Ни разу не участвовала в настоящем бою…

Договорить командор не успел. Отложил в сторонку вилку с наколотым кусочком тигровой креветки и уставился прямо перед собой. Туда, где остановилась у офицерского столика Ева Полонска. Туда, куда с таким же неподдельным вниманием и изумлением смотрела Кимберли Уотсон.

– Прошу прощения, господа офицеры, – вежливо заговорила девушка. – Могу я пригласить вас на танец, сэр?

– На… куда? – опешил Родимов.

Секунду-другую он растерянно соображал, как же ему поступить.

Ева продолжала терпеливо ожидать ответа на смелое приглашение. А «антикварный» музыкальный центр заиграл потрясающую мелодию танго.

– Ты же не ответишь девушке отказом, мужчина? – с подвохом поддела Кимберли. – Никто не на службе. Все в рамках приличия.

– Разве я что говорю? – возмутился Родимов. Встал и протянул руку. – Пойдем. Потанцую с тобой с удовольствием.

Ева расплылась в такой очаровательной и счастливой улыбке, что могло показаться, внутри бара солнце взошло. Вот только недолго светило то солнце. Кто его знает, как такое произошло, но выразительный медленный танец слишком быстро закончился, словно кто-то из посетителей бросил в музыкальный автомат монету и заказал другую мелодию. Возможно, так и случилось в действительности, просто Ева и командор не могли этого видеть. В любом случае в баре зазвучала ритмичная сальса.

К месту сказать, кое-кто из присутствующих с издевочкой, даже с вызовом, украдкой поглядывали на пару танцоров. Вроде как: посмотрим, как вы теперь потанцуете.

Как же удивилась Ева Полонска, успевшая нешуточно огорчиться и прикусить губу, когда услышала спокойный голос Родимова.

– Сальсу танцуешь?

– Да, – ответила девушка. – А вы?

Партнер звонко щелкнул пальцами, крутанулся вокруг оси и подхватил руку партнерши.

– Тогда, вперед!

И командор что называется – выдал! Да так зажигательно! Паре могли позавидовать многие. И завидовали. В тайне, конечно.

Повеселевшая Ева наслаждалась и резвилась от всей души. Движения юной девы в свою очередь весьма удивили Родимова. Где же девчонка успела научиться так танцевать? Не в тюрьме же…

Проводив цветущую Еву, вежливо и по-светски галантно поблагодарив девушку за приглашение и за танец, командор вернулся за столик. Опустился на стул под лукавую улыбочку Кимберли Уотсон.

– Это было красиво! – со вкусом подметила Кэми. – И неожиданно. Вы полны сюрпризов, господин… ой… Станислав.

Стас еще не успел окончательно отдышаться. Взглянул в искрящиеся глаза собеседницы и ответил:

– Это было плохо. Отвык. Длительное отсутствие практики. Если бы мой уважаемый педагог был сейчас рядом, я бы утомился считать батманы у станка. «… Спинку держим! Вторая позиция. Поворот. Локоток, господа… Родимов, подбери живот! Что ты его развесил, как кенгуру на сносях».

Глаза Кимберли округлились донельзя.

– Ты занимался бальными танцами?

– Классическими. Всех видов. А потом еще и уличными. Так, для себя. Но я-то ладно, а где Ева Полонска научилась танцевать танго и сальсу, я бы тоже не прочь уточнить. Ты же с ней пообщалась в ангаре… Кстати, как тебе девочка? Думаю, раз ходатайствовала об отмене взыскания, значит, таки понравилась? Спрашиваю, потому что у них завтра профтестирование. Ева грезит полетами. Ее сокровенная мечта. Образование минимальное, на уровне начальной школы, но, если подходит по остальным статьям, я ей помогу. Обещал. Взял бы к нам. Нельзя. Тебе пара нужна уже «вчера». А девчонке учиться еще и учиться.

Кимберли внимательно выслушала пояснения командира. Во многом с ним соглашалась… Во многом, но не во всем. Спорить не стала. Просто добавила в общий букет парочку новых цветов.

– Скажи, – обратилась она к командору. – Мне не перепадет поперек спины, если я назову тебя «дураком»? Сейчас мы общаемся как друзья, верно? Только завтра не надо мстить. Что-то мне уже как-то не по себе.

Слова собеседницы, произнесенные с известной долей сарказма, заставили Станислава сосредоточиться. Он просидел в глубоких раздумьях минут пять. Все же вынужден был обратиться к пилоту.

– Знаешь, Кэми, тупость, она заразна, – говорил Стас. – Видимо, я где-то подхватил вирус. Несмотря на