Бесконечное пламя - Ребекка Росс Страница 64

– Проступок, который, без всяких сомнений, невозможно доказать. А кто привел его в темницу?

– Боюсь, я не могу ответить на этот вопрос, миледи, а теперь, когда ты…

– Почему он не снял шлем? – спросила она.

Годфри посмотрел на Джека.

– Шлем застегнут у него под подбородком.

– Застегнут? Вы что, его в нем заперли?

– Да.

– Расстегните! Немедленно. Я хочу видеть его лицо.

Годфри вздохнул, что ему причиняют такие неудобства, но сделал, как было велено. Он взял связку ключей, висевшую на поясе, и расстегнул шлем.

Когда Джек обхватил шлем, Адайра затаила дыхание. Бард стянул его, и волосы упали ему на лицо. Он вытащил изо рта кляп и отбросил в сторону.

Адайра не могла на него наглядеться. На темные, как океан, глаза, на насмешливый изгиб губ, на алчущее выражение лица, когда он поднял на нее взгляд, по-прежнему стоя на одном колене. Джек оказался совсем рядом, и арена, Брекканы, звезды, луна, ночь – все отошло на второй план. Грудь девушки заходила ходуном, и кровь в венах загудела.

С губ сорвался слабый возглас, звук, чуть не лишивший ее самообладания. Адайра подавила его, велев себе держать себя в руках. Она даст волю чувствам позже, за закрытыми дверями.

Девушка развязала узел накидки на плече. Ей до боли хотелось самой набросить ее на Джека, но если спрыгнуть с балкона на песок, переломаешь ноги. Можно было бы по внутреннему коридору пройти до ворот на арену, но она не решалась выпускать Джека из виду, пока не заявит свои права на него.

– Годфри! – обратилась она к смотрителю темницы. – Возьми мою накидку и набрось ее на плечи моему мужу.

– Мужу, леди Кора?

– Да. Подойди.

Годфри побледнел, как смерть, будто из него выкачали всю кровь. До него наконец дошло, кто чуть не погиб на арене в его присутствии, и он робко протянул руку и поймал накидку, брошенную ему Адайрой.

Девушка смотрела, как смотритель расправил сине-фиолетовую тартановую накидку и набросил ее на плечи Джека. Адайра приложила руку к груди, где оглушительно колотилось сердце, и произнесла над ним древние слова:

– Я объявляю, что ты – мой, Джек Тамерлейн. Отныне ты живешь под моим кровом, пьешь из моего кубка и при мне обретешь покой. Кто поднимет на тебя меч, поднимет его на меня. Такой вызов не останется без ответа. Ты – мой, и я буду защищать тебя, пока остров не заберет твое тело или ты сам не пожелаешь иного. Встань и воспрянь духом.

Джек поднялся на ноги.

По рядам зрителей прокатился ропот. Брекканы приросли к месту, остолбенев от совершившегося ритуала, поэтому когда кто-то стал пробираться сквозь толпу, Адайра отвела от Джека взгляд. Она увидела, что Рэб Пирс поспешил уйти с трибун.

В тот же миг Адайра обо всем догадалась. Она догадалась, кто обнаружил Джека, когда тот был в пути. Кто незаслуженно бросил его в темницу. Кто заткнул ему рот кляпом, застегнул на нем шлем и бросил на арену сражаться с собственным отцом.

Адайра продолжала смотреть на Рэба с лицом, холодным, словно камень, хотя в голове у нее рассыпались сотни разных мыслей. Должно быть, он почувствовал ее взгляд, ощутил, как в него впивается ее гнев. Пирс рискнул оглянуться, и их взгляды встретились. Он споткнулся, еле удержался на ногах и бросился прочь.

– Иннес, – сказала Адайра, плавно отступая от балюстрады. Она не отводила глаз с Рэба, следя, в какую дверь он проскользнет, каким путем побежит к конюшне. – Не могла бы ты лично проследить, чтобы Джека благополучно проводили в мои покои? Чтобы ему приготовили теплую ванну и принесли вкусный ужин?

Иннес взяла ее за руку.

– Куда ты собралась?

Адайра перевела взгляд на Иннес.

– Никто не смеет причинять вред тем, кого я люблю. Никто, – прошептала она. Ее голос был спокойным, но зубы опасно блеснули в свете факелов.

Адайра не знала, услышала ли мать намек в ее словах. Была ли Иннес осведомлена о том, что Джек на арене. Но подозрения Адайры крепли, отращивая шипы и разрывая хрупкую связь, которую она с таким трудом установила с матерью.

Иннес раздула ноздри. Да, она услышала безмолвную угрозу, но они обсудят это позже.

– Я прослежу, чтобы твоя просьба была исполнена, Кора. Но не убивай Рэба, если не хочешь войны.

– Я не собираюсь его убивать.

Иннес ничего не сказала, но посмотрела Адайре в глаза. Должно быть, она увидела, что хотела. Увидела пыл в крови дочери, по-видимому унаследованный от матери. Пыл, спавший в ней, пока она жила на Востоке.

Иннес отпустила ее руку.

Адайра знала, что Джек смотрит на нее. Но у нее не было времени, чтобы его успокоить. Рэб скрылся с трибун, и Адайра вышла с балкона, снова с громким стуком распахнув двери. Девушка помчалась по коридорам замка в погоне за наследником тана.

23

Адайра ушла с балкона, даже не взглянув на Джека. Но он видел, куда она смотрела. Он видел, как Рэб убегал с трибун, и расправил под доспехами плечи. Его грудь наполнилась свежим ночным воздухом, светом факелов, справедливостью и волнующим кровь благоговением перед Адайрой.

«Удачи тебе, Рэб!»

Но потом волнение улеглось, и Джек поежился, возвращаясь к реальности. Он стоял на арене, где его кровь едва не пролилась на глазах сотен Брекканов. На глазах совершенно незнакомых людей, которые продолжали смотреть на него, будто он был каким-то чудищем. Джек чувствовал себя раздетым, хоть и был закутан в теплую накидку Адайры, хранившую ее запах, аромат лаванды с медом. Он стоял на песке со следами, оставленными им самим, когда он убегал от собственного отца. Отца, о котором он и думать забыл, услышав голос Адайры.

Джек снова поежился, поплотнее натягивая на плечи накидку. Краем глаза он заметил какое-то движение. Кто-то шел, пристально глядя на него. Джек победил соблазн обернуться, когда на него нахлынул страх.

– Джек?

Голос был низким и ласковым, хриплым от изумления. Он звучал совсем не так, как несколько мгновений назад, сквозь сталь шлема и в угаре спасения собственной жизни.

Джек посмотрел на отца.

Найл был бледен, отмечая, какие черты лица Джека были неповторимы, а какие он взял от Мирин. Ее глаза, ее цвет волос. Гордая покатость плеч. Все это он унаследовал от матери. И Джек видел, что Найл заметил его сходство с Мирин. Заметил его сходство с собой.

– Джек, – повторил Найл, протягивая руку.

Расстояние между ними