В огне чужого мира - Кирилл Юрьевич Шарапов Страница 6

серьезно поработал киркой, дорабатывая создание природы. Длины она оказалась внушительной, метров триста, несколько плавных поворотов, ни следа скверны. Заканчивалась пещера довольно большим залом, метров пятнадцать в ширину и с тридцать в длину, там были люди, с десяток человек, мужики из местных в кольчугах. Оружие валяется на полу, сами они сидят у дальней стены, связанные. В центре зала мужчина в балахоне, он водит по воздуху руками, явно что-то делает с порталом. Плохо, что зверодух его не видит, но ничем другим это быть не может. Все это Михаил успел разглядеть за пару секунд, реакция одержимого на появление сокола была мгновенной. Взмах руки, и в разведчика Бельского понеслись десятки черных иголок. Он не успел разорвать контакт, и смерть зверодуха приложила его от души. Тело скрутила судорога, боярин рухнул на колени, схватившись руками за голову, и застонал. Минусом слияния со звородухом в бою было то, что при гибели хозяин переживал множество неприятных эмоций. В себя Бельский пришел через несколько минут, он поднялся на ноги и, вытащив из пояса лечащий артефакт, сжал его в кулаке, приложив сначала к голове, потом к груди. Сразу стало легче.

Понимая, что дракон должен остаться приглядывать за тылами, а разбираться с одержимым все равно нужно, иначе он выйдет и сначала изничтожит городок, а потом явится под стены Имперской заставы, Бельский обреченно вздохнул и шагнул под свод пещеры.

— Жёны меня убьют, — пробормотал он, шагая по тускло-освещенному туннелю, прикрывшись щитом и призвав серебряную шпагу.

Пять минут, и вот вход в зал с телепортом. Да, погибший зверодух не мог видеть портала, а вот Бельский вполне. Привычные колонны силовых жгутов, в самом центре на полу печать с рунами, портальная площадка, через такую Михаил угодил на Ксанс. Одержимый стоит в паре метров перед печатью, их разделяет метров пятнадцать.

— Долго ты что-то, — холодным, мертвым голосом произнес одержимый, глядя на боярина, входящего в зал.

— Ну, извини, — решив пообщаться, ответил Бельский, останавливаясь и с прищуром глядя на противника.

Он был молод и крепок, лицо бледное, как и у всех местных, тонкие пепельные волосы стянуты в хвост на затылке.

— Я — демон Асаар, третье колено, народа Шиаар, вызываю тебя. Так, вроде, у вас, людей, делается?

— Как благородно! — усмехнулся Михаил. — А достоин ли ты сойтись со мной в поединке? Я — боярин Бельский, аристократ и чародей. А ты кто? — Михаил тянул время, прикидывая, что делать. Он чувствовал, что его противник силен. Да, у него в запасе черный двойник, источник его полон, но уверенности в победе не было.

— Я слышал о таких, как ты, — склонив голову на бок, произнес одержимый, — но не сталкивался. Мы равны, у меня есть домен, есть рабы, я владетель.

— Тогда можно, — продолжил дурачиться, Бельский. — Ну что, Асаар, начнем?

— Начнем, — ответил тот. — Только сначала хочу сделать предложение. Ты сильный враг, я чувствую в тебе великую мощь, которую не ощущал ни у кого в этом мире. Но я убью тебя, ты погибнешь, погибнут те, кто сейчас прячется за твоей спиной, часть из них станут одними из нас…

— А можно покороче? — попросил Михаил. — Я давно не спал и не ел, хочу побыстрее с тобой разделаться и отправиться домой обедать.

Асаар растерянно моргнул и даже выдавил какую-то улыбку.

— Значит нет, — произнес он и, вытянув руку, отправил в Бельского что-то вроде копий скверны.

Их встретил серебристый щит, о который они и разбились, разлетевшись черно-зеленоватой пылью, на секунду закрыв Михаилу обзор. Бельский отскочил в сторону, и это его и спасло. На том месте, где он стоял, прямо из камня выросли десятки тонких щупалец, созданных из той же скверны. Площадь у них была метра два на полтора, но, попади он под удар, его бы оплели и заразили. Да, он бы отбился, но потерял время, отдав инициативу Асаару. Ответ Бельского был простенький, но очень действенный — вспышка, заряженная золотой энергией, угодила прямо под ноги одержимого. Того снесло, так как, в отличие от Бельского, щит он выставить не успел, если у него вообще был такой. Его отбросило метров на пять назад, но он ловко кувыркнулся в воздухе. Его конечности окутались скверной, из которой выросли толстые жгуты, прекратив полет, вонзившись в камень. Асаар завис метрах в двух над землей. Потом скверна исчезла, и он приземлился, твердо стоя на ногах.

— Неплохо, боярин, — с усмешкой произнес одержимый, — но маловато, чтобы убить оболочку демона третьего колена народа Шиаар. Посмотрим, как ты с этим справишься. — С его рук сорвалось приличных размеров облако из скверны, в котором сверкали темно-зеленые искорки.

Михаил ответил золотой вспышкой, которая, врезавшись в облако, полыхнула так, что их обоих откинуло метров на десять, причем Бельский лишь чудом не стал украшением на стене, вылетев в тоннель и приложившись спиной об пол. Спас серебристых доспех, который оказался прочнее камня. Противники вскочили одновременно, их теперь разделяло почти сорок метров.

С секунду они играли в гляделки, после чего ринулись навстречу друг другу, обмениваясь заклятиями. Бельский гвоздил золотыми болтами и вспышками слабого заряда, очень уж не хотелось, чтобы свод пещеры обвалился, похоронив его и одержимого прямо тут. Противник отвечал иглами, копьями скверны, какими-то черными шарами. Все это разлеталось о щит, который прекрасно держал демоническое колдовство, словно для этого и был создан. А одержимый просто с невероятной ловкостью уворачивался от всего, что посылал в него боярин.

Они встретились спустя пару секунд. В правой руке Асаара появилось нечто, напоминающее меч, а на левой отросли двадцатисантиметровые когти из скверны. Бельский же призвал оружейную печать, и в его руке засияла серебряная тяжелая шпага, хотя, скорее, это был легкий меч.

На мгновение противники замерли, тягаясь друг с другом взглядами.

— Покорись, стань одним из нас, — бросил Асаар.

— Марионеткой демона? — с усмешкой ответил Бельский. — Лучше сдохну.

— Твой выбор, — холодно выдал демон, и удар чудовищной мощи обрушился на щит.

На этот раз клинок скверны пробил его, развеяв серебристым дымом. Когти прошлись по серебристому доспеху, тот осыпался яркими искрами к ногам Бельского. Но это было уже неважно, Михаил все поставил на свою защиту, и она дала ему ту секунду, которая требовалась для удара. Серебристый меч вошел в грудь, пронзив черное сердце, или какое оно там у