Охотник - Данил Коган Страница 58

— Красавчик. Спасибо за помощь. Ходу к воротам. Вторая команда подойдёт?

— Должны. Наше подворье просто рядышком, они подалее живут. Ксар ваш у них был, вроде они обещались прийти.

— Хорошо. Двигаем к воротам. Мы здесь нашумели на весь посёлок. Сейчас полезут, думаю.

* * *

Мы почти успели. Когда мы добежали до ворот, их уже открывали. Не калитку, а именно здоровенную секцию, которая медленно поднималась вверх.

Мы с Шором синхронно припали на колено и открыли огонь по людям, пытающимся подлезть под ещё не до конца открытые створки. Остальные тоже разрядили всё, что было в руках. Послышались вопли, полные негодования и боли. Парень, крутивший механизм, упал с болтом в спине, задев рычаг стопора. Ворота застряли в метре-полутора над землёй.

Выстрел. Выстрел. Выстрел.

Каждое попадание швыряло на землю очередного искателя наживы. Что в этих пушках было хорошо — почти нет отдачи, и они не глушили тебя каждым выстрелом. А убойность на таком расстоянии была весьма эффективной. При испытаниях обычный пехотный щит и стоящий за ним нагрудник пробило насквозь. Попадал я, разумеется, не всегда. Из пяти выстрелов — трижды. Шор, кажется, был поэффективнее. В результате стрельбы нашей команды прямо под воротами нарос небольшой бруствер из тел.

Наших гостей это не остановило. Они лезли из-под ворот как тараканы на хлебные крошки.

Арбалетная стрела со звоном прочертила борозду по моему нагруднику.

Отложив штуцер, я бросился вперёд, снося с ног сразу двоих мужиков, одетых в солидный такой доспех.

Словно груду кастрюль на землю уронил. Я не стал задерживаться. Добьют те, кто сзади.

Пачку трупов под воротами объяло зеленоватое свечение. И сразу же они зашевелились, хватая лезущих через них бывших соратников за доспехи, бороды и конечности.

Команды и боевые кличи сменились на вопли ужаса.

Я добежал до ворот, где вскоре началась очередная дикая свалка.

Нападающих снова было больше нас. Но мы были лучше вооружены и находились в более удобной позиции.

Я старался хреначить тех, кто лез в щель между телами и верхней створкой кромки, Шор рядом делал то же самое.

Маша с Шерой тоже резвились недалеко от нас, хватая агрессоров за незащищённые части тела и волоча по земле.

Шайя добивала.

Однако на всех нас не хватало, и противники постепенно просачивались, превращая оборону ворот в очередную дикую мясорубку.

Да сколько их там? Я врезал Погибелью по очередному щиту. Тот раскололся, противник взвыл, но всё же пырнул меня мечом, отлетая в сторону. Левую руку я ему, скорее всего, сломал.

Я видел своих лишь мельком, сосредоточившись на том, что передо мной. Возможно, бой в строю — совсем другое дело, но мы не могли организовать строй.

Вот Шайя втыкает кинжал под шлем массивному мужику и уклоняется от удара двуручного топора второго латника.

Шор, крутящийся волчком, отсекает руку какому-то коротышке.

Шерочка с Машерочкой рвут на части воина в кольчуге, когти грима вспарывают её как простую бумагу. Шерсть обоих питомцев слиплась от крови — своей или чужой, не разобрать.

Красавчик ловко крушит врагов здоровенной двуручной бамбулой, утыканной шипами.

Один из «наших» охотников отползает в сторону, зажимая рану на животе.

Двое зомби повалили и душат здоровяка с бородой, заплетённой косичками, тот хрипит, вырывается и пытается шинковать мертвецов засапожным ножом.

Я оказался окружён тремя вояками. Удар одного парировал баклером, сводя вниз, от ещё одного увернулся — помог «теневой плащ», меч прошёл ко мне впритирку. Под удар копья умудрился подставить навершие Погибели. Атаковать я не мог, удары сыпались с трёх сторон, не давая времени на ответку.

Меня теснили в сторону, однако из-под ворот новых врагов не появлялось.

Айвена чёрной тенью возникла за спиной воина с мечом, рубанула своим костяным клинком под колено и сразу отскочила в сторону.

Я воспользовался крошечной паузой, шагнул вперёд и врезал рукояткой Погибели второму бойцу под шлем, опрокидывая его навзничь.

Копейщик попытался отогнать альву от упавшего товарища. Это была ошибка. Не стоило ему отвлекаться от меня.

Не останавливаясь, я сделал ещё один шаг вперёд и пробил ему боковой — в корпус.

Копьё, древком которого он парировал удар, с треском переломилось. Следом раздалось БАММ по доспеху, и сухо хрустнули рёбра.

Копейщик рухнул на землю, и я, пользуясь тем, что меня никто больше не атакует, наступил ему на грудь и нанёс добивающий удар в голову.

В тот же момент створка ворот вздрогнула и рухнула вниз, давя барахтающихся на земле зомби и круша мёртвые тела и раненых.

Тяжёлый чавкающий удар поставил точку в этом бою.

Я огляделся и согнулся от острой боли в боку. Достали всё-таки. Тот мужик, что пырнул меня мечом, попал прямо в дыру в броне, оставшуюся от предыдущей драки. Вроде голова не кружится, ноги держат. Так, нужна передышка.

Впрочем, ранены были все, кроме Айвены, которая влезла в рукопашную в последний момент. Очень вовремя, надо сказать. И двигалась она как опытный фехтовальщик. И вообще молодец.

— Ребята, перевязываемся. Пять минут передышки. Красавчик, твои все живы?

— Верен болт в лёгкое словил. Отмучился, — стряхивая кровавые ошмётки со своего чудовищного оружия, прогудел Красавчик. — Остальные выживут.

Оказывается, пока мы дрались, всё же подтянулись ребята Кривого Петро, который для разнообразия действительно был одноглазым. Они и обеспечили нам решающее преимущество. Ворота закрыл один из его людей.

Сейчас у ворот с нашей стороны собралось примерно пятнадцать боеспособных ещё человек.

Моя команда на ногах — это уже плюс.

Из центра поселения стал слышен шум. Крики, выстрелы. Над домами взметнулось зарево пожара. Перед тем, как идти туда, нужно хоть как-то привести себя в порядок.

Шор подошёл ко мне, тяжело дыша, окинул критическим взглядом залитый кровью бок и принялся молча расстёгивать мои доспехи. Капюшон на его голове ритмично пульсировал.

— Мне только повязку, Шор. Ещё ничего не кончено. Так, народ, охотники. Надо не пустить никого внутрь…

— Там осталось всего пятеро. Сбежали. Не думаю, что они вер-рнутся. Пар-ры, тр-ройки стр-релков должно хватить.

— Как наше зверье? — спросил я ликану.

Шор справился со шнуровкой, раздвинул доспехи и обнажил неприятно выглядящую небольшую рваную рану.

— Шер-рочка больше не боец. Маша цела. Что там у Ильи, Шор?

— Да ничего, сейчас залепим. Подставился, пусть терпит.

Шор провёл по ране салфеткой. Я стиснул зубы. Вместо салфетки в лапах ящера возник баллончик, из которого он распылил мне на бок какую-то мгновенно застывшую пену. Бок сразу стянуло, но боль отдалилась. Пена явно содержала анестезию.

Пока перевязывали и наспех латали раненых, заматывали посечённые доспехи подручными средствами