Последний охотник на демонов - Салини Голденберг Страница 50

Как только они снова встретятся с Псом, надо будет отпраздновать. Точнее, если они встретятся с Псом. Вполне возможно, что это была их последняя совместная охота, и Экс не был уверен, что Пес выжил. Несмотря на голод, он сильно пострадал. Любое обычное существо уже испустило бы дух, но Пес все же был наполовину духом. Если Экс его никогда больше не увидит, то уж легче думать, что он погиб в славном бою, как уважаемые воины его племени.

– Дитя твое? – Голос кра́су был жутковато мягким, но все так же действовал ему на нервы. Она одела Аринью в чистые одежды и сидела рядом, ожидая, когда же мазь подействует. Ее изящные и очень человеческие руки заплетали волосы Ариньи в косы. Жутковато, но в то же время мило. Экс оскалился, злясь на себя за эти чувства.

– А сколько людей ты убила? – спросил он в ответ. Милосердие не значило, что они стали друзьями.

– Сотни, – бесстрастно ответила она. – И продолжала бы.

– И тебя ни один охотник так и не обнаружил?

– Одна охотница меня чуть не убила, но Индраджит спас меня от ее клинка. Затем он предложил мне спасение с тем самым условием. И я приняла это предложение.

– Охотница… – пробормотал Экс. Женщин в гильдии было не так много, но каждая из них с лихвой оправдывала свое ремесло. Если это было тридцать лет тому назад, то это была одна из трех женщин. – Какая у нее была маска?

Пальцы кра́су замерли, но выражение ее лица не изменилось.

– Оскалившаяся красная кошка.

Мастер Рей, Кровавая Пантера. На ее руках было много отметок, в том числе Истинных Демонов. Экс знал, что она убила несколько дюжин кра́су, и как-то странно было, что она не завершила охоту.

– Она тебя потом так и не нашла?

– Нет. – Кра́су продолжила плести косичку, после чего перевязала ее небольшой золотистой ниткой, которую вплела между прядей. – На удачу.

И запрятала косичку за ухо Ариньи. Она сидела тихонько, вроде как глядя на свою работу, но одновременно сквозь нее. Взгляд ее был расфокусирован, словно она задумалась о чем-то.

– Охотник, ответь мне на один вопрос. – Она сочла его молчание за согласие. – Пожелай ты получить что-либо на этом свете, чего бы ты захотел?

Слова ее напомнили ему о Шар-Але, о том, как он молил о пощаде. Пустые обещания, призванные отвлечь, раздразнить и исказить. Шар-Ала копался в его разуме, намереваясь разодрать его своими когтями.

– Может, я демоном стать хочу, – с усмешкой ответил он. – Но волку не стать змеей лишь потому, что он того захотел.

– Когда Просветленный владыка впервые посмотрел на дэву правосудия, пред ним она предстала в виде лебедя…

– Ты еще и верующая? – Экс не выдержал и рассмеялся. – Ничего себе.

– Перерождение в виде фи само по себе является наказанием свыше. – Она склонила голову, и Экс ощутил боль в ее голосе. – Какое еще доказательство нужно, когда я существую?

Он пожал плечами и почесал свежий шрам на шее, подумывая, не проклят ли он. Может, какой-то чародей на него порчу навел. Создал куколку и обвязал веревку вокруг шеи. Когда он наконец-то получит сак янт убийцы Истинного Демона, он попросит нанести защитную татуировку на шею.

Интересно, захочет ли Аринья прийти на церемонию. Может, она тоже получит почетную метку. Все же это она нанесла последний удар.

Улыбка сползла с его лица так же быстро, как появилась. Принц никогда не позволит ей таким образом уродовать тело. Наложенные чары явно говорили, что она принадлежала ему. Да и сама мысль была глупой. Конечно же, она не станет якшаться с повстанческим отродьем. Даже друзьями им нельзя быть, по ее словам. Как только они доберутся до столицы, она вернется к прежней жизни. Она ему заплатит, как и обещано, и все.

Она запомнит их путешествие как волшебное приключение в лесах со странным клейменым охотником, которому то и дело вспарывали глотку. Невероятная сказочка, которой можно будет позабавить других аристократок. После парочки роскошных пиров и подарков от принца она наверняка про него и вовсе позабудет.

Он же, получив плату, сможет жить и не тратить время на малых фи. Он отправится дальше в путь и найдет еще одного Истинного Демона.

Просто отправится дальше.

Кра́су собрала старые тряпки, прогоревшие палочки благовоний и пустые плошки. Если верить ее словам, Аринья проснется к закату. Она склонила голову, после чего направилась к двери.

– Нарисса.

Она замерла на входе, спина ее выпрямилась, но не стала к нему оборачиваться.

– Ребенок не мой, – сказал он, снимая кулон Ариньи и закрепляя его снова на ее шее.

Глава девятнадцатая. И консорт

Вечером Дзинбури превратился в улей огней, мерцающих, словно застывшие светлячки над землей и двумя реками. Бродившие по улицам люди несли с собой фонарики. Под убывающей луной город на перекрестке все еще кишел жизнью. На ночных рынках торговали всякой всячиной, в борделях – негой и плотью. На улицах слышна была музыка, которую периодически прерывали радостные возгласы из игорных домов и с рингов.

Сидя на крыше дома Нариссы, Экс почти мог разглядеть центр города, увенчанный шатровой крышей знаменитого Жемчужного храма, который из-за нетрадиционных украшений и фресок выглядел скорее как художественная выставка, нежели место поклонения. Нарисса жила ближе всего к реке Намленг, где мужчины сидели в лодках и курили сигареты, ловя сетями ночных рыб и ничего не боясь.

Эти реки некогда были главными дорогами Крокодильего королевства и местом битвы между соперничающими племенами, прежде чем сюда пришли люди. Прежде чем люди выжгли болота и пустили полноправных обитателей этих мест на обувь и кошельки. Интересно, как тут все раньше выглядело, с подземными городами под рекой, когда обитатели этих мест лежали на берегах, греясь на солнышке целыми семьями?

Что бы они сказали, узнай они, во что их превратили? Бездумные твари в загонах, больше смахивающие на растения, нежели на зверей, лежащие друг на друге, словно какой-то товар, ожидая, когда их накормят или же убьют… наверное, их правители скорее утопили бы все королевство, узнай они, что их народ будет так жить.

О чем бы они говорили, имей они возможность повстречаться? Презирали бы они друг друга? Или жалели? Может, сдружились бы? Сложно дружить, когда вы как небо и земля, фактически являетесь разными видами.

Единственными друзьями Экса в детстве были сыновья смотрителя, Чушка и Лебедь, которых так прозвали за сходство с этими животными. Он порой играл с детьми некоторых охотников, но эти дети жили в городе вместе с родителями и не так часто захаживали, чтобы он смог по-настоящему с кем-нибудь