Последний охотник на демонов - Салини Голденберг Страница 48

– Заслуживает… шанса.

Она услышала тихое мяуканье рядом с кроватью и остановилась. Один из ее котов, глядя наверх, мявкнул и бросился прочь. Это вывело Нариссу из транса, заставляя ее взглянуть на себя чужими глазами.

Кем она была? Чудовищем? Демоном? Такой же ужасной и отвратительной тварью, что предстала вчера перед юношей, готовая разорвать его на части. И вот опять она готова была поглотить нерожденное дитя, если б оно там было.

Все эти годы, что она была целителем, она голодала, но Нарисса терпела. Это был единственный способ приблизиться к тому, чем она хотела быть. Она не понимала, почему голод совсем недавно вернулся, да еще и с такой силой.

Нарисса отстранилась, дрожа, после чего положила голову на живот женщины и расплакалась.

– Прости меня, – прошептала она, роняя горячие, как кровь, слезы.

И тут их обеих накрыла тень, и сердце демоницы замерло.

Слишком поздно.

Глава восемнадцатая. И кра́су

Вроде как эта женщина была чистой и аккуратной, к тому же надушенной так, что у Экса глаза слезились, но при этом вода у нее в умывальне стояла застоявшаяся. Опрокинув на себя целое ведро воды, Экс скривился от затхлого запаха, после чего принялся обтираться тряпкой. Затем он кинул свою одежду в мойку, и облачка крови быстро окрасили воду. Вытершись, он обмотал тряпку вокруг бедер и ног, чтобы получились штаны с запа́хом. Остальная одежда высохнет под жгучим солнцем.

Экс какое-то время стоял во дворе, следя за двумя курицами, что хлопали друг на друга крыльями и клевались, видимо, споря из-за корма. Они были немного недокормленными. От этого ощущение странности целительницы лишь усилилось. У нее на кухне не было никакой еды или утвари для готовки. Впрочем, неподалеку находился один из самых шумных рынков Сайорама, так что не это было самым странным, нет.

Возможно, дело было в том, как о ней рассказывали местные – с дрожью в голосе. Тоже ничего необычного. Любая старая магия вызывала естественный страх, и учитывая то, кем он сам был, он прекрасно это чувство знал. И конечно же, сам он был весь в крови и паниковал, что наверняка еще больше пугало людей.

Странным было то, что он о ней ничего не слышал. Нарисса говорила, что живет здесь уже несколько лет, так что кто-то в гильдии уж наверняка о ней бы знал. Она должна была упоминаться в записях, как Мэли, в числе множества ведьм, целителей и шаманов, живущих по всей стране. Но он заметил, что на ее столе не было свежих частей фи или духов – вместо этого лишь собранные ею ингредиенты. Может, потому она и не числилась в списках.

Так или иначе, из-за этого ноющего ощущения он взял Изари с собой, когда пошел мыться.

Может, он просто был слишком мнителен и пытался каким-то образом отвлечься от всепоглощающего страха за то, что Аринья могла умереть у него на руках. Ему все еще было не по себе. Глубоко вздохнув, он побродил за домом. Не стоило ей отправляться с ним на охоту, да и вообще в болото заходить. Сейчас ее состояние было стабильным, но он не мог расслабиться.

Из-под дома на него смотрели два желтых глаза. Кошачьи зрачки напомнили ему о Болотной Стражнице. После того, как они убили Шар-Алу, она больше не появлялась, однако у логова таула открылся проход, а произойти это могло лишь с ее благословения. Благодаря этому он выбрался из болот куда быстрее, чем по знакомому ему пути.

Толстый рыжий кот выбрался из-под дома, обвив хвостом столб и неодобрительно глядя на Экса.

– Здравствуй, малыш.

Экс присел и попытался его погладить. Кот вытянул шею и понюхал его руку, после чего отпрянул и зашипел.

– Нервишки шалят? – Экс улыбнулся. Кот не стал улыбаться в ответ. Заворчав по-кошачьи, он убрался обратно под дом, но, что интересно, в том месте, где он только что был, Экс заметил небольшую металлическую ручку.

Это была дверца люка. Ее недавно открывали, после чего поспешно прикрыли циновкой. В этом тоже ничего особенного не было. Ну разве что немного необычно. Может, он и не заглянул бы туда, если бы его не тревожили другие вещи.

Скорее всего, там не было ничего особенного. А если и нет ничего особенного, то и взглянуть не повредит. И все же Экс посмотрел на кота, словно ожидая от него совета. Наверное, будет не очень удобно объяснять той дамочке, что же он делал в ее подвале. Странное поведение, но не вопиющее оскорбление. Может, там было что-то полезное вроде бутылки вина, которую он мог бы попросить у нее.

Поддавшись порыву любопытства, Экс все же открыл люк и заглянул внутрь. Шаткие каменные ступени вели вниз, в темную влажную дыру в земле. С виду рыли ее не при помощи лопаты. Стены были покрыты царапинами, словно большой тоннель был прокопан крупным животным. Может, так оно и было. Ведьмы часто заводили питомцев – у Мэли была сова, а у одного знакомого шамана был любимый попугай. Но если подумать, то в большинстве случаев это были птицы. Он знал одну ведьму, у которой был пруд с рыбками, одна из которых была пятнисто-черной, а также там была золотая рыбка размером с собаку. Экс старался к тому пруду не приближаться. Но кажется, у этой дамочки зверушка была куда более… хищной. По запаху уж точно. Тут внутри явно где-то лежали гниющие останки как минимум одного животного.

Гигантская ласка? Крысиная стая? Он не слышал вокруг никакого шороха и уже было подумал списать все это на счет причудливых старых слухов, но тут глаз его зацепился за кое-что. В грязи он заметил красивый серебряный гребень, украшенный жемчугом.

Как-то не ждешь, чтобы ведьма носила украшения, но если и так, то это странное место для их хранения. Он поднял гребень и затем уставился во тьму. Тоннель был не таким уж длинным, но тупик был прикрыт шелковыми занавесками. Может, там лежали семейные сокровища, запрятанные на черный день.

И мертвое животное?

Экс терпеть не мог находиться под землей, еще больше, чем ходить на лодке. И все же любопытство взяло верх, и он чуть пригнулся, пробираясь глубже внутрь. Когда он раздвинул занавески, вся влага из воздуха испарилась, а температура резко упала. Каждый вздох вырывался облачком, что случалось лишь высоко в горах.

Грудь его наполнилась холодным ужасом.

Это было гнездо. Кокон жесткой витиеватой поросли в конце тоннеля, жилистая масса переплетенных лоз, которые не столько росли из земли, сколько врастали в нее. И хотя кошмарная растительность сплеталась в цельную стену, там остался отпечаток, словно кто-то лежал в грязи и ждал, пока та не высохнет.

И