Земля, что ты не покинешь - Энгус Уотсон Страница 33

– Разве что внешне.

– Почему это?

– Тор не особенно умный бог. Раппа Хога, не прибегая к грубой силе, убедил этих людей, которые, кажется, успели нас возненавидеть, устроить для нас праздник. Тор же разбил бы большинству из них головы своим молотом, а потом потребовал эля.

– Да уж! А они милые, эти гибельные, правда?

– Ты считаешь, что Чапа Вангва милый?

– Ну, он такой улыбчивый.

– Он мучил Эрика. И он убил того пленника у нас на глазах, причем самым гнусным образом, заставив его умирать долго. И при этом он постоянно улыбался.

Брови Бодил сошлись к переносице.

– Мне кажется… Но он же правда все время улыбается. И Раппа Хога милый.

– Когда мы окажемся в их селении, или городе, или что там у них еще, они нас убьют. Не знаю, как именно, но, скорее всего, ничего милого в этом не будет.

– Ой, нет, они не сделают этого!

– Тогда зачем же они взяли нас в плен?

– А что, они в самом деле взяли нас в плен?

– Да.

– Но мы же хотим попасть на запад, верно? – Глаза Бодил широко распахнулись.

– Хотим.

– И они везут нас на запад быстрее, чем мы шли бы пешком. Эрик сказал, мы преодолеваем на Равнинном Бродяге в десять раз больше миль, чем смогли бы своими ногами. Получается, они оказывают нам услугу, разве не так?

– Вероятно, так, только…

– Говорю же тебе, они хорошие. Слушай, если бы у тебя не было Волка, и ты выбирала бы, с кем спать, с Кифом или Раппой Хогой, кого бы ты выбрала?

Сасса подумала: «Раппа Хога, однозначно», но вслух сказала:

– А есть там вариант «убить себя»?

– Нет, – сказала Бодил. – Разве только уже после.

– Что тебе точно придется сделать, если выберешь Кифа.

Они обе посмотрели в ту сторону, где Киф демонстрировал толпе кугуэев приемы боя с топором, и засмеялись.

Софи Торнадо сидела на скале между водопадом Кугуэй и лагерем гибельных, вытянув ноги и дожидаясь, пока утихнет боль в плечах. Все утро она тренировалась с оуслой, никогда еще они не устраивали тренировки суровее, и теперь она ощущала приятную усталость. Вокруг царила до нелепости праздничная атмосфера, гибельные, кугуэи, кальнианцы, грибоеды и лупоглазы хохотали и болтали, как будто гибельные вовсе не были злобными гадами, взявшими в плен половину из них и поработившими другую половину.

Мелко семеня, подошел Йоки Чоппа, присел на скалу рядом с ней и протянул миску с крупными кусками мяса. Запах был насыщенный, с легким оттенком гнили, как человеческое мясо, которое слишком долго провисело.

– Я уже пробовала когда-то медвежатину, – сказала она. – Одного раза достаточно.

– Эта медвежатина тебе понравится.

Она подняла на него глаза. Он едва ли не улыбался.

– Что ты нашел? – спросила она.

– Дорожную осу-убийцу и кроличьего сыча.

Софи не помнила, чтобы когда-нибудь обнимала кого-то, поддавшись порыву, и Йоки Чоппа подходил для объятий менее, чем кто-либо из ее знакомых, но она все равно едва не кинулась ему на шею. Она вернет себе свой слух, и вся оусла сделается сильнее, выносливее и смелее от употребления в пищу осы. Им по-прежнему не хватает ромбической гремучей змеи, которая необходима для безжалостности, и еще чаквеллы для Ситси, но и оса с сычом даже больше, чем смела надеяться Софи.

– Где ты это достал?

Йоки Чоппа склонил голову набок, словно это и был ответ.

– Ситси сказала, мы приближаемся к местам, где обитают кроличьи сычи, и тебе удалось поймать одного, – предположила она. – Осы водятся только дальше на западе, так что живую тебе было негде раздобыть, но чародеи способны еще и не на такое. Ты же украл ее у чародейки кугуэев, да?

Йоки Чоппа едва заметно опустил голову, что в его случае считалось энергичным кивком.

– Значит, у их чародейки в запасе имеются ядовитые животные? – Софи сощурилась. – Ни разу не встречала чародея, который не был бы заодно скопидомом. Если у местной чародейки есть одно ядовитое животное, которое явно используется для разных обрядов, то обязательно найдутся и другие. Значит, у нее должна найтись и ромбическая гремучая змея?

Йоки Чоппа начал подниматься со скалы, но Софи схватила его за руку.

– Так есть у нее ромбическая гремучая змея?

Он кивнул.

– И ты взял?

– Нет.

– Потому что она делает нас жестокими и безжалостными, а ты не хочешь, чтобы мы были такими. Ты хочешь, чтобы мы были добры к твоим обожаемым грибоедам.

Он уставился на свои ноги.

– Хватит уже этого дурацкого загадочного молчания, Йоки Чоппа. Из-за твоего вмешательства уже погибла одна из моих женщин, и я не желаю, чтобы это повторилось. Либо назови мне убедительную, очевидную причину, почему ты не взял гремучую змею, или пойди и немедленно достань ее, приготовь и накорми всех нас.

Чародей выпятил нижнюю губу чуть сильнее обычного, и лицо у него потемнело.

– И нечего на меня дуться!

Он по-прежнему ничего не отвечал.

– Я убью Оттара Нытика, если ты сейчас же не расскажешь мне все.

– Гремучая змея делает вас жестокими, – произнес он.

Софи была так ошарашена, что ответила не сразу.

– Жестокими? С каких это пор кальнианский чародей, да любой чародей, если на то пошло, переживает из-за жестокости? Змея ведь еще ускоряет наши реакции? Значит, она нам нужна!

– Реакции она ускоряет незначительно. Единственная причина, по которой вас приучили употреблять гремучую змею – чтобы вы наслаждались убийствами. – Первый раз за все время он поглядел ей в глаза. – Это придумали Паканда с Залтаном. Необходимости в этом не было. Вы и без того побеждали бы врагов Кальнии. Единственное предназначение гремучей змеи – превратить вас в чудовищных убийц на площади Инновака для развлечения публики. Вам нет нужды заниматься этим и дальше.

Софи Торнадо раскрыла рот, чтобы что-то возразить, но Йоки Чоппа опередил ее.

– Плохо уже то, что мы забирали девочек из семей и превращали в убийц. И незачем было при этом превращать вас еще и в зло. Вам не нужна гремучая змея, чтобы отвести племя вута в Луга и спасти всех нас. И тебе не нужно уничтожать племя вута, когда все закончится, и тебе не придется снова убивать людей на потеху толпе.

– Императрица Айянна не согласна, иначе она позволила бы тебе убрать гремучую змею из нашего рациона еще в Кальнии. Кто ты такой, чтобы идти против ее желаний? Кто ты такой, чтобы изменять нас?

Йоки Чоппа смотрел на свои руки.

– Я помогал создать вас.

С этими словами чародей