Фантастика 2026-96 - Макс Вальтер Страница 324

— Вот, — указал на меня пальцем Колян. — Новый человек, а тоже неладное чует.

— Да хорош тебе жути нагонять, — поморщился Виктор. — Нормальные они. Вроде…

— А тот и хрен-то, что вроде, — передразнил его Лысый. — Вот восстановим им мукомольный, а они всех нас в расход.

— Они, по-твоему, совсем дураки? — хмыкнул Витёк. — Зачем им нас убивать? Чтоб снова шумиха началась? Их тогда из города сразу попросят.

— Погодите… Так это что, чисто проект изменённых? — уточнил я. — В смысле, они мукомольный купили, что ли?

— Ага, — подтвердил Виктор. — Весь до винтика. Так сказать, первый вклад в развитие экономики. Только они его не покупали, а выпросили под восстановление.

— Это как? — не понял я.

— А вот так, — усмехнулся Лысый. — Если у тебя серебра хватит, ты тоже можешь. Бери любой завод, нанимай людей да восстанавливай производство. Справишься — молодец, будешь потом в шоколаде. Ну а на нет и суда нет. Типа новый проект от Лиги. У нас так один купец ткацкую фабрику заново запустил, теперь вот производственник стал. Ну и торгует всё ещё по старой привычке.

— А сырьё где берёт?

— Да там синтетика в основном. Всякий капрон, нейлон перерабатывают, ещё что-то… Я сейчас названий и не вспомню, — пояснил Виктор.

— А я слышал, что когда эти на мукомольном появились, у вас люди начали пропадать, — закинул основную удочку я.

— Ой, — отмахнулся Витёк, — люди — они такие… — Он сделал паузу и подумал, а затем с ухмылкой произнёс: — Люди. Им только повод дай, всё что угодно сочинят.

— А не скажи, — оживился Колян. — У моей знакомой есть знакомая, у которой сын недавно пропал.

— Вечная история, — ухмыльнулся Лысый. — Сейчас здесь у каждого есть знакомый, у которого что-то случилось. А как до дела — там концов хрен найдёшь.

— То есть думаете, туфта всё это? — изобразив облегчение, произнёс я.

— Я тебе так скажу, — склонился над столом Витёк. — Точно никто ничего не знает.

— Но люди у нас действительно пропадают, — добавил Николай.

— Ну вот откуда ты знаешь-то? — снова оживился Лысый. — У тебя лично хоть кто-то пропал?

— Да при чём здесь я?

— А притом! — встал на сторону Лысого Виктор. — Сплетни всякие собираешь, как баба базарная.

— А много их? — спросил я. — Ну, изменённых этих?

— Штук пятьдесят, — хмыкнул Колян. — И с каждым днём всё больше. Едут и едут.

— А чего едут-то?

— Ну как это — чего? Мы же первый город, который им реальную работу и жильё предоставил. Такого пока больше нигде нет. У нас по крайней мере, в России. А так я слышал, что в Германии уже подобный подход практикуется. Савин, вон, ткач который, тоже собирается ночную смену вводить. Вчера объявление дал о первом наборе. Так что скоро к нам опять поток хлынет.

— Во как… — Я задумчиво почесал подбородок. — Так это получается, кто угодно может людей жрать, не обязательно наши.

— О том и речь, — согласился Витёк. — Да не факт вообще, что всё именно так обстоит. Недовольных новой политикой тоже хватает. По первому времени у нас много кто к радикалам ушёл.

— Радикалам? — ухватился на новую информацию я.

— Ну, это те, кто придерживается политики, что изменённые — зло. Чисто человеческие общины, — объяснил Лысый. — Я одно время тоже подумывал уйти. Вот, наверное, народ и бежит по тихой грусти. А народу что, только повод дай. Вот наших хозяев теперь в душегубы записали.

— Слово-то какое: «хозяева», — поморщился Николай.

— Ну а кто они? — развёл руками Лысый. — Мукомольный их? Их… Выходит, что хозяева.

— Начальство, — поправил товарища Виктор.

— Да тот же хрен, только в профиль, — отмахнулся Лысый и заржал.

Я ничего смешного в этом не нашёл, да и комментировать беседу не стал, больше впитывая то, о чём они говорили. Исходя из обрывков информации, я уже сложил определённую картину.

Вчера дружина назвала мне совсем другое количество изменённых в городе, вроде как особей в двадцать. А теперь, оказывается, их уже пятьдесят. Может, они, конечно, специально, чтоб народ не распугивать. Вряд ли кто-то кинется проверять. Но пятьдесят выродков на поселение в пять сотен человек — это аргумент серьёзный. Начнись какая заварушка, и живые здесь закончатся за одну ночь. И ведь при политике, которую поддерживают местные власти, количество иных будет только расти. Может, и прав Лысый, и люди отсюда просто сваливают, боятся?

Ладно, выводы пока оставим на потом, когда явятся мои и разведают что-нибудь о ночной смене. Думаю, ближайшие пару дней всё решат, и мы сможем вычислить вербовщика Габриелы. Что-то мне подсказывает, этот город она выбрала не просто так. Сама политическая ситуация буквально выпрашивает учинить здесь какой-нибудь бардак. Это же будет прям показательно и так громко, что эхо прокатится по всей стране. Вот, мол: посмотрите, к чему дружба с выродками приводит.

Но тогда очень странно на этом фоне выглядит пропажа людей. В чём смысл привлекать к себе внимание раньше времени? А его нет. Любой терроризм подразумевает полную тишину на этапе подготовки. Такое чувство, что кто-то специально хочет привлечь внимание к Володарску.

М-да, здесь без бутылки точно не разобраться. Нужно как следует вникнуть, понаблюдать. И информация требуется от обоих видов. Но что-то в этом городе точно нечисто, вот прям пятой точкой ощущаю.

Залпом допив остатки холодного чая, я поднялся со скамейки, бросая взгляд на часы.

— Ладно, мужики, до завтра. Хочу ещё по магазинам пробежаться, сменку себе купить. А то эти вещи жалко. Может, посоветуете, куда заглянуть?

— Так по соседству к ткачам и иди, — махнул рукой Лысый. — Они там рабочие комбинезоны шьют, камуфляж разный. Там, считай, по себестоимости урвать можно. Курятину и яйца — тоже понятно, при птицеферме ларёк есть. Только к вечеру там обычно шаром покати.

— Ясно, спасибо. — Я протянул руку каждому из работяг и попрощался.

— Ты это, — окликнул меня Виктор, когда я уже распахнул дверь, — завтра лучше часам к