Исповедь смертного греха 3 - Макс Вальтер Страница 29

За час до назначенного времени мы собрались в чате, чтобы осудить детали, которые и без того знали наизусть.

— Значит, так, — начал я. — Миха, ты берёшь флайер в каршеринге и дуешь в космопорт. Там встанешь у выхода из терминала и разворачиваешь голографический экран с именем Виктора Ковальчука.

— Принял, — кивнул он.

— Как только встретишь, вези сразу на склад, чтобы не нервничал. Мы с Дашкой подстрахуем с воздуха. Скорее всего, всё пройдёт гладко.

— Не вопрос. Всё сделаю как по написанному.

— Даш, мы с тобой берём ещё один флайер. Садимся на парковке у космопорта и наблюдаем. В воздух поднимаемся только после того, как Мишка заберёт Ковальчука.

— Хорошо.

— Вопросы?

— Да какие там… Всё ясно. Ладно, я погнал, — протараторил Мишка и отключился.

Я вышел из номера, привычно осмотрелся и направился к ближайшей точке каршеринга. На стоянке осталась только шестиместная капсула тёмно-серого цвета. Я смотрел её со всех сторон и остался доволен. Ничем не примечательная семейная машина. В потоке таких тысячи.

Разблокировав систему навигации, я сбросил координаты, и автопилот активировал флайер. Двигатели загудели, винты раскрылись веером, и машина плавно поднялась над парковкой.

Через десять минут в машину скользнула Дашка. Она тут же плюхнулась на водительское место и разблокировала ручное управление.

До космопорта долетели минут за двадцать. Дашка посадила флайер на стоянке для встречающих. Стандартная заасфальтированная площадка, разлинованная жёлтой разметкой. Десятки машин, среди которых наша ничем не выделялась.

Я откинулся в кресле и стал ждать. Дашка молча проверяла какие-то скрипты на визоре. Её пальцы едва заметно подрагивали, что говорило о том, что она не просто так убивает время, а реально работает. Я не лез. Когда нужно будет, сама скажет.

Стеклянные двери терминала то и дело разъезжались, выпуская очередную группу пассажиров. Кто-то сразу нырял в такси, другие попадали в объятия встречающих, некоторые растерянно озирались по сторонам, соображая, куда идти дальше. Самая обычная суета любого космопорта. Я провожал взглядом каждую группу, но ни Мишки, ни Ковальчука среди них пока не было.

— Слушай… — Я повернулся к Дашке. — Мишка вчера один любопытный контакт скинул. Местный тип, который торгует информацией.

Дашка оторвалась от своих скриптов и посмотрела на меня.

— И что за тип?

— Без понятия. Но у меня появилась одна мысль. Я тебе сейчас его отправлю…

Подруга моргнула, открывая файл. Несколько секунд изучала его, потом перевела взгляд на меня.

— И чего ты от него хочешь?

— Свяжись с ним. Хочу знать, зачем «Био-Фарм» искала наёмников. И какие у них в работе проекты в последнее время. В общем, всё, что можно выяснить. Возможно, это выведет нас на Карину.

Дашка кивнула. А в следующую секунду уже разворачивала перед собой голографическую клавиатуру, когда вдруг остановилась и покосилась на меня с лёгкой усмешкой.

— А сам почему не связался?

— Потому что не понимаю в кодах и защите. А ты можешь создать безопасный канал и остаться инкогнито. Мы не знаем, кто он и кому может продать информацию о нас. Только ты сможешь сделать это тихо.

— Логично, — согласилась она, принимая завуалированную похвалу.

Её пальцы забегали по виртуальным клавишам, а я снова перевёл взгляд на терминал. Очередная группа пассажиров вышла из дверей, и снова среди них не обнаружилось тех, кто нам нужен. Я поймал себя на том, что барабаню пальцами по подлокотнику, и заставил себя остановиться. Ситуация с Кариной явно выбивала меня из колеи, но как я ни старался отвлечься, мысли постоянно к ней возвращались. И с этим нужно было что-то делать. Собственно, поэтому я и дал сейчас задание Дашке.

— Его зовут Йозеф Цукенг, — произнесла подруга через пару минут.

— Что говорит?

— Пока ничего. Просто назвал цену.

— Сколько?

Дашка помедлила. Потом подняла на меня глаза и произнесла ровно, без эмоций:

— Шестьдесят тысяч корп-койнов.

Я присвистнул. Шестьдесят тысяч. Почти столько же, сколько нам пообещали за Лебедева. И это всего лишь за информацию.

— Вот поэтому, Даш, Лебедев у нас сейчас в приоритете, — сказал я.

Она молча кивнула и свернула экран. Я видел, что ей это неприятно, но она молодец, всё понимает.

Некоторое время она следила за выходом из космопорта, видимо, переваривая информацию, а потом снова вернулась к своим скриптам.

Где-то там, за стеклянными дверями, Мишка уже должен был встретить Ковальчука. И от того, как пройдёт эта встреча, зависело всё.

Стеклянные двери терминала разъехались в очередной раз, и я машинально проводил взглядом вышедших пассажиров, как вдруг замер, зафиксировав взгляд на знакомой фигуре. Высокий, поджарый, с коротким ёжиком светлых волос. Обычные тёмные джинсы, лёгкая куртка. Плечи развёрнуты, спина прямая. Такую выправку не спрячешь ни под какой одеждой, как ни старайся. Этот парень точно военный.

Он остановился у выхода ровно на секунду. Не для того, чтобы осмотреться, как это делали остальные. Этот натурально сканировал пространство. Я видел, как его взгляд скользнул по толпе встречающих, выхватил голографический экран с фамилией, затем лицо Мишки.

Ковальчук не спешил, оценивал и взвешенно принимал решение. Но всё прошло так, как мы и планировали. Он уверенным, почти строевым шагом направился к Мишке.

В меш-сети тут же вспыхнул сигнал.

«Вижу его. Встретил».

— Даш, заводи.

Она кивнула и пробежалась пальцами по панели. Двигатели ожили, низкий гул заполнил кабину. Винты раскрылись веером, готовые к взлёту.

Я смотрел, как Мишка с Ковальчуком обменялись парой фраз. Ничего лишнего, обычное короткое приветствие, кивок и жест в сторону стоянки. Мишка развернулся и пошёл первым, показывая дорогу. Ковальчук двинулся за ним. Я заметил, что он держится чуть позади и сбоку. Типичная привычка прикрывать спину, выработанная годами службы. Даже сейчас, на Таргоне, в гражданской одежде, он не мог от неё избавиться.

Они скрылись за дверями, ведущими на парковку.

Я откинулся в кресле и принялся ждать. Дашка молчала, держа руки на штурвале. Винты вращались на холостых, готовые в любой момент поднять машину в воздух.

Наконец со стороны внутренней парковки поднялся флайер. Старенькая четырёхместная капсула, та самая, которую Мишка взял в каршеринге. Она выровнялась над площадкой, на секунду зависла и плавно встроилась в общий поток, направляясь в сторону промзоны.

— Вон они, — сказал я, хотя Дашка и без меня их заметила. — Давай за ними.

Подруга потянула штурвал на себя. Наш флайер оторвался от площадки и скользнул в