"Фантастика 2025-195". Компиляция. Униги 1-23 - Вадим Витальевич Тарасенко Страница 282

Люди стояли и молчали. Потом как по команде, одновременно рухнули на колени. Эта поза, этот человеческий жест телом, символизирующий смирения человека перед Богом, был един для всех: для челов и кроков, для фролов и землян.

— Смотрите, — словно шелест прошел по рубке управления и кают-компании.

На мониторах внешнего обзора было четко видно, что рядом с их кораблем появились два расплывчатых, словно в тумане, силуэта кораблей.

— Мнемы и иры, тоже прилетели…

Андрей стоял на коленях и не сомневался, что совсем рядом на коленях стоит Лю, его товарищ и мнемовский принц.

И землянин, неожиданно для себя начал молиться. Он заранее не продумывал эти слова и тем более не заучивал. Они просто возникали в его голове и ему оставалось лишь их просто шепотом произнести.

— Господи Иисусе. Услышь недостойного раба твоего Андрея. Господи, прости все наши согрешения перед тобой. Прости за то, что по неразумению своему портили твое Творение. И не карай нас за это строго, — Андрей тихо молился, как молились стоящие рядом с ним фролы и челы, как молился, стоящий за его спиной Сарб.

Слова молитв были схожи — спаси и сохрани. Только вместо Иисуса произносилось или Великий Мортон, или Всесильный Исам, или Всемогущий Картан.

— И сохрани нас от неправильных путей в гиперпространстве, сохрани от его грозных сил.

… Маленький, плачущий, размазывающий по щекам слезки Андрей, дергающий наглухо закрытую стальную дверь каюты. И вдруг потолок и пол каюты стремительно бросаются друг на друга, раздавливая все, что встретилось на пути… И больше нет этих плачущих карих глаз и слабых ручек, дергающих двери…

— Ммм, — простонал мужчина, — и спаси души тех, кто навсегда там остался…

Мой ребёнок, мой милый ребёнок,

Дай тебя приласкать, дай тебя обогреть.

Ты проснёшься, и будет твой голос так звонок,

Ты не веришь пока, что и нам суждено умереть…

Вспомнилось прочитанное перед последним боем в Дагестане…

— Господи, и наставь нас на путь истинный, дай нам разум и терпение понять твой Великий Замысел, и помоги нам, если мы снова отступимся. Ибо ты Всесилен и Великодушен, и Царствие твое вечно. Аминь.

Сарб, стоя на коленях сзади Андрея молился и с удивлением понимал, что сейчас не думает ни о Вессе, ни даже о президентском кресле.

— … Всемогущий Картан, наставь меня на путь истины…

И где-то там, в самой глубине подсознания крока тлела крохотная искорка — наставит, обязательно наставит. А из искры часто возгорается пламя…

Мнемы и иры исчезли также внезапно, как и появились.

А потом было возвращение домой, снова восемьдесят один гиперпереход на максимальной дальности.

— Лю, отправь меня домой. Меня здесь уже ничего не держит.

Они стояли, как и тогда, три года назад, около мнемовского звездолета на Матеи и, как и тогда, ветер трепал их волосы. Только тогда их было трое. Третьей была Эльдира, смеющаяся, счастливая, не подозревающая, что совсем скоро она потеряет отца, а потом погибнет вместе с сыном, слившись с ним в одно целое…

Принц внимательно посмотрел на землянина.

— А не будешь скучать по всему этому? — он сделал широкий жест рукой. — По звездам, до которых можно долететь в мгновение ока, по причастности к делам могущественных государств, посмотреть, как фролы, челы и кроки будут пытаться найти себя в роли партнеров, а не врагов. Ведь по сути ты пока единственное звено, связывающее левосторонников с правосторонниками.

— Ничего, как-нибудь справятся без меня. Три года назад я спас миллионы фроловских детей, а сейчас не смог спасти одного — своего сына…

— Знаешь, — после долгой паузы произнес Лю, как и в древние времена, так и сейчас Богу, что-то прося у него, надо было приносить жертвы. Считай, что твой сын был принесен в жертву, чтобы спасти весь мир.

И снова два человека, двое мужчин стояли молча и ветер трепал их волосы.

— Я скучаю по сыну и хочу его увидеть, — наконец тихо сказал Андрей и скупо улыбнулся. — Это для меня важней всего.

— Он же… погиб?

— Боги принимают жертву, но и вознаграждают приносящих их. Мой сын жив! И зовут его… будут звать Андрей!

Вадим Тарасенко

Любимец Бога

Даже часы истории имеют своих часовщиков.

Богуслав Войнар, польский сатирик

«Боже, неужели получилось? Неужели я обманул их? Ну а Ты, Господи, надеюсь, не будешь возражать?»

– Назовите свое имя, год рождения, гражданство.

– Иван Антонович Ковзан, две тысячи сто двадцатого года рождения, гражданин Объединенной Руси.

– Добро пожаловать, Иван Антонович, во вторую жизнь.

«Боже, я прошел!!!»

Глава 1

КТО БУДЕТ ПЕРВЫМ?

Каждый дурак знает, что до звезд не достать, а умные, не обращая внимания на дураков, пытаются.

Пол Андерсон, американский писатель-фантаст

Луна. Море Дождей.

База «Восток» Объединенной Руси.

12 апреля 2190 года. Понедельник.

13.02 по среднеевропейскому времени (СЕВ).

Бело-голубой шар Земли красиво впечатался в черную бездну Космоса с четкими вкраплениями белых звезд. До него, казалось, было подать рукой. Особенно если взобраться на этот валун, одиноко лежащий на девственной поверхности Луны. Семен Петрович Богомазов в который раз наблюдал эту картину на мониторе в центре управления базой и в который раз ловил себя на этом мальчишеском желании. Левее этого валуна пролегла натянутая струна бетонки, соединившая базу и космодром, который находился, казалось, у самого горизонта.

«Все правильно. Радиус Луны почти в четыре раза меньше радиуса Земли. Значит, и горизонт здесь в четыре раза ближе». Оживший динамик громкой связи прервал размышления начальника базы:

– До посадки «Гермеса-пять» осталось триста секунд. Готовность номер один всем наземным службам.

– Сейчас мы его увидим, – раздался за спиной Богомазова голос главного инженера базы Коли Григорчука.

И, словно желая подтвердить его слова, наружная видеокамера разглядела в черноте небосвода и послушно передала на монитор изображение блестевшего в лучах солнца стального тела. Оно по размашистой дуге неслось в сторону базы.

– Какого черта он не включает тормозной двигатель? – Семен Петрович нервно закусил губу, наблюдая за стремительным полетом-падением корабля.

– Это же рейс Ваньки-лихача. Семен, ты ведь знаешь его стиль – врубать движок при самом приземлении… фу ты – прилунении. – Главный инженер базы, так же как и Богомазов, впился глазами в экран.

– Вот накатаю на него жалобу в высшую аттестационную комиссию грузового космического флота, сразу охота лихачить пропадет. Чкалов хренов.

– Да чего ты так волнуешься. Это