Ковчег 5.0. Межавторский цикл - Руслан Алексеевич Михайлов Страница 272

знаю, пока мне о подобном как-то не думается. Оружие, наркотики – это ладно, дело есть дело. Но работорговля… Не наше это. Не мое. И потом, каждый из тех, кто в тюрьме, что-то про нас знает, что-то видел, а значит, что-то сможет рассказать. Легче уж тогда пойти на поляну и там бывших сектантов повязать, тем более их и не жалко. Вот только не лежит у меня душа к такому заработку, как какой-то барьер, преодолев который ты под гору начнешь катиться, да так, что не остановишься уже. Не нужно это нам. У каждого – свой путь, этот не наш.

Хотя тут тоже все небесспорно. Нет, торговать людьми мы не будем, это не обсуждается, но вот что произойдет, когда (и если) наладятся постоянное транспортное сообщение и торговые связи с Новым Вавилоном? Ведь тот же Лев Антонович немедленно начнет мне выносить мозг, убеждая в том, что можно оказывать услуги по перевозке, сопровождению и охране товара деловитым степнякам, имея с этого свой процент. А процент – те же мастера или чародеи, товар дефицитный и крайне полезный. И как тогда быть? Перевозка рабов не сильно отличается от торговли ими же. И те же англичане в восемнадцатом веке перевозчиков вешали не менее ретиво, чем продавцов. Да и дело это не менее грязное, чем сама торговля, чего уж тут.

Ладно, дойдет до этого, тогда и думать станем. Кстати, о чародеях. По их количеству мы отстаем, и здорово. Щур сказал, что магия в Новом Вавилоне очень в чести, даже несколько магических орденов и братств уже сформировалось, и если на рынок рабов попадает человек с магическими умениями, то цена на него порой взлетает до небес. Там прямо аукционы проводят. Он сам видел, как за паренька, способного вызывать ма-а-аленький снежный смерчик, продавцу отдали два ящика гранат, две винтовки с оптикой, да еще сверху накинули троечку короткоствольных автоматов с боеприпасом.

А мы в этой части безнадежно отстаем. Да вот, я давеча привел троих таких умельцев – один может под водой без воздуха пять минут находиться; вторая каменный стержень из-под земли выталкивает в том месте, где захочет, коротенький, но очень острый; а третья из ничего маленькую змейку создает, причем ядовитую. Правда, ненадолго. Понятное дело, начни они это дело прокачивать, и камень длиннее станет, и змея в размерах увеличится. Но только надо, чтобы они этим занялись, чтобы развивались, а этого и нет.

И виноват в этом я и никто другой. Вот что я сделал для того, чтобы процесс раскачки начался? Да ничего! Привел их, отдал Профу, сказал, чтобы тот их разместил, да и все, потом я про них просто забыл, поскольку других дел полно. Про тех, что были раньше, я вообще молчу.

Нет, так дело не пойдет, тем более время еще не упущено. После того как узнал про городские порядки, я поставил Профу и его умникам задачу – задействовать все ресурсы и заняться развитием талантов имеющихся у нас чародеев. Всех, включая Николь, как бы она ни сопротивлялась. И вообще – возражения не слушать, жалости не проявлять, если что, привлекать для разъяснительной работы Наемника и Дарью. Они хоть премудростям всяким не обучены, но зато умеют хорошо и внятно объяснить любому, с какой стороны на бутерброде масло лежит. В качестве стимула я пообещал нашим умникам привезти с городского рынка разных ингредиентов для зелий, которые можно было изготовить по рецептам, найденным в Сводах. Ну, при условии, что они там будут продаваться и не сильно дорого стоят. Это, собственно, немного примирило Профа с тем, что он с нами не едет.

Про само путешествие рассказывать особо нечего – я обозревал практически однообразный пейзаж с борта своей флагманской лодки, кстати, найденной после ночной резни у сектантов. Не лодка – загляденье. Все тот же «Зодиак», но эта красавица была вместительней, чем наши старые лодки, да еще и со специально обозначенными на бортах местами, откуда при необходимости бойцы могли вести огонь более прицельно и, если можно так сказать, комфортно. Да еще со щитком, который защищал мотор от случайного в него попадания. Кабы у нас был мотор, то ему бы точно ничего не угрожало, жаль только, что у нас его нет.

Впрочем, сейчас и нам ничего не угрожало, и, как сказал Щур, в прошлый раз тоже обошлось практически без эксцессов. Только раз ночью их отряд попробовали ограбить какие-то гаврики, проплывавшие мимо, но их в четыре автомата просто покрошили в капусту. И еще на третий день, на повороте реки (да, серьезный поворот, мы потом его заценили), когда лодки и плоты были близко к берегу, некие полуголые люди в немалом количестве собрались до них добраться вплавь с недвусмысленными намерениями. Тут тоже все закончилось благополучно – флегматичный Тор пристрелил троих рейдеров одной очередью и громко пообещал кинуть гранату. Разбойники были хоть и дикие, но не совсем уж дураки, а потому отказались от своих планов.

На нашу долю и того не выпало. Хотя, я так думаю, дело было исключительно в том, что народ, который жил по берегам реки и, несомненно, подрабатывал разбоем, уже научился отделять «хочу» от «могу». Когда сплавляется вооруженная толпа, какой смысл что-то затевать? Даже если удача улыбнется, потери все немалые, не окупающие доходность предприятия. А если кто из нас выживет да мстить придет?

А Щур везучий. Вот его запросто могли прихлопнуть, в одиночку же плыл. Но обошлось, видно, любит его судьба.

Путешествие ничем, кроме постоянных пикировок Насти, Милены и Марики, мне толком и не запомнилось. Впрочем, еще я приметил одну интересную вещь где-то на четвертый день пути, когда полноводное русло реки сузилось до такой степени, что оба берега были видны отчетливо. Как раз там я на обоих берегах и заприметил то, что меня заинтересовало. А если говорить конкретнее – дорогу, которая вызвала у меня какие-то смутные ассоциации и почему-то навевала воспоминания об Италии.

– Надо же, – сказал Голд, вертя головой. – Как есть римская дорога.

Вот почему я Италию вспомнил. Точно, римская дорога – широкая, мощеная, построенная добротно и на века. Нам когда-то ее гид показывал и подробно о ней рассказывал.

Откуда она здесь? И куда ведет?

Ответа на этот вопрос мне, понятное дело, никто дать не мог.

А на шестой день, ближе к полудню, Щур заорал, показывая на какие-то руины на берегу:

– Вон, вон, смотрите, развалины! Значит, почти на месте!

Ради правды, приближение города ощущалось по окружающему пейзажу. Деревья вдоль берегов прорежены, лодочки по протокам снуют, пару раз даже какие-то соломенные крыши глазастая Фрэн замечала. Словом, цивилизация дает о себе знать.

А Щур был