Фантастика 2025-41 - Дмитрий Яковлевич Парсиев Страница 241

— Меня зовут Аркадий, у меня тоже есть прииск… словом, я бы хотел Вам предложить работу.

— Я не ищу работу, с чего Вы взяли?

— Это не совсем работа, а скорее подработка. Разовое мероприятие.

— Мероприятие… Кто Вы, говорите, такой?

— Аркадий. И мне рекомендовало Вас сообщество Чёрного рынка.

Эдуард еле заметно вздрогнул.

— Говорите толком.

— Согласен, попробую объяснить толком. Во-первых, я представляю, кто Вы и на что способны.

Он слегка нахмурился и затем многозначительно кивнул.

— Во-вторых, мне нужен Ваш навык.

— Борьба с огнём?

— Не совсем.

— А что? — Эдуард либо не понимал намёков, либо, как это часто делают упрямые или скрытные люди, делал вид, что не понимает.

— Короче, — осмотрелся, возле портала никого не было. — Есть некое место и имущество в нём. И я бы хотел, чтобы оно сгорело.

— Сгорело?

— Ко всем собачьим херам. Синим пламенем. Вот и хочу Вас нанять.

— Аркадий, — с некоторым трудом ответил он, — я много лет боюсь со своим пороком…

— Знаю, знаю… — нахмурился я, приблизившись, словно пытаюсь его поцеловать.

— Знаете? — с лёгким сомнением ответил он.

— Да. Огонь — это одна из базовых человеческих стихий, потрясающая магия и сила. И эта сила отражается в Вашей душе.

Он осунулся и чуть опустил плечи.

— Я что хочу предложить, Эдуард. В местной академии есть направление огненной магии, там есть куча дисциплин для обучения силам природы и стихии огня. Я знаю там нескольких преподавателей и руководителя.

— Да, знаю я их. У меня нет таких денег, чтобы учиться…

— Дык я дам, восемьсот рублей для простолюдина за первый и второй курс, а дальше заработаете или я подкину.

— Я не хочу никого больше поджигать.

— Нет, Эдуард, это не так. Вы хотите, определённо хотите. Но сдерживаете себя. Я Вам предлагаю не психолога и диванчик, а прямо-таки погрузиться в эту стихию и посвятить себя ей.

— Но для начала, преступление, — хмуро покачал головой он.

— Не первое и не последнее. Если Вам от этого станет легче, мы поджигаем плохих парней.

— А Вы в курсе что это преступление, Аркадий?

— Ещё бы, я же адвокат! — рассмеялся я. — Но уверен, что я Вас не сдам, потому что «подстрекатель». И Вы не сдадите, ведь Вы в общеимперском розыске.

— Грррр… Рассказывайте, что нам надо поджечь.

— Пару автомобилей. И никаких жертв.

Глава 13

— Сейчас ночь, — внешне достаточно спокойно констатировал Эдуард.

Он, тем не менее, был напряжён и постоянно озирался. Так и не скажешь, что паренёк из откровенно неблагополучной семьи и знаком с нарушениями закона буквально с детства.

Люди традиционно с пренебрежением и даже презрением относится к так называемым неблагополучным семьям, кварталам, общинам. А понимают ли они, какой металл куётся в этих горнилах? Какие люди-гвозди оттуда выходят?

Один из самых матёрых следователей, можно даже сказать, «советских детективах», с которыми я сталкивался, Виталий Георгиевич, с виду простой неприметный мужчина, даром, что главный следователь области, рассказывал про своё детство. Не аналитически рассказывал, без выводов и каких-то громогласных заявлений. Но только компания его, в которой он тусовался в детстве, лет до шестнадцати, они были, как бы сказать… шпана? Окраина СССР, а если точнее, то средняя Азия, уголовные понятия, феня, «пацанское» слово.

Он бы с лёгкостью посмеивался с фильмов о криминале, настолько это было для него картонно, плоско и не так.

Он вырос буквально среди будущих воров и убийц и его жизненный выбор был пойти в милицию, в Саратовскую школу следователей. Как он говорил, есть всего два вуза, где не учат на юриста, а учат на прямо-таки детектива. Одно в СССР, второе в США. Первое закончил он и по долгу службы много-много лет мотался по городкам, по нашей Бескрайней, он расследовал, расследовал в основном убийства, он был напрочь лишён пафоса и понтов, не производил задержания и часто повторял, что преступник тоже человек. Он был, и я надеюсь, что до сих остаётся — умным и повторял фразу «вы должны понимать».

Он знал сотни способов убийств и противодействия им.

Хотя сам он себя оценивал без пафоса, мы, его ученики, понимали, что он полсотни раз ходил под смертью, не боялся её и не бравировал этим.

На таких людях, в любом обществе, стране и эпохе держится система расследования.

Конечно, мой нынешний «напарник» пошёл по другому пути. Работал в сфере, в которой понимал до боли много, опираясь, как я догадываюсь, на поддельные документы об образовании. Судя по его последним годам жизни, определённые выводы он сделал, и законы в Кустовом не нарушал.

Я же не ощущал никакого беспокойства, тем более, что в переулке было темно, хоть глаз выколи. Мне легко дышалось, я дышал трепещущей влажностью ночи, я ощущал разреженную магию в воздухе, в конце концов, я не боялся тьмы.

— Темнота — друг молодёжи, в темноте не видно рожи, — беззаботно ответил я и потащил упрямого «поджигателя» к гаражам. — Нам с Вами нужна разведка.

Для этой не совсем законной операции мы сейчас используем мою машину, но вот поехали уже без Джо. Во-первых, я не собирался ставить китайцев в известность про свою диверсию, во-вторых, авто у меня двухместное.

Мы осмотрели здание и подходы к нему. Проще всего зайти прямо с улицы, эта часть гаражей имела собственный въезд и ворота собственного входа, где караулил охранник «сольпуг».

Авто не видно, но их, по крайней мере сейчас — семь штук. Спасибо магическому чутью.

— Ну, вроде всё понятно, — заторопился Эдуард. — Пошли?

— Две секунды, — я взял своего подрядчика за руку и активировал Шило, отчего немедленно оказался на Изнанке.

— Где мы? — нахмурился он, потому что тут было если не день, то, по крайней мере, светлые сумерки.

— Изнанка, первый уровень.

— Портальный свиток?

— Типа того, — отмахнулся я от его расспросов и стал осматривать местность.

Ну что, покрытая впадинами степь, на которой неравномерно росли странные растения, похожие на одинокие стебли бамбука, только невысокие, до полуметра и увенчанные маковкой зелёного пушистого цветка.

В целом приемлемо, монстров нет, опасностей самого места, вроде обрывов, тоже, деревьев нет… словом, подойдёт.

Пока мой персональный поджигатель стоял и не понимал, что мы тут делаем, я снова