Фантастика 2025-41 - Дмитрий Яковлевич Парсиев Страница 238

— Тексты договоров с Вас, я в это, юридическое, не сильно вникаю.

— Как думаете, надо на турецком и русском? — я прикинул что придётся забежать в то, уже знакомое бюро переводов.

— На английском. В Стамбуле зачастую делают договоры по международному стандарту, а это значит — английский.

— Сделаю на английском, чего уж там. У меня книга с стандартизированными документами есть на английском. Вот и пригодится.

— Жду Вас завтра. Зачем так оделись, не спрашиваю.

— А сколько будет стоить заказать паспорт?

— На кого?

— На меня.

— Ого! Зачем Вам такое, Аркадий? Вы дворянин. Подделать паспорт дворянина трудно, да и всплывёт, все дворяне записаны в списки родовых книг, в отличие от простых людей, они не исчезают и не возникают из ниоткуда.

— А меня устроит и не дворянин. Вот, к примеру, приду я с таким паспортом в банк или к нотариусу, он поймёт, что я не я?

— Вы — это Вы. А что в паспорте род не упоминается, так это… Во-первых, говорят попадаются и простолюдины с магическим потенциалом, только их быстро к рукам кланы прибирают. Во-вторых, нотариусы и банкиры сплошь сами не маги, откуда им видеть, что Вы дворянин, выдающий себя за простого… Короче, проблем не будет.

Канцлер воодушевился, как художник, который принимался за очередную картину.

— Есть представления о фамилии, имени, отчестве?

— Пусть будет Солодожаров… Солодожаров Павел Сергеевич. С детства мечтал немножко побыть Павлом.

— Записал. Год рождения примерно Ваш поставлю, может пару лет накину. Откуда будет наш Павел?

— Не из столицы. Поволжье, регион Байкала, Приамурье, Приуралье. Посоветуете что-то?

— Может, турецкий паспорт? Британский колониальный? Кипрская республика?

— Нет, не будем усложнять. Имперский гражданин и никаких гвоздей.

— Тогда посоветую пригороды Екатеринбурга. И даже поясню. В большинстве паспортных столов ведутся списки выданных паспортов, а во многих тамошних отделениях какое-то время царил бардак… Короче, если даже кто-то любопытный пошлёт запрос о конкретном выданном паспорте, они не смогут ответить. Кстати, бланк настоящий или неотличимая реплика? Настоящий дороже, сорок рублей за сам бланк. Реплика три рубля пятьдесят копеек.

— Оригинал.

— Фотографию сейчас же сделаю. Отметку о месте жительства ставим там же, в пригороде? А потом новая регистрация тут, в Кустовом. В районе Чёрного рынка есть множество домов, которые впишут нового жильца в домовую книгу, так что даже проверка подтвердит, что такой человек у них проживает.

— Делаем всё и в полный рост. Защита, печати, печатная машинка, чернила и так далее.

— К завтрашнему дню всё будет готово. С вас сорок рублей за бланк, остальную работу сделаю бесплатно, за счёт заказа по автомобилям.

— Как скажете.

— Ну, тогда пойдём за ширму, дам Вам расчёску, зачешите волосы назад, чтобы причёска отличалась от повседневной. Ведь паспорт выдан года четыре назад, якобы, причёска должна была изменится.

— О как! Буду знать.

* * *

Всё так же, не меняя одежду назад, поехал по адресу транспортной компании, которую дал мне Тайлер.

Это был рабочий пригород, а механический двор, в котором были арендованы гаражи, оказался довольно оживлённым и шумным, так что мы с Джо даже погуляли там, не вызывая подозрений, делая вид, что имеем дела с мастерской, которая располагалась тут же.

Да, искомые боксы были заперты и, хотя внутри кто-то находился, пройти внутрь было попросту нельзя.

Впрочем, даже то, что я засёк магическим зрением, не оставляло сомнений. На машинах была артефактная защита от враждебной магии и модная сейчас в столице сигнализация. Плюс люди, которые были внутри, тоже обвешаны защитой. Надо сказать, что защищать машины от магии в Кустовом никто не догадывался. Ну разве что кроме тех, кто и сам был боевым магом.

Тут сомнений нет, я набрёл на автопарк мафии. Другое дело, что делать с этим фактом?

Мы вышли, как и зашли, в своей неприметной внешности, не вызывая вопросов и интереса.

Уже через четверть часа я стоял возле обувной мастерской, сжимая свои туфли, которые, на мой взгляд, не требовали ремонта, просто других у меня под рукой не было.

Обувщик работал в чём-то наподобие ларька, только без витрины, общался с людьми через открытую дверь. Когда он отпустил какую-то недовольную тётку, то без лишних слов принял от меня туфли, покрутил и нацепил одну из них на обувную лапу, приспособление, удерживающее обувь подошвой вверх.

Я решил, что он сейчас и правда будет ремонтировать туфли и вообще я обознался, однако он бросил на меня насмешливый взгляд:

— Да есть хабар, есть.

Он подозвал меня пальцем и показал завернутую в газету тонкую пачку документов. От небрежного обращения многие из них смялись, однако меня это волновало слабо.

Я достал и бегло осмотрел находки.

Ну да, это оно. Приказы, какие-то бессмысленные письма, парочка накладных. Но главное, если вычленить его — есть образец бланка, подписи и печати. И на сладкое — пять документов с другими организациями, поставщиками или по выполнению работ.

Туфта, конечно, но организации так или иначе связаны с «Грюнком».

— Да, господин Обувщик, всё верно. И премию Вы заслужили.

Он одобрительно кивнул и добавил, деловито постукивая по крошечным гвоздям в подошве сначала одной туфли, потом второй:

— И пятьдесят копеек за ремонт обуви.

Глава 12

Я уверенно шёл, радостно помахивая газетным свертком, бодрым шагом направляясь в офис. У моих намеченных злодеяний наконец-то постепенно появляется хороший основательный фундамент. Кстати, буду и фундамент жилища на Изнанке сегодня заливать. Не всё сразу, конечно, только начну.

У входа в офис с достоинством, свойственным дворянам, стоял мой отец.

Мельком увидев меня, он сначала отвёл взгляд, потом ощутимо вздрогнул и посмотрел снова, только теперь его глаза слегка расширились от ужаса.

— Хорошо, что мать не видит, — он всё-таки взял себя в руки, но осматривал меня с головы до ног с заметной долей брезгливости.

Ну да, я же одет как местный гопник с кепочкой. Потом он увидел газетный свёрток с документами.

— О, великий Предок, что за культура документооборота! Документы, сын, носят в папке, в портфеле, а не, а не…

Он тяжко вздохнул и изобразил на лице вселенскую скорбь.

Я закряхтел, оттесняя его от двери, открыл и впустил его внутрь, потому что Чена на месте не было, а значит и никого не было.

— Я пришёл справиться у тебя