Межавторский цикл «Боло». Книги1-13 - Кейт Лаумер Страница 228

И, между прочим, она должна мне выпивку, — буркнул Питер.

— Я мог бы попытаться проследить ее, — сказал мистер Пенни. — Она у нас не зарегистрирована, но я могу провести полную проверку мест, куда имеют доступ только космолетчики.

— Вы правда можете это сделать? — с благоговейным трепетом спросил Уилл.

Но я возмутилась.

— А какое вам дело? — налетела я на мистера Пенни. — Неужели люди не имеют права идти туда, куда им заблагорассудится? Почему вы должны иметь к этому какое-то отношение?

Мистер Пенни нахмурился, но потом его лицо снова посветлело.

— Мы космолетчики, и большинство из нас подлежит призыву, — мягко пояснил он. — Если капитану потребуется срочно собрать команду, так это сделать проще всего.

Ну да. Но я промолчала. Сказанное мистером Пенни было вполне здраво, но мне просто не нравилась сама мысль о том, что они могут выследить Маргарет даже вопреки ее желанию.

Мистер Пенни повернулся к экранам. Его пальцы забегали, нажимая разные клавиши и кнопки, но я ничегошеньки в этом не понимала. На мониторах сменяли друг друга карты и диаграммы, и их мельтешение зачаровало меня помимо воли. Потом пальцы мистера Пенни перестали мелькать, и он улыбнулся.

— Вот она, — негромко сообщил он. — В баре «Черная Звезда». — Он кинул на нас грустный взгляд. — Я бы никому не советовал соваться в это место, а уж тем более несовершеннолетней девочке из Камелота. Думаю, вам не стоит туда ходить.

Мы вышли из дома Гильдии. Естественно, мы направились прямиком в бар. Сказать Питеру, что место пользуется дурной славой — это всё равно что назвать, где лежит страна его грез. Питеру всегда нравилось считать себя испорченным, хотя он просто-напросто противный. Не понять мне этого.

Если честно, мне не больно-то хотелось идти в «Черную Звезду». Я любила Маргарет, но похоже было, что она задумала какую-то дурость. Неохота мне в это вмешиваться. Я просто хочу вернуться домой, поужинать и притвориться перед родителями, что весь день была в школе. Но само собой, надо идти в этот бар, найти Маргарет и убедиться, что она наверняка мертвецки пьяная и не собирается ехать с нами домой, чтобы блевать всю дорогу.

«Черная Звезда» находилась за пределами кварталов, залитых неоновыми огнями. Несколько улочек вились по окраинам Дуврского порта, здесь жили преимущественно вербовщики и крупье. Светилось несколько витрин бакалейных лавчонок, контор было совсем немного, и все они были отмечены дешевенькими одноцветными знаками.

Над баром «Черная Звезда» и того не было. Его окна были выкрашены в черный цвет, и на стекле серебряными буквами было выведено название заведения. Мы дважды прошли мимо, всматриваясь в боковые переулки, и заметили его только тогда, когда из бара на улицу вывалился какой-то пьяный, горланя песни. Питер расплылся в улыбке, и мы вошли.

Честно говоря, этот притон отбросов большого мира не особенно отличался от нашей пивной. Ну конечно, здесь на стенах и потолке было блестящее черное напыление, а стойка и столы сделаны из зеркального стекла, но это лишь внешний блеск. Запах дешевого портера и дешевого виски смешался с затхлым запахом духов и дымом. Я была совершенно разочарована. Я-то ожидала увидеть нечто такое, от чего мурашки бегут по спине, например вооруженных охранников, сидящих закинув ноги на стойку и готовых снести мне голову с плеч, как только я покажусь в дверях. Но, увы, не повезло.

Даже посетителей было раз, два и обчелся, не считая довольно большой компании в глубине. Именно там и шумели. Все они были как раз в той стадии опьянения, когда человек ходить уже не может, но еще вполне способен орать песни и материться. Ничего, кроме бесконечных вступлений песен, которых я не знала, не было слышно.

Больше всего мне хотелось поскорее убраться отсюда. Но потом я увидела Маргарет, она встала из-за столика этой самой пьяной оравы и жестом позвала нас. Мы пошли. Даже Питер, кажется, понял, что этим парням лучше не перечить, и шагал со смущенным выражением лица, походкой выражая почтение.

— Это мои товарищи по команде, — представила Маргарет, но язык у нее заплетался, и я не сразу поняла, что она сказала. — Я получила место юнги. Здорово, правда? Никаких тестов и ограничений по возрасту. Подписала бумаги, и все.

— Маргарет, мы можем вместе вернуться домой, — сказала я, втайне надеясь, что она откажется. Мне не слишком улыбалась мысль, что ее будет рвать прямо на меня, а выглядела она так, что дорогу назад в тряской телеге ей не выдержать.

— Ни за что! — воскликнула она и, подкрепляя слова жестом, широко раскинула руки. При этом она чуть не заехала по голове одному из своих товарищей. — Уезжаю. Но я вернусь на турнир забрать тебя. Конец ограничениям, конец всему!

— Пошли отсюда, — сказал Уилл.

— Я хочу пива, — заупрямился Питер.

— Возьмешь в каком-нибудь другом заведении, — ответил Уилл. — Мы здесь не останемся. Маргарет все решила. Нас это теперь не касается.

Мне очень хотелось поскорее выбраться отсюда, и я надеялась, что Питер легко уступит. Ничего интересного здесь не было. Несмотря на свою мрачную репутацию, «Черная Звезда» оказалась на редкость скучным местом. Но я смотреть не могла на Маргарет, уже одетую в ярко-желтый комбинезон с надписью «юнга» на груди. Я вдруг подумала, куда подевалось ее платье.

Питер с довольно разочарованным видом пошел вслед за Уиллом. Я знала, что потом он будет говорить то же, что и я: «Да, я был в „Черной Звезде". Нет, не страшно. Конечно, было не очень поздно, но это ведь всего-навсего бар. Подумаешь, что тут особенного?» Но на самом деле для нас это было нечто.

Ни в какой другой бар мы не зашли. Вместо этого мы заглянули в один из маленьких бакалейных магазинчиков, работавших допоздна, и купили расфасованную салями и нарезанный и уже уложенный на ломти хлеба сыр. Питер взял упаковку на шесть порций, мы расплатились и вышли с нашим ужином под мышкой. Я надеялась, что мы поспеем домой к настоящему ужину, но, посмотрев на небо, поняла, что это мало вероятно. Солнце опустилось к самому горизонту, и стены белоснежных домов Дуврского порта отливали красным, розовым и абрикосовым цветом.

Обратный путь оказался короче. Может, лошадей взбодрила вечерняя прохлада, может, оттого, что транспорта было меньше, а может, причиной было наше общее желание поскорее попасть домой, где можно будет забыть о Маргарет.

Я сидела