"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк Страница 22

— Ты меня с кем-то путаешь, дорогая, — мысленно ответил я. — Но с ним нужно держать ухо востро. Такой реверанс даже мне в голову не пришел.

— А ты хорош! — похлопал я его по плечу.

Тут к нам подошла девушка с чемоданом и покашляла, привлекая наше внимание.

Пепельно-черный цвет волос с белыми прядями, красивые, утонченные черты. Зеленые глаза и слегка курносый нос. Судя по одежде и немного надменному выражению лица, симпатяжка была из обеспеченной семьи.

— Извините, могу я присоединиться к вам, или у вас уже занято? — даже не спросила, а скорее потребовала она.

Мы с Димой переглянулись, кажется, думая об одном и том же.

— Да, конечно! С удовольствием составим вам компанию! — подорвался с места Дима. — Виконт Дмитрий Бердышев, к вашим услугам.

— Баронет Михаил Кузнецов. — Я поднялся и слегка наклонил голову.

— Светлана Нахимова, — протянула она нам ладонь тыльной стороной, сверкнув родовым перстнем с изображением белуги, и мы с Димой по очереди пожали ее.

— Извините, а ваш отец случайно не Петр Нахимов? — поинтересовался Дима, с интересом рассматривая девушку.

Я тем временем отошел чуть в сторону и предложил сесть между нами.

— Случайно — мой, — улыбнулась она, стрельнув в меня глазами, в которых мелькнул какой-то странный огонек.

— Я много читал про Северную компанию. Ваш отец внес большой вклад в победу, — польстил ей Дима, от чего девушка начала таять.

Мне стало любопытно, о ком Дима говорит с таким восхищением. В школе мне приходилось читать об одном адмирале с такой фамилией. Только звали его Павел… Может это их дед?

— Миш, только не ляпни какую-нибудь хрень, — подув на свои ноготочки, сказала Лора.

Ну как тут можно устоять…

— Прошу прощения за мою неосведомленность, но кто такой Петр Нахимов? — спросил я.

— Что⁈ — хором удивились ребята. Однако хитрый Дима опять мне подыграл. Он-то знал, жук, что я не в курсе про местных знаменитостей.

— Мой отец, граф Петр Нахимов, командующий Западным флотом Империи! — с вызовом сказала девушка.

— Ого, адмирал⁈

В морских чинах я немного разбирался и поспешил блеснуть знаниями.

— Верно. Неужели вы не в курсе? — прищурилась она, пытаясь взять в толк, шучу я или нет. — Это написано во всех школьных учебниках.

— Видимо эта информация прошла мимо меня… — пожал я плечами.

— Миша! — покачал головой Дима и обратился к нашей новой подруге: — Простите, Света…

— Можем перейти на «ты».

— Прости, Света. У Михаила была обширная амнезия, он многое не помнит, — сообщил Бердышев-младший.

— Хех, видимо, понравилась девчонка нашему парню, — умилялась Лора утонченным манерам Димы.

— Прошу прощения, я не знала, — прикрыла рот рукой Света, осознав свою бестактность. Ее напускная гордость тут же спала.

— Ничего страшного. Сам виноват, что не сообщил заранее, — решил я отойти от этой скользкой темы.

Почему бы не сжульничать немного?

— Светлана, — сказал я. — Мы тут с Дмитрием спорим, почему так много аристократов едет в КИИМ, если могут поступить в любой другой вуз?

— Не могу сказать за всех, но мой отец настоял, чтобы я, как дочь военного, перевелась именно сюда, чтобы стать сильнее, — уверенно ответила она.

— Ты уже где-то училась?

— Да, но пришлось перевестись… Не хочу говорить об этом… — И немного помолчав, она добавила. — А зачем вы едете в Красноярск? Неужели ваши отцы не могли найти место получше?

Мы с Димой переглянулись и хмыкнули в унисон.

— У нас та же цель, что и у тебя, — ответил я. — Стать сильнее. А это самое подходящее место, чтобы подтянуть навыки. Опасное, правда. Так что за этим перспективным виконтом нужен глаз да глаз, — ухмыльнулся я и по-дружески ткнул Диму в плечо.

— Понятно… — Она ненадолго задумалась и забавно прикусила нижнюю губу. — Я так понимаю, четвертого вы не нашли?

— Нет. И не искали, — помотал головой Дима.

— Но мы будем не против, если у тебя есть такая же симпатичная подружка! — сказал я.

На ее щеках появился небольшой румянец, она нахмурилась:

— Для потерявшего память ты слишком бестактный!

— Увы, я совсем забыл правила этикета, — парировал я и рассмеялся.

После этих слов Светлана постоянно косилась на меня, порываясь о чем-то спросить, но Диму было не остановить — он болтал без умолку.

До отправки поезда оставалось полчаса, и мы успели попить чай с эклерами в кафе. Света оказалась неплохой девушкой, умной, хоть и немного самовлюбленной. С другой стороны, какой еще должна быть единственная дочь адмирала? Дима украдкой шепнул, что её тренировали с малых лет, и род Нахимовых владел стихийной магией воды.

«Уважаемые студенты! — заработал мегафон. — Поезд до Красноярска ожидает на перроне №1 Петербургского вокзала!»

— Пойдемте быстрее! — засуетилась Света и первая поспешила к поезду.

Сразу после объявления волна студентов двинулась к переходу на первый перрон.

— Надеюсь, это не электричка… — пробубнил я, вспоминая жесткие сиденья пригородных поездов из своего мира. А еще туалеты…

— Что? — не понял Дима.

— Да нет, ничего. Забудь, — отмахнулся я.

Света со своим громоздким чемоданом ловко пробиралась сквозь толпу, и мы с Димой кое-как поспевали за ней.

Когда наша троица вышла на перрон, первое, что бросилось в глаза, стал сам поезд. Огромный, в два этажа, он походил на длинную серебряную стрелу. Гладкий серебряный корпус блестел на солнце так, что при желании можно было увидеть свое отражение. На боку этого чуда красовалась большая красная надпись — «Соловей».

Лора восхищенно присвистнула. Таких поездов в нашем мире не найдешь. По ширине он вдвое превосходил составы, которые ходили в моем мире.

У каждого вагона нас ждали проводники с планшетами.

— Пойдемте в последний вагон! — махнула нам Света и, не дожидаясь ответа, быстрым шагом двинулась к концу поезда.

— Боже, за что нам такая спутница… — простонал Дима, но охотно побежал за неугомонной девчонкой.

У нас еще раз спросили документы и предупредили, что если мы не найдем себе четвертого соседа, то к нам, скорее всего, подсадят кого-нибудь.

Стоило нам сесть на поезд и добраться до купе, как я удивился вторично.

В нашем распоряжении была небольшая комната с обеденным столом и лавками. Всю стену занимало большое панорамное окно. Столешницу прикрывала красивая скатерть с цветами. По бокам располагались четыре отдельные спальни с душевыми и умывальниками — небольшие, примерно два на три метра.

— Ох, нихрена ж себе! — не удержался я, когда увидел всю эту красоту.

— Да уж. Хоть в эту школу и везут кого попало, но спонсируется она неплохо, — расслабилась Света. — Империи нужны сильные маги!

Мы с Димой заняли соседние комнаты. Света заняла комнату напротив и скрылась в душе.

— Нда, — протянул я. — В моем мире купе куда скромнее…

— Да? — заинтересовался Дима, придвигаясь поближе. — Ну-ка расскажи!

— Да чего рассказывать? У нас купе это четыре узкие полки — две сверху, две снизу, — описывал я обычный поезд дальнего следования, обильно жестикулируя. — Посередке столик из ДСП, не чета этому! — Я постучал по толстой древесине. — И, конечно же, мутное окошко, чтобы смотреть на нашу необъятную!

— Как эта комната?

— Нет, меньше. В половину!

— Охренеть!

Пока мы ждали еще одного попутчика — или попутчицу, что было бы неплохо! — я решил полистать буклет, который нашел на столе. Там любезно сообщалось, что ехать нам почти двое суток, а приедем мы ранним утром. От вокзала новоприбывших повезут военными автобусами к поясу, где и располагался институт. Все в точности, как и говорил Андреев. Насколько я помню информацию из буклета, Институт находился вблизи Красноярска, но по факту за пару сотен километров от него. В маленьком городке Широково.

Мои размышления прервала открывшаяся дверь, и на пороге застыл наш последний попутчик, и что-то в нем меня насторожило…

Лора показала его энергетический фон. Оказалось, что он напитан энергией с горкой. Странно, как я мог его пропустить? Сиял он почти так же, если не ярче, как та рыжая девушка, которая играла в карты.

Ярко-голубые глаза, небольшая родинка над губой. Даже в мешковатой одежде заметно, что парень крепкий. Но не это мне показалось странным. Скорее меня насторожила его одежда — поношенная, затертая, но казалось, что он испортил одежду специально. При этом лицо было тщательно выбритым и ухоженным. Обувь вообще новенькая.

Такой маскарад мог обмануть моих спутников, однако со мной этот номер не прошел. Белоснежный воротничок на старенькой рубашке говорил сам за себя — парень хотел, чтобы его приняли за бедного аристократа. Да и глаза