Пожиратель душ. Компиляция. Книги 1-18 - Дмитрий Дорничев Страница 217

Император был из древнейшего рода страны и носил фамилию Нерушимый. Полное имя Нерушимый Константин Дмитриевич, сколько ему точно лет, Тэо не знал, но говорят, что тот уже прожил примерно полтысячелетия. Но выглядел он на сорок-сорок пять.

Все аристократы и их отпрыски замолкли в ожидании слов своего государя. Тишина повисла такая, что было слышно сердцебиение самых впечатлительных. Император не заставил людей ждать. Как только сел на трон, он сразу заговорил.

— Думаю, вы в большинстве своём уже знаете о причинах этого приёма, — сказал мужчина и окинул тяжёлым взглядом всех присутствующих. — Но прежде, я хочу выразить благодарность от лица империи одному молодому человеку. Волков Иван Игоревич, покажись, сын моего старого друга. — Взгляд мужчины начал блуждать по толпе, но быстро остановился, и на его лице расцвела улыбка. — Хотя вот же ты, точь-в-точь отец.

Император легко нашёл Тэо в толпе, хотя тот не был в первых рядах, но император располагался на небольшой возвышенности, да и рост его впечатлял, потому он видел всех в зале.

Парень прорвался сквозь ошарашенных людей и встал посредине, между толпой и императором, после чего преклонил колено.

— Волков Иван Игоревич приветствует государя, — громко и чётко сказал парень, как и указывалось в книге. Император махнул рукой, и парень встал.

— И правда, один в один, — кивнул мужчина и доброжелательно улыбнулся. — За твои деяния, о которых ради твоей безопасности я умолчу, ты награждаешься медалью за заслуги перед отечеством. Подойди, Иван.

Парень встал и, как было сказано в книге, медленно, с высоко поднятой головой пошёл к императору, остановившись перед ним в пяти метрах.

* * *

— Иван! Тва-а-а-а-а-рь! Чтоб ты сдох!! — мысленно рычал Олег, новый патриарх рода Волковых. Его переполнял гнев, а в голове зрели довольно безумные идеи. — Мам! — парень резко обернулся и посмотрел на стоящую рядом женщину.

— Да, теперь ты его не сможешь выгнать из рода, — тихо сказала она. — Но ты можешь…

* * *

К Тэо подошёл высокий мужчина в красном костюме с золотым подносом. Он вручил парню какой-то конверт и прицепил тому на грудь золотую медаль.

— А теперь попрошу аплодисментов, Иван заслужил их, — громко сказал государь и зал разразился оглушительными аплодисментами.

— Благодарю вас, государь, — низко поклонившись, ответил парень, когда аплодисменты стихли. Дождавшись кивка от императора, Тэо вернулся в толпу.

Государь сразу перешёл к основной части приёма, а именно объявил о конфликте в Римском Египте и просьбе римлян о помощи.

Волей государя он призвал аристократов принять участие в конфликте. Как и говорила пожилая женщина, им было разрешено тащить всё, что захотят, но лишь с неподконтрольных Риму территорий. Также империя отправит небольшой воинский контингент и создаст что-то вроде учебки, где молодые аристократы могут проявить себя в войне, но поблажек никому не будет, все начнут с новобранцев.

— Род Орловых готов присоединиться к конфликту на стороне Империи, — стоило договорить императору, как вперёд вышел крупный старик и преклонил колено.

— Род Щукиных готов…

Один за другим выходили патриархи родов, их быстро перевалило за полсотни, а потом Тэо увидел Олега.

— Род Волковых готов присоединиться к конфликту и отправляет на эту войну всех мужчин рода от восемнадцати лет и старше! — громко заявил Олег, косясь взглядом на Тэо, и мерзко улыбнулся.

— О? Так вот каков новый патриарх рода Волковых. Что ж, твоё рвение похвально, но я так понимаю, ты тоже собираешься участвовать в войне, ты же мужчина? — окинув парня тяжёлым взглядом, спросил император.

— Д-да, мой государь, — побледнев, ответил он. Олег не собирался участвовать в войне! Он же патриарх! Но теперь придётся… — Иван! Тварь!!! — мысленно проревел он.

— Вот и славно, — улыбнулся государь и добавил: — Только вот хочу добавить ещё одно, я разрешаю любому человеку самому выбирать, будет он служить под началом рода или империи, — ответил он и мельком взглянул на Тэо.

Олег вернулся в толпу, а патриархи продолжили объявлять о присоединении к конфликту. Всех новых участников конфликта, фиксировали специальные люди. После приёма все роды будут внесены в специальный реестр и в зависимости от вклада в войну получат те или иные преференции.

— На этом официальная часть объявляется закрытой, жду всех участвующих в конфликте на вечернем приёме, где более детально обсудим наше участие в войне, — объявил император и вместе с императрицей покинул зал.

Тэо тоже хотел было уйти, но не смог. По этикету так он покажет своё неуважение к императору. Потому нужно провести в банкетном зале не менее часа, чтобы без последствий покинуть его. Другое дело, если ты патриарх древнего рода… Однако даже такие не спешили уходить, ведь подобные приёмы — отличная возможность для ведения бизнеса и налаживания сотрудничества.

— И-иван, здравствуйте, — раздался чудесный, но немного смущённый голос, и Тэо, поглощающий вкусняшки, обернулся, при этом изобразив удивление. Он ощущал духовную нить и поток маны, потому прекрасно знал, кто к нему идёт, и был несколько удивлён тем, что она присутствует на приёме.

— Виктория Евгеньевна, рад вас видеть в добром здравии, — улыбнулся парень и слегка поклонился. Перед ним стояла прекрасный цветок рода Лисицыных, Виктория, что ранее была закована во льдах собственного дара.

На девушке было красивое голубое платье, что подчёркивало изящную фигуру красавицы. В её руках была шляпа с вуалью, достаточно плотной, чтобы никто не смог разглядеть её лицо.

Но перед разговором с Тэо она её сняла, чем мгновенно привлекла к себе всеобщее внимание. Какие-то секунды — и, казалось бы, весь просторный зал уставился лишь на неё одну. Девушку это напрягало, но она держалась.

— Мне, вообще-то, всего восемнадцать! Время, проведённое во льду, не считается! — возмутилась девушка и мило надула щёчки.

Виктории двадцать шесть лет, восемь из которых она провела во льду. А Тэо обратился к ней как к старшей, назвав по имени и отчеству.

— Прости, — ответил парень, даря девушке тёплую улыбку. — Как я могу загладить свою вину?

— Составишь мне компанию до конца приёма? А то чувствую, что зря я сняла вуаль, — ответила девушка, которой было противно от стольких пожирающих взглядов.

— Конечно, — ответил он и заметил, как