Фантастика 2026-111 - Сергей Витальевич Карелин Страница 216

И оказался в пяти метрах перед человеком, сидящим на коленях. Он баюкал голову юноши, которого я убил раньше. Тот ещё песочными струями всё резал. Мужчина был почти как две капли похож на юнца, только старше раза в два. Видимо, отец. Он поднял на меня холодный взгляд, и его лицо исказила дикая злоба.

— Слушай, он первый начал, — сказал я.

Но мужчина меня не понял. Он заговорил на тарабарском языке, с каждым словом становясь всё громче. Последние слова он просто проорал, направляясь ко мне. Его глаза загорелись белым светом, и он вдруг распался на тысячи песчинок. Те тут же подхватил мощный вихрь, и образовался смерч высотой в десять этажей. Внутри бурлила тьма и били молнии.

Ни фига себе Инсект! Похоже, эти ребята ради сына Императора пошли ва-банк!

Нескольких персов засосало внутрь, закружило, несколько раз поджарило и разорвало на куски центробежными силами — так быстро они вращались. Сильный порыв ветра толкнул меня в бок, а затем поднял в воздух. Меня медленно засасывало внутрь.

— А-а-а! — пролетел мимо ассасин. Под его развевающимися одеждами я заметил пояс шахида с синими брикетами.

На следующем круге я подгадал момент, когда он снова пролетит мимо меня, и пнул его в живот. Отдача позволила мне отлететь подальше от эпицентра смерча, а смертника пинок отправил в самую гущу. Вспыхнула очередная молния, и жуткий взрыв расшвырял торнадо. Меня откинуло ближе к академии и протащило по земле. Хорошо хоть револьвер и молот не потерял.

Я было решил, что враг побеждён, но песчинки вновь начали закручиваться в воздухе. Живучий попался гад. Смерч сформировался вновь и пополз ко мне. Но вдруг его будто сплющило сверху и с боков. Он рванулся и отыграл назад часть своих размеров, но его опять сплющило — ещё сильнее. Смерч обратился обратно в человека, который с ненавистью уставился на меня. А позади него стоял директор. На секунду прикрыл глаза и увидел перед собой два огромных факела из маны.

— А ну, оставь в покое мою академию! — прогрохотал директор.

Предводитель ассасинов злобно зыркнул на меня напоследок и развернулся к Степан Степанычу.

Что ж, пожалуй, оставлю это сражение взрослым дяденькам. А у меня есть дела и поважнее.

Я нырнул внутрь больших дверей академии и побежал по пустым коридорам. Под ботинками хрустели выбитые стёкла, пахло озоном, как после грозы, и гарью. Снаружи ещё доносились звуки боя, но они становились тише по мере того, как я углублялся в сторону больничного крыла. Свет не горел, а зарево пожаров не добиралось сюда.

По дороге выпил сразу несколько зелий маны, чтобы восстановить силы, и одно зелье регенерации. Колдовские стрелы оставили на моём теле несколько болезненных отметин и ожогов. Ничего, их хозяева сегодняшнюю ночь не переживут.

Я свернул за угол и наткнулся на несколько трупов ассасинов. Во всём чёрном. Видимо, их задачей было проникнуть внутрь и убить тех, кто остался в здании. Вот только кто-то убил их самих. Под ними растеклись лужи крови, а на телах чернели пулевые отверстия. Интересно, кто бы это мог быть?

Ответ не заставил себя долго ждать. Когда вышел в коридор, который оканчивался дверью лазарета, мне в челюсть и одновременно в живот прилетели приклады автоматов, а к горлу приставили короткий нож.

— Только дёрнись, мудила, — прохрипел мужик в крутой чёрной броне и с седой щетиной на лице. Он нажал кнопку на шлеме и сказал: — Гриша, Дубов у нас, ответь. Как слышишь меня, приём? Гриша!..

— Это не тот Гриша, который от меня пулю словил? — ухмыльнулся я.

За что тут же получил по лицу. Ничего, ещё поквитаемся.

Всего врагов было пятеро. По двое с каждой стороны держали меня за руки, один держал нож у шеи. Оружие, естественно, отобрали и отбросили в сторону. Я бы их раскидал, но они использовали заговорённую броню, чтобы удержать меня. Так что я даже пошевелить конечностями не мог.

— Приемлемые потери, — процедил воин. — Подтащите его к двери!

Меня тут же подтолкнули вперёд. Толстую дверь изрешетили пулями, но открыть так и не смогли.

— Эй, кто там есть? Пришёл ваш Дубов, вы же его ждали? Им же угрожали, да? — кричал мужчина. Видимо, предводитель этих странных воинов. — Откройте дверь и отдайте нам Верещагина, а мы отпустим вашего любимчика!

По усмешкам на лицах остальных бойцов понял, что никто никого отпускать не собирается. Силой дверь открыть не смогли, теперь пробовали хитростью, но…

— На хрена вам Верещагин? — удивился я. — Он, что ли, сын Императора?

— Чего? Какой ещё к чёртовой матери сын? Просто шестёрка, которую надо убрать. Сын Императора, надо же…

— Я здесь! — вдруг раздался дрожащий голос.

Под дверью что-то просочилось, вроде жидкости. А затем перед ней вырос баронет. Его глаза испуганно смотрели на меня.

— Я отдаю долг, — прошептал он.

К его голове тут же приставили пистолет. Но за миг до выстрела он испугался и опять растворился, превратившись в жидкость на полу. Интересный дар — управление агрегатным состоянием тела. А в пар может превращаться? Или плазму? Наверное, нет. Потому что вслед за выстрелом, который отрикошетил вглубь коридора, раздался крик командира:

— Зажигательную, быстро! От нас не уйдёшь…

Боец убрал нож от моего горла и выхватил склянку. Бросил ее на пол, и тут же вспыхнуло пламя.

Алексей заорал. Он появился лежащим на полу. Правая половина его горела, пахло горелым мясом. Я дёрнулся, но держали меня всё ещё крепко, так что только зарычал от злости.

С громким стуком открылась дверь лазарета, и оттуда вылетело несколько копий. Они не причинили заметного вреда, но на секунду заставили замешкаться врагов. Из проёма выбежала Агнес с огнетушителем и залила пеной Верещагина. Пламя быстро погасло.

Гоблинше тут же прилетело кулаком. Зелёная голова мотнулась, ударилась о стену, и девушка отключилась, безвольно упав на пол.

— Ах вы твари! — выкрикнула Лакросса, выскакивая следом, но командир тут же заехал ей кулаком в живот, и оркессу согнуло пополам.

— Нет! — вырвалось у меня. Я процедил, глядя ублюдку прямо в его наглые глаза. — Никто. Не смеет. Трогать. Моих девчонок.

Я взорвался