"Фантастика 2026-76". Компиляция. Книги 1-35 - Константин Николаевич Буланов Страница 203

что в мечтах, и то дурных. С длиной тюремщики угадали — доступ к табурету, столу, унитазу и умывальнику она обеспечивала, однако же комфорта, понятно, не добавляла. Хорошо хоть браслет на руке был не той гадской системы, что сильнее сжимается при резких движениях — уж не знаю, это такой местный гуманизм или здешняя техническая мысль до этакой пакости просто ещё не додумалась.

Сама по себе камера не то что особым, а и вообще каким-либо уютом не отличалась. Небрежно выкрашенные в серый цвет стены, цементный пол, стол и табурет к тому полу прикреплены, на потолке забранная железной решёткой лампа — в общем, тюрьма, она тюрьма и есть. Впрочем, нашлись и два приятных исключения — во-первых, в камере не было холодно, а, во-вторых, какой-то ну очень, видать, добрый человек приделал к стене деревянную вешалку о двух рожках, на один из коих тёзка тут же и повесил пиджак.

Уже минут через двадцать выяснилось, однако, что потребность Александра Ивановича в тёзкиных услугах оказалась столь велика, что он решил воздействовать на дворянина Елисеева и с другой стороны. Дважды провернулся ключ в замке, и дверь открылась, пропуская в камеру госпожу Фокину.

— Это ты нас выдала? — честно говоря, я надеялся, что это тёзка спрашивал о нас с ним, а не о нём с Анной. Ну да, не выдавать же ей саму себя?

— Витя, ну что ты! — Аня картинно всплеснула руками. — Что значит выдала⁈ Я просто помогла тебе удержаться от совершения большой ошибки!

— Вот как? — с горечью спросил тёзка. — И какой же, будь добра разъяснить?

— Как это какой? — хм, кажется, Анечка всерьёз решила самого же тёзку выставить виноватым. — Ты что же, собирался бежать отсюда без денег, которые тебе готов заплатить Александр Иванович⁈ Без очень больших, между прочим, денег!

— Ты-то откуда знаешь? — тёзка натуральным образом удивился.

— Мне Александр Иванович сам сказал! — Анечка аж приосанилась. — И если ты дашь слово не бежать, то жить тут мы с тобой будем вместе!

Тёзкино удивление сменилось его же обалдением. Не так плохо, конечно, я о нём думал, чтобы действительно испугаться, что он готов уступить, но на всякий случай подсказал товарищу, что за прошедшие пятнадцать-двадцать минут Александр Иванович просто не успел бы загрузить Анечку всеми этими обещаниями, а раз так, то на свою сторону он госпожу Фокину перетянул заранее, что и подтверждалось столь заметным улучшением условий её содержания. А сделать уже из этого выводы тёзка смог и сам, не дурак всё-таки. Предательство подруги тёзка принял, понятно, с тяжёлым сердцем, но спорить с доводами разума не стал.

— Уйди, — только и смог он сказать.

— Но как же так, Витя⁈ — возмутилась Анна. — Я же хотела как лучше!

— А получилось как всегда, — криво усмехнувшись, ответил тёзка. С наследием Черномырдина [1] я его познакомить уже успел. — Уйди!

Аня даже не нашла, что ответить. Ещё несколько секунд она чего-то ждала, затем фыркнула и вышла из камеры.

[1] Виктор Степанович Черномырдин (1938–2010), председатель Совета Министров, затем Правительства Российской Федерации в 1992–1998 гг., непревзойдённый мастер косноязычных афоризмов. Его фраза «Хотели как лучше, а получилось как всегда» стала своеобразным девизом девяностых годов.

Глава 23

Леди, дилижанс и свобода

Остаток дня и ещё половину следующего мне пришлось исполнять обязанности психотерапевта. Не скажу, конечно, что у тёзки была какая-то прямо большая и чистая любовь, которую коварная изменщица злобно растоптала лакированными туфельками, но за два-то с лишним года там выросла и окрепла вполне реальная привязанность, и предательство подруги дворянин Елисеев переживал, мягко говоря, тяжело. Соответственно, и потрудиться мне пришлось немало, чтобы вернуть тёзку в нормальное душевное состояние. Но я старался…

— Знаешь, как в переводе с английского звучит известная пословица «Баба с возу, кобыле легче»? — спросил я тёзку, отчаявшись упражняться в уговорах, утешениях и прочих техниках размазывания и вытирания соплей.

— И как же? — вяло поинтересовался он, даже не возмутившись столь грубым сравнением.

— «Леди, покинувшая дилижанс, несомненно заслуживает благодарности упряжных лошадей, особенно, если сделала это своевременно», — процитировал я.

Тёзка самым непристойным образом заржал, прямо как только что упомянутые лошади. Честно говоря, столь резкий переход от тоскливого уныния к безудержному хохоту мне поначалу не особо понравился, но, похоже, тёзка где-то в глубине души уже был готов к перемене настроения. На таком фоне меня эта его реакция даже порадовала — если человек способен воспринимать юмор, значит, уж точно не всё у него потеряно, и возвращение в нормальное состояние остаётся лишь вопросом времени.

— А почему своевременно? — отсмеявшись, спросил тёзка.

— А ты представь, что никакого разговора с ней не было, что мы все отсюда благополучно слиняли, и рядом с тобой отирается шпионка, докладывающая куда не надо о каждом твоём шаге, — предложил я.

— Да уж, — тёзка представил, и ему ожидаемо не понравилось. — Но ведь теперь у неё будут сложности, раз она не справилась с заданием…

— Будут, — признал я. — Но не такие уж и большие.

— Разве? — тёзка удивился. — Почему ты так полагаешь?

— А какие сложности? — настала моя очередь удивиться. — Убьют, чтобы молчала? Да она и так молчать будет, это в её же интересах, и какой тогда смысл её убивать? Не забудь, что полиция уже наверняка её ищет, так что придётся Ане как-то объяснять Грекову своё отсутствие, вот это да, это сложность. Да и потом, что-то мне кажется, что твои способности настолько уникальны, что рискни она проболтаться про телепортацию, ей не поверят даже те, кто в этом что-то понимает.

— Пожалуй, — тщательно обдумав мои слова, согласился тёзка. И снова в моих глазах это пошло ему в плюс — способность разумно мыслить, она тоже, знаете ли, неплохой показатель душевного здоровья. — Но всё-таки… Жалко её.

— Ну, во-первых, я тебе уже объяснил, что повода жалеть особо и не будет, — блин, жалко ему! Она-то его не пожалела! Ну, или пожалела очень уж своеобразно… — А, во-вторых, это теперь вообще не твоя и не наша с тобой забота. Женщина она взрослая, вполне самостоятельная, это был её выбор, и выбор осознанный. Стало быть, и последствия этого выбора тоже исключительно на ней. Наша с тобой