Фантастика 2023-196 - Макс Гудвин Страница 200

стойке, но ни одна бутылка не уцелела после взрыва. Тогда я перегнулся через неё в компанию двух трупов и уцелевших барменских припасов немаркированного пойла красного цвета. Потянувшись, я не сразу смог вытащить бутылку, а когда наконец достал, с жадностью пьяницы откупорил её, вырвав зубами пробку.

Шумы и выстрелы на втором этаже прекратились, предвещая либо победу, либо то, что мой враг одолел вызванного демона. По венам побежали потоки пьянящей силы, а заклинание идентификации само слетело с губ. Там наверху, притаившись у лестницы, старый солдат целился в открытый проём.

– Крееест! – протянул я. – Выходи, я тебя запятнал.

– Кто ты такой, колдунчик?! – помедлив крикнули сверху.

– Я тот полуэльф, у которого ты на демонстрации часы отобрал, помнишь?

– Ааа! – протянули сверху. – Главный дневной инженер. Так тут ничего личного, мне на тебя Древодубович указал. А то, что часы у тебя взял, так это извини, я их посеял где-то. Вернуть не могу.

– Я ж демонолог теперь, и часы я свои давно уже вернул! – крикнул я.

– Поздравляю! – усмехнулись сверху. – Нехеровая такая карьера от инженера до колдуна! Вижу, ты больше не овца, зубы отросли. Не чешутся?

– Не у меня... – прошептал я, сплетая заклинание призыва. – Силизи!

Лиза появилась тут же, улыбаясь и смотря наверх прямо сквозь балки таверны.

– Волки и овцы говоришь? – прозвенела она своим голосом. – Иди ко мне, моя подстилка буржуазная!

Демоница взбежала по лестнице, а я, прислушавшись пытался представить, что происходит над моей головой – заклинание идентификации всё ещё работало.

Крест отпрыгнул от лестницы, и огненный кнут с шипением расколол обожжённую им половую доску. Парный выстрел из револьверов в сторону Лизы не увенчался успехом, и кнут ударил ещё раз, оставляя в воздухе багровые всполохи. Полуэльф выпустил револьверы из рук, чтобы прогнуться в спине и сделать кувырок к окну, в которое, оттолкнувшись руками он ювелирно вошёл, словно нитка в игольное ушко.

На улице взвизгнули – это Нори дважды нажала на курок дробовика с опустевшим магазином. Крест нанёс тройной удар стилетом в область лица девушки – тем самым заветным ножом, которого так желала Нори. Ножом, что сейчас светился в моих глазах зелёным цветом.

Паромобиль дёрнулся с места – Крест мчал от Лизи прочь. Я выбежал на улицу, прицелился и высадил в удаляющуюся цель все пять патронов, но не попал. Машина свернула за угол.

– Садись сверху, – прыгнула на брусчатку Силизи. – Не могу от тебя далеко отлететь, чтоб его догнать!

Не вдумываясь и не споря, я выронил дробовик, мельком взглянув на умирающую Нори. Я не слышал, что она говорит, но заклинание идентификации отчеканило в моём сознании: «Мой ножик, выбей с него мой ножик!»

Крест ехал быстро. Он мчал со скоростью ипподромной лошади, не боясь загнать железный паровой механизм и, если бы не полёт демона, то скрылся бы бесследно в огромном мегаполисе.

Спустя полчаса погони двигатель паромобиля заглох на берегу Улхат океана, и раненая хромающая фигура поковыляла вдоль берега. Я опустился на твердь на расстоянии дести шагов от него. Лиза же растворилась в воздухе, перейдя в невидимое состояние.

Крест обернулся. Налетевший океанический ветер дёрнул его засаленные волосы, обнажая ту часть головы, которую бандит скрывал от сторонних глаз.

Его тело было испещрено зарубками и жжёными ранами, тем временем невидимый демон обходила его со спины.

– Эй, как там тебя, колдун? Эффир, кажется? За войну с грибами я повидал таких, как ты. Смотри на меня, Фира, я выживал, когда всех разрывало на части, знаешь, почему?

– Поведай же? – насупился я, заметив в его руке тот самый стилет.

Вдохнув из внутреннего кармана плаща запах книги, я продолжил прикрываться заколдованной тканью от возможного броска.

– Потому, что я не верю во всякую такую чушь. И знаю, что ты демонолог без своих друзей демонов ногтя обычного солдата не стоишь! И тряпка твоя тебя больше не спасёт.

Парадоксально, но я слышал сейчас Нори. Я одновременно знал, что она только что погибла, и в тот же самый момент она кричала мне буквами древних заклинаний, тарабаня по какой-то клацающей доске.

«Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Замочи этого козла! У него мой ножик!»

Я опустил плащ, слегка наклонив голову и взглянув на океан.

– Правильно, лучше умереть с гордо поднятой головой, полукровка, – улыбнулся Крест.

– От полукровки слышу, – сказал я уже отделённой от тела голове бандита.

Тело Креста рухнуло, как рухнула в мокрый песок его голова из когтистых пальцев.

Лиза смотрела на меня покровительственно и как-то виновато. Её тело подняло в потоке света так, что копыта оторвались от песчаной глади пристани. Её кожа заструилась мягким светом, а когти на пальцах рассасывались сами собой. Рога, плеть и копыта будто стирал невидимый моему взору художник прямо на моих глазах. И тут я понял, что она уходит! Уходит не до следующего призыва, а уходит навсегда.

– Лиз, куда ты, ты же меня не оставишь тут?

Меня не заботило, насколько я жалко смотрелся, произнося эти слова. Меня не волновало, как подбирала эпитеты к моему состоянию смеющаяся волшебная книга. Я шагнул сиянию навстречу.

– Лиза, мы ещё увидимся?!

– Теперь ты – настоящий варлок, милый мой Эффир, и работаешь с демонами и не упокоенными душами. А я свой крест из души вынесла, – звеня сотней колокольчиков растёкся её голос по ночному пляжу.

– А как же рабочие на фабриках? А как же буржуазия? – искал я зацепки, чтобы оставить её рядом. – Я не отпущу тебя, я приказываю тебе!

Я помнил наизусть заклинания вызова. Я даже мог читать его про себя в уме и сейчас тараторил текст, пытаясь успеть, пока она не исчезла.

– Тебе тоже предстоит этот путь, и мы обязательно будем вместе, но не сейчас.

– Что ты имеешь ввиду? Когда?! – выкрикнул я.

– Возможно, когда ты примешь себя таким, какой ты есть, и простишь себя за это. Взгляни на себя сквозь заклинание, теперь ты варлок.

Лиза растворилась. На кровавом песке лежал Крест, в его руках светился зелёным ножик, из-за которого Нори так охотилась за этим выродком.

Я подошёл к воде, чтобы зачерпнуть океанической прохлады на горящее словно огнём лицо. Будто меня кто-то вспоминает. Будто меня кто-то ругает бранными словами. Будто за мной следят сотни тысяч глаз.

Я наклонился к