Методика выживания - Юрий Анатольевич Здоровеющий Страница 20

Поэтому все до единого человека, невзирая на звание и ранг, по возвращении на базу будут проходить обязательное сканирование. Оборудование прибудет завтра же с адмиралом. Собственно, Хигаши-сан по этой причине и задержался… Далее. Тех, кто с сегодняшнего дня позволит себе нарушить хоть один (пусть самый незначительный) пункт контракта, ждет незавидная участь. Просто поверьте. Хватит. Там, наверху, сотни миллионов людей живут впроголодь или вообще голодают. Сколькие умирают от болезней и холода, не имея возможности запастись на зимнее время припасами. Вы жируете за их счет. Их выжимают, выкручивают как мокрую тряпку, чтобы направить ресурсы для нас. Один только рейс «Барракуды» отсюда, к примеру, в Германию, смог бы обеспечить на трое суток теплом пять многоэтажных домов. А вы стонете и скулите от недовольства. Вы забыли об этом. Я вам напомню. Уже это сделал.

Люди гудели, возмущались или соглашались с разумными доводами, но приняли полученную информацию.

– Нравится вам или нет, плевать… – продолжал Стас. – …но вы – худшая база Совета. Вы давно не оправдываете дороговизны своего содержания. Единственное боевое подразделение, достойное израсходованных на них ресурсов, те самые ненавистные вам «Черные Ведьмы».

При этом командор-майор сместился к семейству ученого. С высоты немалого роста пронзающим оком взглянул на профессора, затем на его дочь и жену.

– И кто тут на них жалуется? Господин Штраус? И за что? А за то, что этому жирному увальню слегка дали пинка. Пнули, потому что раскабанел как надутый мяч, а катиться не хочет. Мало дали! Я бы добавил.

– Так же нельзя, командор!!! – вспыхнула жена Штрауса. – Генрих пожилой человек. Заслуженный и уважаемый…

– Головная боль ваш Генрих, мадам. И заноза в заднице. Тряпка, а не мужик. Нытик сопливый… Значит, говорите: «так же нельзя»? Ну, мадам, вам простительно. Вы, со своими сантиментами, послушайте пока, а потом сами скажете, как можно?

– Вы, командор-майор, боюсь… ха… еще не вступили в должность, а уже настроили против себя всю базу, – злорадно подметил Гросс.

Вот тут новый заместитель командующего высказался так, что волосы встали дыбом даже у тех, кто до сих пор сохранял видимость нейтралитета.

– Насрать я хотел на ваш настрой, – глядя Гроссу прямо в глаза, усмехнулся Родимов. – Вы что, так и не поняли? Не услышали, стало быть? Печально… Я стою тут, «глуховатые» вы мои, и я говорю вам все это лишь потому, что иначе вашей базы не существовало бы еще «вчера»! Для непонятливых: меня со слезами уговаривали принять предложение. В буквальном смысле. В Совете Наций остро стоит вопрос о деактивации «Сэры-11», долбонафты вы хреновы. Гонор! Опять гонор! Как же! Почему он нас оскорбляет? Кто дал ему право? Никто! Я и не спрашивал. И буду оскорблять! И хрен вы мне помешаете! Пупки развяжутся и рожи треснут. Хотите спросить: почему? Почему я вас так утюжу? Ведь я же вам все сказал! Назовите мне хоть что-то, хоть один факт, событие, действие или военную операцию, что вы сделали яркого и полезного для Проекта и человечества за последние полтора года?.. «Ведьмы» не в счет, они вам не принадлежат… Да ничего! Перед тем как пойти на приемный пункт под видом простого рекрута я очень внимательно изучил состояние ваших дел. Говно! И когда я пришел на запись, убедился в предварительной оценке с первых минут. И сейчас убеждаюсь. А причина? Вы. Потому что в таком виде, в каком я вас вижу сейчас, и вы все – говно. Полная база! Все отделы и службы без исключения набиты в данный момент двумя тысячами бесполезных зажравшихся говнюков. А то, кем вы будете меня считать – мне до задницы. Чтобы я начал дорожить вашим мнением, сначала докажите мне, что я ошибался. Пример я вам подскажу. Не вижу его тут, а жаль, сегодня в Чехии был молодой лейтенант, правда, тоже с нарушением формы одежды, но с порядком на «чердаке», я имею в виду голову. Тот офицер, кто уличил потенциального дерьмоеда… Кому захочется знать подробности, те сами уточнят его имя… Я лишь скажу, что тот офицер повел себя так, как должен был повести настоящий землянин… и мужик ко всему.

В могильной тишине, стихийно возникшей после столь бурной и откровенной речи Родимова, раздался одинокий, но уверенный голос:

– А, командор, сэр! Вы сказали, что сейчас вопросы задавать можно без последствий, – вперед выступил крепыш-рейнджер с погонами капрала. Стас кивнул, и воин продолжил. – Тогда, сэр, скажите: а кто вы такой, чтобы мы ровнялись на вас.

Множество поддерживающих голосов послышались отовсюду. Ох и скольким из них, наверное, хотелось прямо сейчас дать Стасу в морду! Можно представить. А уж этому-то бойцу, что задал вопрос, в точности. Родимов уловил обрывки его мыслей сразу.

– А ты меня хорошо слышал, солдат? – покачал головой Стас. – Разве я сказал, что вы должны равняться именно на меня? Захотели бы со мной сравниться, говорю вам: рожи треснут и пупки надорвете. Ни у кого не получится, как ни старайтесь. Я говорил лишь о том, чтобы вы начали выполнять обязанности так, чтобы было за что вас уважать. А для тебя в частности вполне достаточно уже того… представь… что меня прислали вас контролировать… И еще! Ты не совсем прав, качек. Или правильнее сказать: вообще ошибаешься, куча мяса? Никогда тебе со мной не справиться. Я даже до тебя не дотронусь. Сам убьешься. Удивлен? Хочешь спросить, как? Так скользко же тут, а ты без коньков! Осторожно, грохнешься больно, отобьешь жопу. Хорошо, если только ее. Потрешь, и боль стихнет.

Ошарашенный рейнджер открыл было рот… и сходу растянулся, поскользнувшись непонятно как на совершенно сухом ровном полу еще и на резиновом покрытии.

– Снова хочешь спросить, кто я такой? Откуда я узнал, о чем ты думал? Так, что? Сам сообразишь или еще покатаешься? Ну, пока тот самый пупок не развяжется?

– Нет, командор, сэр! – почти взмолился обескураженный боец, подскочив снова на ноги. – Простите, сэр! Достаточно.

– На тебя-то я зла не держу, – усмехнулся Родимов и хлопнул бойца по плечу. – Ты был честен и поступил мужественно. Это как раз достойно уважения. Как звать?

Капрал вытянулся по струнке и скороговоркой выпалил:

– Капрал Иржи Новак. Второй взвод, второй роты, батальона прикрытия, командор-майор, сэр!

– Чех? – уточнил Станислав.

– Так точно, сэр!

– Вольно, боец, – ответно кивнул Родимов. Заговорил совершенно иным тоном. – Пополнение