Фантастика 2026-157 - Арсений Громов Страница 187

– И они… они не показали ничего. Абсолютно. Так что я спрошу еще раз – кто или что там сидит?

– Джо, – еще раз ответил Дум, – просто Джо. И надеюсь, это вся информация, которой мы сегодня ограничимся по этому поводу.

Они как раз уже добрались до крышки колодца. И в данном случае то была не столько фигура речи, сколько описание входа в главный зал клуба.

Хозяин заведения (хотя, скорее, тайной организации, представляющей альтернативное правительство для тех, на кого мир смотрел сквозь пальцы – темных существ) Фарух любил не только Киану Ривза, но и фильмы ужасов.

Так что в зал Алекс с Грибовским вошли (или, скорее, выбрались) из самого настоящего аутентичного колодца. Причем, как утверждал сам Фарух, он использовался в съемках оригинальной версии того самого фильма.

Стоило только Думу очутиться непосредственно в “Бездне”, как по ушам тут же ударили низкие басы, а ритмичная, стучащая и скользящая музыка изменила ритм сердца на какой-то более подходящий местной атмосфере.

А атмосфера здесь была еще какая.

Приглушенный свет, создавший мираж едкого полусумрака, который лишь усугублялся дымом от сигарет, кальянов, сигар и трубок, вместе с дым машинами и прочей атрибутикой.

Свет красных, розоватых и алых софитов пронзал мрак подсводного пространства, но не достигал пола, а застывал где-то посередине, трансформируясь в плывущие над головами танцующих около сцены или пилонов на танцполах некие иллюзии самого разнообразного содержания.

От сексуально приоткрывшей рот вампирши до бутылки с дорогим вином, в которой на самом деле плескался вовсе не алкоголь, а сама она при этом больше походила на гитару.

У пилонов же, застывших в столбах даже не белого, а серебряного цвета, крутились обнаженные или еще пока одетые танцовщицы такой красоты и сексапильности, что у неопытного посетителя любого пола могло стать очень жарко в штанах.

Алекс слышал, что за ночь с одной из них Фаруху предлагали вплоть до полумиллиона кредитов, но эти девушки были неприкосновенны. Как картины в музее – можно любоваться, но дотронуться не позволено никому.

За ограждением, в куда более густой тьме, за круглыми столами ели и пили посетители иного сорта. А может, просто те, кто пришел сюда не веселиться, а решить пару вопросов или же побыть в родной среде.

В той, где на тебя не будут смотреть, как на существо второго сорта, заведомо лишенного презумпции невиновности.

Хотя, чести ради, невинных в клубе “Бездна” отродясь не водилось…

– И что теперь?! – закричал над ухом Грибовский.

Алекс шарахнулся в сторону и прочистил мизинцем ухо.

Он повернулся к лейтенанту, посмотрел ему в глаза и тихо произнес:

– Не кричи. Если хочешь, чтобы тебя услышали, зафиксируй внимание на персоне и говори привычным тоном, остальное за тебя сделает магия.

– Магия… – Грибовский схватывал на лету и говорил уже в своей привычной манере. – Дорогуша, я сейчас нахожусь в месте, которое успешно скрывается даже от Гвардии… одно это уже магия.

Алекс проигнорировал комплимент темному сообществу. За века гонений и нескончаемой войны с постоянно растущим сообществом света темные стали непревзойденными мэтрами в одном – искусстве скрываться.

И даже сейчас, когда войны и гонения давно перешли в стадию холодной войны под ширмой терпимости и толерантности, темные продолжали ютиться по своим сообществам и редко когда контактировали с внешним миром.

Там теперь для тех же вампиров было опасностей куда больше, чем в прежние века для простых смертных или поборников света.

Иными словами – свет победил.

А “Бездна” оставалась последним оплотом тьмы или, как ее называли молодые романтики, свободы.

Алекс, протиснувшись сквозь нескольких оборотней, химер и даже двух немертвых, оказался около барной стойки. В этом сосредоточии хайтека, хрома и металла, лучших сортов кожи и персидских ковров на полу, только бар оставался реверансом в сторону чего-то реднековского.

Дубовая обшарпанная поверхность стойки, высокие стулья на деревянных ножках, несколько автоматов для разливного пива, пара пилонов, суетящиеся барменши и бармены, а позади огромное зеркало, заставленное полками с разнообразными бутылками.

– Александр, – прозвучал удивленный, но приятный женский голос.

Валери… приятная взгляду блондинка с длинными волосами и светящимися жизнерадостностью глазами. Одетая лишь слегка вызывающе, но весьма аккуратно и стильно.

Одна из неизменных работниц “Бездны”.

И, скорее всего, так, как ее видел Алекс, больше не видел никто.

Просто потому, что Валери принадлежала к тому сорту людей, которых можно было назвать хамелеонами. При общении с людьми они становились тем, с кем человеку будет проще всего ужиться. Делая это скорее подсознательно, нежели осознанно, Валери, пожалуй, оставалась одним из самых приятных собеседников в “Бездне”.

И это несмотря на то, что Алекс понимал, что все лишь игра.

Как и вся “Бездна” в целом.

Проклятье… в этом клубе его всегда тянуло на философию.

– Но ты ведь изгн…

– Мне как всегда, Валери.

Девушка улыбнулась белоснежной, спокойной улыбкой. Такой, которая обязательно понравилась бы Алексу и никому кроме него.

Эксклюзивная игра.

– Русский чай?

– Он самый.

– А твоему спутнику?

– Содовую с апельсином, если можно, – ответил Грибовский, а на подозрительный взгляд Алекса ответил простым: – Я на службе. И вообще, что еще за русский чай?

Алекс уже собирался ответить, но его опередили.

Бархатный баритон, в котором за покровом безоговорочного радушия всегда скрывался отравленный потайной кинжал, разъяснил:

– Пятьдесят грамм виски, один кусочек льда, две чайные ложки лимонного сока и лимонная долька. Размешивать до тех пор, пока лед не растает наполовину… любимый напиток Робина и его маленького хвостика – Александра Думского.

Алекс, мысленно вздохнув, повернулся к говорившему.

– Здравствуй, Фарух.

– Приветствую, Дум… Разве я не говорил, что при нашей следующей встрече убью тебя?

Глава 33

Фарух, глава тайной организации темных существ под названием клуб “Бездна” выглядел весьма… обычно. Черный классический костюм, прямые брюки, из кармана пиджака высовывался треугольник серого платка. Белая сорочка, выстиранная до состояния, что под софитами клуба она сияла настоящим звездным светом.

Широкий галстук в цвет платка спускался куда-то вниз живота.

Лицо самое обычное – увидишь такого в финансовом центре города и решишь, что перед тобой какой-нибудь владелец консалтингового агентства или банкир средней руки.

Козлиная бородка, ухоженная и чем-то напоминающая гусарскую. Остро очерченные скулы, широкий нос, тонкая полоска вечно сжатых губ и прическа, которая стоила больше, чем рабочие на фабриках и заводах получали за месяц.

И единственное, что выбивалось из усредненного образа финансиста – пучок белых, даже не седых, а именно белых волос, который брал свое начало из центра лба и уходил к затылку.

Ну и,