Год 1995-й. Русский Ренессанс - Александр Борисович Михайловский Страница 17

сил стремительны, брутальны, тщательно просчитаны и имеют своей целью достижение полной и окончательной победы, а не какие-нибудь промежуточные результаты. У нас не сохранилось ровным счетом ничего — ни одной ракеты, бомбардировщика, эсминца УРО или подводной лодки. И даже устаревшие линкоры, поставленные на консервацию в качестве запасного аргумента, тоже подверглись ударам и были полностью уничтожены. Кое-что еще можно сдать в переплавку, а остальное просто испарилось под ударом ужасающего оружия, сравнимого только с тактическим ядерным боеприпасом.

— Э-э-э, мистер Шаликошвили, — промямлил Альберт Гор, — а может, это и был ядерный боеприпас?

— Нет, — ответил генерал, — радиационный фон в эпицентрах ударов не превышает естественного фона, а значит, действие такого оружия не связано с радиоактивным распадом или термоядерным синтезом. Цивилизация такого высокого уровня должна уметь высвобождать в заданной точке любое количество энергии и применять это в качестве оружия, что мы и наблюдали по факту. При этом наша противовоздушная оборона, в том числе и в Вашингтоне, не смогла даже обнаружить атакующие галактические аппараты, что делает идею сопротивления мистеру Сергию безнадежной и, более того, дурацкой. То, как он менее чем за сутки расправился с чеченскими повстанцами, говорит мне о том, что и здесь, у нас, может быть то же самое. Какая его головорезам разница, где действовать — в Грозном или в Вашингтоне. Так что если вам, мистер Клинтон, взбредет в голову блажь немного заупрямиться*, то я пас, ищите дураков в ином месте.

Примечание авторов: * такая блажь могла прийти в голову миссис Клинтон, генерал просто не знает, что та полностью утратила влияние на своего податливого супруга, поскольку теперь у того другой наставник.

— А я, — сказал министр обороны Уильям Перри, — понял, почему нашим агентам-советникам в окружении мистера Грачева не удалось обнаружить связи мистера Сергия с Россией. Этот человек просто не интересуется подтухшим товаром из секонд-хенда, и в самое ближайшее время мы узнаем, кого из русских генералов он считает достойными доверия, а кого — самой никчемной дрянью.

Тем временем госсекретарь Кристофер Уоррен бесцеремонно взял с президентского стола проект Акта о капитуляции, бегло перелистал, просматривая страницы, и спросил:

— Мистер президент, а вы уверены, что Конгресс одобрит такое соглашение?

— Для мистера Сергия согласие или несогласие нашего Конгресса не значит ровным счетом ничего, — ровным голосом ответил тот. — Один щелчок его пальцев — и члены Палаты Представителей вкупе с сенаторами окажутся на доисторическом тропическом острове, куда до них не ступала нога человека. Есть у императора Галактики и такие возможности, ибо этому человеку подвластно не только пространство, но и время. Некоторые будут находиться в такой курортной изоляции до его особого распоряжения, потому что из них еще может получиться толк, а вот другие навсегда останутся сидеть под пальмами, ибо представляют собою зло в чистом виде. А теперь, джентльмены, я буду говорить о том, что вам пока неизвестно. Так уж получилось, что недавно мистер Сергий заглянул сюда, в Овальный кабинет, для проведения приватных переговоров с глазу на глаз, и мы с ним в некотором роде даже поладили…

— Как так заглянул, мистер президент? — удивился госсекретарь.

— А примерно так же, через дыру в пространстве, как он отправлял по домам из Боснии наших и европейских миротворцев, — пояснил Билл Клинтон, — только на этот раз обошлось без нудизма*. Тогда он на пальцах объяснил мне, почему невозможна силовая мировая гегемония, к которой нас толкает двухпартийный консенсус, основанный на Доктрине Очевидной Судьбы. То есть она возможна, но только очень ограниченное время, после чего наступит крах всего и вся, ибо сопротивление американскому господству превысит наши возможности по его подавлению. Прежде этим путем прошли империя Александра Македонского, Карфаген, Древний Рим, Арабский Халифат, империя Наполеона Бонапарта, Японская империя, Третий Рейх Гитлера и Британская империя. Мы были сильны, когда мир думал, что Соединенные Штаты несут ему свободу, демократию и процветание, но после перехода к чисто силовым методам нас ждет та же дорога, что и предшественников. Вмешавшись сейчас и подбив нас на взлете, мистер Сергий сократил жертвы не только среди тех народов, которых мы собирались силой принудить подчиняться нашим порядкам, но и среди самих американцев. Да, это факт — жирных котов император Галактики может швырять в мясорубку в любых количествах, а вот о благополучии нашего простонародья будет заботиться так же, как о русских, сербах и любых других народах. И благодарить за это мы должны очень интересную особу — белую англосаксонскую американку-протестантку родом из двадцать первого века некую мисс Мэри Смитсон по прозвищу Рыжая Акула, которая работает у мистера Сергия главным казначеем. Если выпустить эту хищницу на Уолл-Стрит, она пожрет там всех игроков и попросит добавки. Ну да ладно, джентльмены, не будем о грустном. Главное, что я хочу вам сказать, заключается в том, что через некоторое время после первого разговора мистер Сергий явился еще раз. И нужно ему это было только для того, чтобы пригласить меня на межамериканский саммит с участием, вы не поверите, четырех Франклинов Делано Рузвельтов из миров середины сороковых годов, президента Эйзенхауэра из пятьдесят четвертого года, президента Форда из семьдесят седьмого и двух президентов Бушей из восемьдесят пятого и девяносто второго годов. Весьма представительная компания, джентльмены, вы не находите?

Примечание авторов: * Билл Клинтон врет и не краснеет, что как раз является главным свойством для каждого закоренелого «демократического» деятеля.

— Постойте, мистер президент, — сказал слегка обалдевший госсекретарь Кристофер Уоррен, — как это может быть четыре Франклина Рузвельта? Они что, у императора Галактики размножаются почкованием?

— Мистеру Сергию, — назидательно произнес Билл Клинтон, — доступны четыре мира из середины сороковых годов, в которых живы и здравствуют президенты Рузвельты. В одном из них он самолично ломал ноги Третьему Рейху, чтобы вывернуть их коленками назад, в трех других тем же самым занимались его союзники и соседи с фланга. И никто из них не мог пройти мимо старины Фрэнки, ведь он, в отличие от нас, грешных, такой человеколюбивый, и в глазах императора Галактики вполне положительный исторический персонаж. В нашем прошлом во все тяжкие американское государство ударилось уже после его смерти. Более того, мистеру Сергию известны два аномальных мира, в одном из которых Рузвельт умер совсем молодым, а в другом, напротив, прожил почти на десять лет дольше, до середины пятидесятых годов. В первом мире из Великой Депрессии Америка вышла через военный переворот, породивший такую