Старатель. Книга 1 - Алексей Анатольевич Рудаков Страница 17

Впереди, в щели между домами, появилась какая-то тёмная, слитая воедино масса и Бродяга взвизгнул: – Идут! Спасайтесь!

– Вверх поднимись, – Рафик, южный акцент которого мигом исчез, а сам он стал крайне серьёзным, взял ружьё на изготовку: – Дроид! Наверх, на крышу я сказал! Тут сейчас жарко станет.

Что делать мне я не услышал, даже если он и говорил. Держа пистолет обеими руками, я вёл стволом по приближавшейся серой волне, в которой уже различал отдельных существ.

Первыми шли крысы. Серые, рыжие, чёрные, однотонно окрашенные, с пятнами, они деловито перебирали лапками, резво сокращая разделявшую нас территорию.

– Все! Дружно! По моей команде! – Кто-то, начавший отдавать уверенным тоном команды, привлёк моё внимание, и я на миг оторвался от прицеливания, повернув голову к генератору.

Там было многолюдно.

Не менее трёх десятков человек, выстроившись дугой вокруг сетчатого забора, целили в накатывавшую волну из своего, сильно разномастного, арсенала. Тут были и штурмовые винтовки, и снайперки с толстыми колбасами оптики, совершенно неуместной в бою на короткой дистанции, карабины, охотничьи ружья – я приметил парочку монстров с круглыми магазинами, бывших весьма популярных среди охотников на крупную дичь. Ещё несколько человек были вооружены пистолет-пулемётами – злыми, сверх скорострельными плевалками, мало популярными из-за слабых, пистолетных патронов. Одеты, защитники генератора, тоже были разномастно. Кто-то был в обычной походной одежде, популярной среди туристов и всё тех же охотников – брюки и куртка травянисто зелёного цвета, другие были запакованы в типовые бронежелеты, среди которых пару раз блеснули пластины тяжёлой брони, ещё несколько носили армейскую броню и шлемы, а парочка, стоявшая чуть в стороне – девушка снайпер и парень с пистолет-пулемётом, те самые, с которыми поздоровался Смак в баре, были облачены в подобие брони с крупными пластинами, словно вырезанными из бурой кости.

– Приготовились! Пли!

Стена людей взорвалась огнём.

Не знаю, что до крыс, но вот я – мой слух, был поражён точно.

Первые ряды крыс были просто сметены, превратившись в кровавую кашу, немедленно исчезнувшую под телами обезумевших животных. Не обращая внимания на раны, на смерть соседей, животные пёрли валом, медленно, но уверенно приближаясь к защитникам, ведшим максимально плотный огонь.

Вскидываю пистолет.

Бах!

Чёрная крыса, шкура которой украшена неровным белым овалом, валится на бок, получив пулю в центр белого пятна.

Бах! Бах!

Ещё одна, равномерно серая, подскакивает на месте и падает, принимаясь биться в агонии.

Вжжуууух!

Дёргаюсь в сторону – мимо уха, оглушая и ероша волосы размочаленным воздухом, проносится заряд картечи, накрывая сразу трёх крысюков, вырвавшихся вперёд.

– Нэ боыс, Сэм! – Слышу сзади голос Рафика, к которому вновь вернулся акцент: – Я мэтко бью! Нэ задэну.

Выматерившись – один хрен в этой канонаде никто не услышит, чуть отшагиваю в сторону, вновь поднимая ствол.

Ого!

А это посерьёзнее будет.

За крысами, выбитыми уже более чем на половину, видны оскаленные морды собак. Рыча, но не спеша, они приближаются, а за ними, в разрывы пятнистых тел, различаю какие-то острые черты существ, не виданных мной прежде.

Острые углы, тонкие антенны, хлещущие воздух…

Насекомые?!

Думать-сопоставлять некогда. Расстреляв магазин, ещё три крысы валятся на вытоптанную землю заливая её кровью, меняю магазин и почти сразу же опустошаю его в псину, готовую прыгнуть на меня.

Вот тварь!

Заскакиваю на ступеньки магазина, к Рафику, который ведёт огонь так спокойно, словно он в тире.

Бах!

Пёс падает на бок.

Бах!

Картечь разрывает грудь и живот готовой к прыжку собаки.

Щёлк! Синие гильзы летят на землю.

Щёлк! Стволы возвращаются на место и тотчас, немедленно – Бах!

Он работал как хорошо отлаженный механизм, успевая и вертеть головой, замечая всё происходящее вокруг и даже подмигнуть мне, пытавшемуся как можно быстрее снарядить магазины.

Есть!

Вставляю магазин, передёргиваю затвор, а когда навожу ствол на врагов – замираю, чувствуя смешанный с отвращением страх, начавших завладевать моим сознанием.

Ни крыс, ни собак больше нет. Всё пространство передо мной заполнено скрежещущей массой серо-чёрных панцирей, над которыми колышется целый лес усов.

Бах! Бах! Бах! Бах!

Четыре пули, выпущенные в ближайшего жука, заставляют того присесть, а по сегменту его брони, я стараюсь попадать в одно место, начинают ползти тонкие трещины, разрастающиеся при каждом попадании.

Бах! Бах! Бах!

Небольшой кусок панциря откалывается и следующая пуля, ворвавшаяся в нежное нутро, взметает в воздух фонтанчик серо-зелёной жизни, вычеркивая моего противника из числа опасностей.

Однако… Магазин на одного?!

Перезаряжаю пистолет, принимаясь выцеливать следующего.

– Дорогу! Дорогу! Быстро!

Из подъезда, того самого, где на втором этаже обитает Михалыч, выскакивает давешний мужик. К своей груди он, обеими руками, прижимает два небольших цилиндра, наполненных неярким, цвета морской волны, светом.

– Дорогу! Ну! – Продолжая вопить он несётся напрямую к генератору, перепрыгивая и наступая на ошалевших от подобной наглости жуков.

– Огонь! Дружно! – Вновь слышу тот самый командный голос и часть людей, удерживавших море жуков на расстоянии от сетки, переносит огонь прямо на бегуна.

Ну – мне так показалось, что на него. Били они, конечно по жукам, расчищая ему дорогу и я, многое повидавший за время своих похождений, уважительно качнул головой, видя идеальную точность их выстрелов.

Это была ювелирная работа – пули ложились в цель за секунды до того, как нога бегуна касалась панциря очередного жука, наступая уже на лишённое жизни, и агрессии, тело.

Влетев внутрь огороженного сеткой пространства, мужик, хватая воздух ртом, распахнул шкаф и оттуда, наземь упали два цилиндра – серый, лишённый жизни и ещё один, в центре которого едва теплился крохотный огонёк. Отпихнув их ногой в сторону, он быстро сунул внутрь принесённые с собой и тотчас, ещё даже до того, как створки шкафа закрылись, по камням генератора, прежде безжизненным, пробежала волна света, выплеснувшаяся колонной из центрального ствола.

Жуки, на произошедшее, отреагировали сразу.

По массе серых тел пробежала волна дрожи, усы поникли и серое воинство, скрежеща друг о друга панцирями потянулось прочь, стремясь покинуть квадрат домов до того, как на землю спустится быстро восстанавливавшийся купол.

Вслед им никто не стрелял.

А зачем? Дело сделано, атака отбита, к чему тратить деньги на патроны?

Хотя нет.

Грохнул одиночный выстрел, показавшейся мне просто оглушительным на фоне наступившей тишины и жук, словно брошенная умелой рукой галька, заскакал по спинам товарищей, скрывшись из виду в начавшейся сгущаться вечерней мгле.

Прежде чем опустившийся купол окончательно отсёк нас от копошащихся за ним жуков, я успел разобрать как нечто массивное, сильно выше меня ростом, двинулось прочь, неспешно и солидно переставляя множество суставчатых лап.

– Это – что там? – Повернувшись к Рафику киваю в темноту, но