Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов Страница 166

— Вот, — сказал Измайлов. — Это «Крупа». А это… — он замялся, не зная, как нас представить.

— Школьники, — выдал я. — В школе базировались на том берегу, пока Жирный не выгнал.

Один из спецназовцев, широкоплечий парень с бритой головой, хмыкнул:

— Жирный, говоришь? Мы про него слышали. Толстая скотина, базар держит. Вы с ним закусились что ли?

— Закусились, — подтвердил я. — Он нас из дома выгнал. Теперь будем разбираться с этим.

— Понятно, — кивнул бритоголовый. — Ладно, размещайтесь. Только тихо себя ведите, не выебывайтесь. Договорились?

— Договорились, — согласился я.

Измайлов развернулся и вышел наружу, закрыв за собой дверь. Мы остались одни со спецназовцами.

Адик первым двинулся к свободным койкам в дальнем конце казармы. Забрался на верхний ярус, лег, закрыл глаза. Денис устроился на нижнем. Бык тоже на нижнюю забрался, боялся, что верхняя проломится, и он полетит вниз. Остальные тоже разместились.

Я сел на край койки, вытащил электронку, затянулся. Устал пиздец как. Голова гудела, мысли путались. Надо было обдумать все, что произошло, но сил не было. Очень хотелось завалиться и придавить минут шестьсот на каждый глаз, не меньше. Который день практически без сна.

— Эй, парень, — окликнул меня кто-то.

Я поднял голову. Ко мне подошел один из спецназовцев, тот самый, бритоголовый.

— Ты главный у них? — спросил он, кивнув на моих парней.

— Типа того, — ответил я. — А что?

— Да так, — пожал он плечами. — Просто интересно. Не каждый день бандиты к нам на базу приходят. Обычно мы их мочим, а тут… — он усмехнулся. — Вы типа союзники, раз вас тут разместили.

— Типа того, походу, — повторил я. — У нас враг общий — Жирный. Платон помочь обещал, ну и это в его интересах.

— Да в курсе я, в курсе, — кивнул спецназовец. — Меня, кстати, Гриша зовут. Позывной «Гречка».

— Рама, — представился я. — А почему «Крупа»?

— Потому что командир наш — «Рис», — пояснил Гриша. — Ну и пошло-поехало. «Гречка», «Перловка», «Манка». Кто как.

— Оригинально, — хмыкнул я.

— Да уж, — согласился он. — Ладно, отдыхай давай, вижу, глаза слипаются.

Он вернулся к столу, сел, взял карты. Игра продолжилась, пластик карт шлепал о стол, они переругивались что-то там тихонько, но старались не шуметь. Понимают.

Я же лег на койку, закрыл глаза.Мысли крутились в голове, не давали покоя.

Правильно я сделал, нет? Связался с военными, втянул всех в это дело. Теперь пути назад нет. Либо мы Жирного завалим и груз вернем, либо нас всех положат.

А если не получится? Если что-то пойдет не так?

Но другого выхода не было. Жирный нас убить хотел, школу забрал. Сека сломался, сам ничего делать не хочет. Бек — предатель, ему вообще никакой веры нет. Оставалось одно — идти к военным, договариваться.

Надеюсь, Платон не наебет. Вроде нормальный мужик. Слово дал — должен сдержать.

Слово офицера же давал. Если оно для него что-то значит, конечно. А хрен его знает.

Но мы на одной стороне. Потому что Жирный вел с ним дела, а теперь кинуть их пытается. Наебывает по поводу того, что у него весь груз, пальцы гнет, требует. Ну, на него это похоже.

Я с удовольствием пулю в эту рожу обвисшую пущу, честное слово. Руки чешутся.

И это уже не фигура речи, как раньше. Я мог спиздануть что-то типа «убью» и так далее, а вот теперь. Реально же придется. И уже убивал, причем даже не одного. Счет потерял на самом деле.

Думал я думал об этом, одна мысль сменяла другую, плавало все в башке…

И в конечном итоге вырубился.

Глава 12

Проснулся я от того, что кто-то тряс меня за плечо. Глаза открылись с трудом, ощущение было такое, будто веки свинцом налились. Похоже, что поспать мне толком не дали. А это уже третья бессонная ночь за последнее время. Вот ведь жопа.

А еще я таблетки выпить забыл, а это плохо. Потому что проблемы могут начаться, я и так шизею, похоже, а если еще и дальше пойдет. Да, это будет совсем беда.

Но ладно, что-нибудь придумаем, может быть. Да и у меня осталось немного совсем — на пару дней. Надо будет либо отпрашиваться у военных, либо потом уже искать. Потому что вояки, подозреваю, меня не отпустят. Я им нужен еще. Да и объяснять насчет своей психической болячки мне тоже не хочется. Они тут ебанутые через одного, вот только справок у них нет. А у меня есть.

Глаза сами собой закрылись обратно. Меня снова потрясли за плечо, я все-таки посмотрел, кто там борзый такой, и увидел сержанта. Ну, это понятно, тут совсем ничего удивительного.

— Вставай, — сказал он. — Майор зовет. Будем шпиона допрашивать.

Это интересно. Кстати сам факт — если меня на допрос позвали, значит, доверяют. По идее информацией они делиться и не должны, не мое это дело с их точки зрения, но тут по-видимому сыграло то, что я шпиона взял, и что мы его уже допрашивали. Соответственно я смогу сравнить показания.

Я все-таки сел на койке, потер лицо ладонями. Голова гудела, во рту пересохло, пить хотелось очень сильно. В казарме было тихо, мои парни спали, а спецназовцев не было — только карты разложенные валялись на столе. Похоже, что их срочно дернули на какую-то задачу, и они карты решили не убирать.

Или вернуться и доиграть потом. Судя по тому, что они рубашкой вверх лежат, игру явно намеревались продолжить.

— Который час? — спросил я.

— Половина восьмого, — ответил Измайлов. — Утро уже, врач готов, можем начинать.

Врач? А причем тут врач? Хотя да, мне же Платон говорил о том, что у них там какие-то новые допросы, культурные. Я-то рассчитывал на то, что его будут на «тапике» исповедовать, слоника сделают или еще что-то. Ну, короче, как позывают в фильмах разных. А тут что-то другое.

Хотя может он шутил, и врач нужен для того, чтобы допрашиваемого в себя приводить? Не знаю.

Я поднялся на ноги, размял затекшую шею. Тело ломило после вчерашнего, каждая мышца напоминала о себе. Раздеться мне ума хватило