Закон вольных сталкеров - Дмитрий Олегович Силлов Страница 16

В плане пробивания бронестекол пулеметный патрон 7,62 на 54 миллиметра будет поинтереснее автоматного. Ибо мощнее. Плюс коробку ПКМ пулеметчик снарядил по-богатому, бронебойными. Что сразу почувствовалось, ибо, высадив от силы четверть ленты, я разобрал верх мутной защиты торговцев от слова «совсем». После чего длинной очередью вообще вколотил внутрь склада смятое и обгрызенное сверху бронестекло.

По ходу, кого-то из торгашей им накрыло: когда я закончил стрельбу, из склада понесся отборный двухголосый мат, причем один из голосов имел оттенки пришибленно-придавленного. Понятное дело, бронестекло весит немало. А нечего было зариться на три тысячи призовых монет – думаю, прозрачная защита в условиях подземной Зоны стоила в разы дороже.

Впрочем, успокаиваться на достигнутом я не собирался. Как там мутант Влад говорил? Противник жив до тех пор, пока не умер? Или что-то в этом роде. Звучит тупо, конечно, но лучше и вправду не оставлять в живых тех, кто в тебя стрелял. Чисто чтоб больше в их головы таких идей не приходило. Я как с торговцами закончу, обязательно подумаю над тем, как усовершенствовать этот закон вольных сталкеров в плане более корректной формулировки.

А пока я достал из разгрузки две «эргэдэшки», свел усики, повыдергал кольца и одну за другой из положения лежа закинул их туда, откуда неслись потоки обсценной лексики.

Гранаты исправно хлопнули, не обманул трехглазый, за что ему большое спасибо. И пока на складе не рассеялся тротиловый туман, я, вскочив на ноги, выхватил из-за пояса «стечкин» и рванул вперед.

Конечно, закидывать гранаты в оружейный склад так себе идея, но я видел, что от прилавка до стеллажей с оружием и барахлом расстояние довольно приличное. И, поскольку радиус разлета осколков «эргэдэшек» траншейно-окопный, была надежда, что те осколки не прилетят куда не надо и все взрывоопасное, что хранилось на складе, не рванет. Тем более что особо выбора у меня и не было…

В общем, перескочил я через прилавок – и увидел двух торгашей, валяющихся на полу.

Раз, похоже, отстрелялся раз и навсегда. Из огромного глаза, потихоньку вытекающего на грудь, торчала здоровенная щепа, видимо, оторванная гранатой от приклада пулемета. Плюс шея была разорвана, и из нее фонтанчиками брызгала темная кровь. Спасать мута было бессмысленно, да и желание такое у меня отсутствовало, потому я просто дал короткую очередь из «стечкина», на раз разнеся голову Раза в кровавую кашу.

Трехглазому толстяку повезло больше. Это его мутным бронестеклом придавило, и теперь из-под него наружу торчали лишь голова и ноги.

– П-пощади, – заикаясь, проговорил торгаш. – Всё бери. Код от сейфа скажу.

– И какой код? – поинтересовался я.

– Ч-четыре двойки.

– 2222? – уточнил я.

– Ага.

– Поди, книги в черных обложках любишь? – хмыкнул я.

– Не. Книги не люблю. А что код простой – так запомнить проще, – жалобным голосом проговорил трехглазый.

– Это ты зря насчет книг, – сказал я. – И стрелять в клиентов тоже плохая идея.

– Больше не буду, – пообещал торгаш, синхронно хлопнув честными глазами.

– Хрен с тобой, живи, – вздохнул я – и пошел к стеллажам, очень внимательно слушая свою сталкерскую чуйку, которая меня никогда не подводила.

Не подвела она меня и на этот раз, когда я почти сразу почувствовал легкий холодок в затылке: такое обычно случается, когда в него кто-то целится…

Резко сместившись вправо, я упал на одно колено.

И вовремя, так как рядом с моим ухом просвистела пуля. Высунув руку из-под бронестекла, трехглазый неуклюже пытался поймать меня на мушку пистолета, который сжимал жирной ручищей.

Но ничего у него не вышло. Дважды тявкнул мой «стечкин» – и оба оставшихся глаза мутанта, превратившись в кровавую кашу, вылетели у него из затылка, обильно брызнув красно-белым на мутное бронестекло.

– Вот таким образом, – вздохнул я, засовывая пистолет обратно за ремень. Нехорошо это – обманывать своих клиентов. А уж стрелять в них вообще никуда не годится. Карма вернется и накажет. А в Зонах и на войне та карма обычно прилетает в виде пуль, которые еще никому здоровья не прибавили.

* * *

Я прошел внутрь склада – и усмехнулся.

Помещение, заполненное товаром, было разделено на две части широким проходом. Над той, что слева, занимавшей заметно бо`льшую площадь, висела табличка «Товар для лохов». Над меньшей, расположенной справа, надпись на табличке гласила «Товар для Клиентов».

Именно так, «Клиентов» с большой буквы.

Удобно.

Пришел солидный человек или мутант – значит, идешь направо, заводя песнь про то, насколько ты уважаешь данного посетителя, отпуская ему максимально качественный товар. А пришел никто и звать его никак – как у классика, идешь налево, говоря сказку о том же. Туда, где лежит товар «для лохов».

Разумеется, я проследовал направо, где затарился совершенно новым шмотом, включая исподнее, необмятый городской камуфляж и неуставные мягкие берцы из очень качественной кожи. Поверх одежды я водрузил новый броник с грамотной разгрузкой, куда напихал гранат и магазинов к изначально запрошенному у торговцев нулевому «сотому» АК. Который на складе «для Клиентов» нашелся такой, какой хотелось, – с планками Пикатинни для крепления разновсякого обвеса, коллиматорным прицелом, телескопическим прикладом и рукоятью с сошками, выщелкивающимися из нее и автоматически раскладывающимися одним нажатием кнопки.

Под своего «стечкина», хоть и потертого, но уже опробованного в деле, я нашел годную тактическую кобуру. Отыскались и аж два кинжала «Шайтан» в формованных ножнах из кайдекса с возможностью крепления в разных положениях, которые я забрал оба. Один на пояс повесил, а второй, со «скелетной» рукоятью, лишенной накладок, определил за спину, зацепив защелкой ножен за эвакуационную петлю и заправив под броник.

Во все свободные карманы и подсумки разгрузки я напихал высококалорийных батончиков, а во флягу залил реально консервированную воду, а не ту попахивающую бензином жидкость, что мне всучил покойный ныне трехглазый. Ну и до кучи годным военным биноклем затарился. Весу в этом приборе килограмм, а пользы от него порой может быть немерено.

Вот теперь можно было и воевать с претендентами на три тысячи монет, обещанных за мою голову. Кстати, свои деньги, уплаченные за товар «для лохов», я выгреб из ящика стола торговцев, слегка побитого гранатными осколками. Горе-продаванам финансы уже ни к чему, а мне могут пригодиться в подземной Зоне, созданной вблизи неизвестной мне атомной станции.

Кстати, любители легких денег не заставили себя долго ждать. Я только-только успел экипироваться как следует, как из глубин коридоров раздалось истошное:

– Он тут, пацаны! Вали петушару!

– Что-то похожее я уже слышал, –