Фантастика 2026-61 - Марина Сергеевна Комарова Страница 154

Это решило дело. Пусть она станет чем-то вроде плаща или огня в камине — вещью Ясрунда, но команда «Линорма» будет жить. Они доверились Йанте, назвав своей ворожеей, и подвести их нельзя. Иначе чего стоит ее честь колдуньи и воина?

— Да, — сказала Йанта. — Обещаю. Скорее же…

— Не торопись, дева. Сначала — задаток.

Янсрунд легко, как по льду, скользнул к ней, мгновенно оказавшись рядом. Его ладони легли на плечи Йанты: жутко холодные и тяжелые — словно две промерзшие насквозь каменные глыбы. Йанта покачнулась, стиснула зубы, но устояла. А в следующий миг все-таки закричала бы от боли, но её губы застыли, скованные поцелуем Янсрунда, как река — морозом. Холодно, больно, страшно… Еще миг — и внутри вспыхнуло скованное до этого пламя, с кровью растекаясь по всему телу. Освобожденная сила ликовала и пьянила, Йанте казалось, что она могла бы растопить всю ледяную пустыню вокруг дворца. Опасный обман!

Она с трудом сдержала немедленное желание сделать хоть что-то: запустить сноп искр, разжечь настоящий огонь в очаге Янсрунда — и пусть горит сам камень, если нет дров! Нет… тише… сила ей еще понадобится, вся…

— Какое сладкое золотое пламя… — промурлыкал Янсрунд, все так же держа её за плечи, и от его пальцев по всему телу растекался холод, борясь с жаром. — Кажется, вторую сделку я заключил куда выгоднее, чем первую. Удачи тебе, моя ворожея. Теперь — моя…

Мир сжался вокруг Йанты, сминая её, как листик бумаги, потом снова расправился, ударил круговертью тугих струй воздуха, красок, холода и тепла, пронзительных звуков… И наконец портал вышвырнул её, ослепшую и оглохшую, прямо посреди палубы «Гордого Линорма».

«Я не пожалею, — поклялась она себе, шагая вперед и глядя только на изумленное лицо Фьялбъёрна, стоящего тремя шагами дальше, у мачты. — Какова бы ни оказалась цена, я заплачу ее и никогда не назову чрезмерной, лишь бы никакой Призрачный Шторм, ворующий облики мертвецов, не смог показать мне еще и тебя, Бъёрн».

Глава 20. Возвращение на «Линорм»

Разве не глупо это было? Изо всех сил прикидываться перед самой собой, что просто делишь с ним постель, отдавая тело, но не сердце? Дарить ласки и принимать их, просыпаться в объятиях того, кого едва знаешь, принести ему клятву верности — не как любовнику, а как воин — ярлу. И все это время убеждать себя, что это ничего не значит, что так вышло — случайно сработавший портал закинул именно сюда…

Йанта смотрела на каменное лицо Фьялбъёрна и понимала, что все-таки не убежала от себя самой. Снова попала в ту же ловушку… Торгуясь с Янсрундом, она ненароком сказала Повелителю Холода правду, которую старательно скрывала от всех и от себя тоже. Бъёрн стал для неё не просто любовником. Сколько у нее их было в веселом и щедром на радости жизни Аш-Шараме — она и вспомнить бы всех не смогла, пожалуй. Ей всегда нравилась любовная игра, в которой можно быть и охотником, и добычей. Пьянящая сладость, огонь в крови, томление и расслабленная нежность потом… Главное — всегда помнить, что это только игра. Утоление страсти, как голода или жажды. Никто ведь не остается жить у родника, из которого напился в пути? Как бы ни была вкусна вода, ты благодаришь за нее и идешь дальше — а там будут и другие источники…

Фьялбъёрн с самого начала, с первых их взглядов, скрестившихся, словно клинки, так что едва не лязгнули, не был игрой. Скорее уж — боем. Не с врагом, а с достойным соперником, которому и проиграть не стыдно, потому что главное наслаждение — в самом танце стали и тела. А еще он был плащом — теплым, надежным, заботливо уютным. И тем самым источником, из которого хотелось пить снова и снова… И… И Йанте было все равно, сколько лет бессмертному капитану «Линорма» и как часто бьется его сердце. Достаточно того, что рядом с нею оно бьется чаще.

А теперь вышло так, что она ступила в пустоту, ожидая встретить там надежную опору — и провалилась. Еще не упала, но уже поняла, что казавшаяся незыблемой твердь на самом деле обманчива. Так ли она сама нужна Фьялбъёрну Драугу, ради которого заложила свободу и жизнь Повелителю Холода? То, что Бъёрн оставил её в безопасном месте перед боем, еще можно было понять. Не оправдать, конечно! Но понять… Это было оскорбительно, однако… так похоже на Бъёрна! И Йанта бы, разумеется, высказала все, что об этом думает, а потом помирилась и успокоилась, но…

Она смотрела на Фьялбъёрна, хмурого, сжавшего губы в жесткую линию, сверкающего живым глазом… А безошибочным чутьем чародея различала позади ярла два сгустка магической силы. Один — до отвращения знакомый, янтарно-золотой, со сладким привкусом хмельного меда, солнца и соленого ветра на взморье. Второй — до этого ни разу не виданный. Облако тьмы, даже издали смертельно опасное. Могильный тлен, отравленный воздух на дне колодца, шипение кобры в темноте и молчаливый удар скорпиона… Вот на что был похож тот, второй. И Йанта замерла. Дыхание перехватило от растерянности и боли, потому что понимание пришло само и оказалось невыносимо простым и мерзким. На «Линорме» уже было два чародея. Незнакомец с мощнейшей магией смерти и проклятая чудесница Ньедрунг, вроде бы совершенно не нужная ярлу до этого дня…

И как теперь быть? Как жить — теперь? Как продержаться хотя бы то короткое время до боя с Вессе… А потом она, может, и обрадуется сделке с Янсрундом, потому что замерзшее сердце уж точно не болит.

— Йанта… — выдохнул Фьялбъёрн неверяще. — Ты… откуда…

— А ты не помнишь, ярл? — усмехнулся она непослушными уже не от холода, а от накатывающей ярости губами. — Забыл, где меня оставил? Ну, прости. Если бы я знала, что мое место корабельной ворожеи занято, да еще так надежно, я бы не торопилась на службу. Что ж ты не сказал, что нашел мне замену? Я же не опозоренная дева, уж не стала бы рыдать вслед, утираясь подолом!

— Йанта!

— Что — Йанта?! Ах, прости, ты, наверное, забрал бы меня потом, как и обещал, верно? Из безопасного места! После боя… В который меня ты брать побоялся, зато прихватил с собой вот… это!

Она кивнула на жмущуюся к корабельной надстройке Ньедрунг. Закутанная в длинный серый