Город Порталов Планета Сунне-Твеген - Владимир Гудыменко Страница 15

Он достал телефон.

– Сзади… – прошептала она.

Он обернулся. Пусто. В следующую секунду – удар. Его отбросило на пол. Телефон вылетел из рук и закатился под сейф.

Дарвин успел выхватить свой «Сандер», но противник оказался быстрее – оружие выбили. Не колеблясь, он нанес подсечку в сторону движения. Тяжелое тело глухо рухнуло на пол.

Дарвин вскочил и бросился к кухне – там могло найтись хоть что-то острое. Но вдруг чья-то рука мертвой хваткой сомкнулась на его ноге. Он рухнул возле обеденного стола, больно ударившись.

Под скатертью – движение. Он сдернул ткань и увидел лицо дряхлого старика. На груди – растрепанный букет персиковых роз. Лицо до боли знакомо. Томрас. Его глаза – мутные, лицо застывшее… но рука все еще судорожно сжимала щиколотку.

Из детской донеслись шаги. Двое.

Дарвин схватил самый большой нож. На кухонной тумбе – открытый пакет с мукой. Он взял его и прижался к стене.

– Где он? Седой, ты видишь его? – раздался голос.

– На кухне, – ответил другой.

Шаги приближались. Улучив момент, Дарвин взметнул горсть муки – она осела в воздухе, очертив силуэт: высокая, мощная, почти два с половиной метра. Еще одна горсть – и в дверном проеме проступил второй, его силуэт мерцал в пыльной завесе.

Дарвин бросился вперед и взмахнул ножом, целясь в голову ближайшего. Вскрик. Крови не было, но он попал. Лезвие застряло.

Второй бандит оказался слева. Дарвин нанес удар кулаком – в ответ почувствовал жесткий блок. Он резко развернулся и врезал в область печени, но удар словно пришелся по стене. В следующий миг противник подхватил его снизу и с силой впечатал в кухонный гарнитур. Захват на шее усиливался – Дарвин задыхался, беспомощно вырываясь из цепкой хватки.

– Сдохни уже! – прорычал нападавший.

Из последних сил Дарвин нащупал что-то твердое. Под пальцами оказался кухонный измельчитель «Молния». Он схватил его и несколько раз со всей силы ударил по предполагаемой голове противника. Пластиковый прибор раскрошился – в руке остался только спиралевидный нож.

Дарвин сжал лезвие голой рукой. Металл тут же разрезал кожу, кровь хлынула и потекла по локтю, но он даже не поморщился.

С дикой решимостью он вонзил лезвие в лицо врага. Пронзительный крик – и захват ослаб. Собрав остатки сил, он оттолкнул противника и мощным ударом ноги отбросил его к стене.

Тяжело дыша, Дарвин осмотрелся. Это еще не конец.

Пробираясь через банкетный зал, Дарвин заметил в воздухе парящую дубинку «Шок». Она зловеще рассекала воздух, мечась из стороны в сторону, словно в кошмаре. Дарвин попятился к окну, прижимаясь к стене.

Траектория удара – справа вниз.

– Правша, – пронеслось в голове.

Он рванулся вперед, нанося стремительную двойную серию ударов. Промах – противник оказался левшой и намеренно имитировал технику правши. Дарвин инстинктивно перехватил руку с дубинкой, но не успел среагировать: сбоку прилетел сокрушительный апперкот. Удар был такой силы, что его отбросило назад – прямо в окно.

Энергостекло не выдержало – с оглушительным треском разлетелось. Дарвин вылетел наружу, рухнув на спину. Его левая нога зацепилась за край окна – осколок, не до конца сломанный, глубоко врезался в сухожилие. Боль пронзила, словно удар током, сковав движение.

Противник подскочил, навалился сверху, прижал и направил дубинку в лицо. Дарвин схватил ее обеими руками, из последних сил удерживая. Но северянин был сильнее.

Наконечник дубинки приближался. Он почти касался кожи…

И вдруг – выстрел.

Короткий, не смертельный – стреляли из винтовки, мощность явно была снижена. Дубинка отлетела в сторону. Дарвин тяжело вздохнул с облегчением. Но… ни сирен, ни криков полиции.

Он перевернулся на живот, с усилием поднялся на одно колено. Взгляд – вверх. В воздухе парили две винтовки Ф-22.

Не полиция. Террористы.

Дарвин пытался отползти к бетонному вазону. Хромая, истекая кровью, из последних сил.

Винтовка снова прицелилась.

Выстрел.

Боль пронзила, словно удар молнии. Его отбросило.

Затылок ударился о бетон.

– Станис, ты в Гранулу попал! – раздался крик.

– Я же говорил – Дарвин нужен нам живым! – рявкнул Станис. Он вскинул голову: – Сирены!

– А как же Гранула и остальные?

– Главное, детей забрали. Остальные справятся. Кто выживет – сам выберется. Уходим!

Сквозь пульсирующую боль Дарвин уловил чьи-то голоса. Они будто доносились из воды. Один… узнаваемый. Крафт.

Он склонился над Дарвином. Лицо было спокойным. Чересчур.

– Я же говорил тебе… Пора на пенсию, – шепнул он.

Дарвин услышал тяжелый вздох Крафта. А потом – тишина. Все исчезло. Темнота сменилась светом. Ярким, тянущим вперед, как туннель без выхода.

Он не шел – просто двигался вперед, будто сам свет вел его. Пространство теряло форму, становясь чем-то невесомым и бескрайним. Вдалеке, почти сливаясь с ослепительным сиянием, стояла фигура.

Силуэт был расплывчатым, будто выточен из самого света. Единственное, что заметил Дарвин – у него не было ног. Или, точнее, они терялись где-то внизу, словно растворялись в белом мареве.

– Ты… что ты такое?.. – спросил Дарвин.

Голос ответил, мягкий, как эхо внутри сознания:

– Мое имя – Венсан.

– Что со мной?

– Все идет, как должно, – прозвучал голос. – Ты там, где должен быть.

Глава 4

Эпизод 1. Город Порталов

 Фарадей очнулся от ледяной воды, обжигающей кожу, и слепящего света. Сознание все еще плыло, но перед глазами начали вырисовываться силуэты нескольких гоминоидов.

– Ну вот, очухались. Обмороки у них, – с насмешкой бросил один из них, разглядывая Фарадея. – Этот совсем щуплый.

– Щуплый – значит, мало ест, – добавил другой.

– Точно, – хмыкнул третий.

– Тихо, – прервал их самый крупный. Голос у него был низкий, но звонкий. Массивное тело, широкие плечи, светлая шерсть – все выдавало в нем северянина. – Не нам решать, какими будут подручные. А теперь заткнулись и слушаем Лу Принца.

Из-за спины гиганта выступил новый гоминоид. Коричневая шерсть и смуглая кожа говорили о том, что он восточник – с островов экваториального океана на планете Сунне-Твеген.

Он был невысок, с круглым лицом и большими голубыми глазами, обрамленными тяжелыми мешками. Нижняя губа чуть выдавалась вперед, придавая лицу задумчивое выражение. Из-за непропорционального телосложения его руки казались непривычно длинными – словно едва не касались земли.

Камзол из темно-красного бархата был расшит золотой нитью, украшен дорогими пуговицами. Поверх – шелковый темно-синий плащ, струящийся при каждом движении. Бархатные штаны были заправлены в сапоги из мягкой кожи с серебряными пряжками. Роскошный наряд не мог скрыть того, что гоминоид щуплый, с округлившимся животом – видимо, поклонник изысканной кухни.

На голове – шляпа с широкими полями