Фантастика 2026-157 - Арсений Громов Страница 149

– Поч… – Алекс так и не договорил. Он посмотрел в глаза гному, а затем выругался. Грязно и с чувством. Сердце немного укололо. Пусть и немного, но все же – укололо. – А я-то все гадал, откуда у прокурора на суде было столько информации по течению средств на моих счетах.

– Ты бы поступил так же, Алуд, – отмахнулся Бромвурд. – Что мне еще было делать? Ко мне пришли Мундиры и начали гнуть по-всякому. А я и так уже лысый. Мне только по миру пойти не хватало. Закончил бы в каком-нибудь цирке… камни на потеху человекам грыз бы.

– И ты меня продал, Броми… за чечевичную похлебку продал…

– Ты бы поступил точно так же, черный маг, – повторил с нажимом на последние слова гном.

Не поступил бы…

– Раз тебе так важны вечноэлектронные – отдам по скидке и…

– Мне ни по скидке, ни даром, ни с доплатой не надо! – прикрикнул гном. При этом он начал дышать глубоко и тяжело. Изо рта вырывался серый пар, а грудь его вздымалась кузнечным горном. Там, за стеклом офиса, начали подрагивать многочисленные поделки и артефакты. Внутри своей мастерской гном в качестве аргумента имел не только жезл… – Ты не понимаешь, Алуд? Ко мне недавно пришли такие господа, перед которыми… перед которыми… проклятье, Алуд! Не заставляй меня! Чернобородым Будутом заклинаю – не заставляй. Уходи.

И Алекс понял, что его беспокоило.

За все годы их незаконной деятельности, за все десятки сделок с самыми отмороженными подонками Хайгардена Бромвурд никогда не демонстрировал страха.

Никогда до этого момента.

И, что самое нервирующее, он боялся отнюдь не Алекса, а того, о ком говорил.

– Кого ты так боишься, Броми? Кто к тебе приходил?

– Третий и последний раз, Дум. Уходи.

Какое-то время они играли в молчаливые гляделки. Алекс смотрел на этого человека… гнома, и его сердце постепенно успокаивало свой ритм.

Он должен был привыкнуть… уже очень давно, он должен был привыкнуть к одной простой истине.

У черных магов нет друзей.

Только временные союзники и вечные противники.

– Это последний раз, когда мы видимся, гном Бромвурд, сын Бабурда. – Алекс поднялся и привычным жестом хотел застегнуть пуговицы костюма, но понял, что нет ни пиджака, ни жилетки, ни сорочки. Его повязали во время утренней пробежки. В трениках и майке. Куртку уже потом адвокат подвез. И это было единственным, в чем он решился помочь. – Потому что в следующий раз, когда мы встретимся, я убью тебя.

С этими словами Алекс развернулся и покинул мастерскую старого… нет, не друга. Делового партнера, который теперь, как весь остальной мир, оказался по ту сторону баррикад.

Поднявшись по винтовой лестнице, оказавшись в лавке, Алекс бросил быстрый взгляд в сторону Стажера. Тот, скуля, пятился в самый дальний и темный угол своего закутка.

Бронированное стекло уже не шипело и плевалось раскаленными брызгами. Расплавленный пистолет стальной коркой прилип к поверхности.

Алекс достал пачку сигарет.

– З-з-здесь не курят, – промямлил прыщавый парнишка.

Алекс замер и с удивлением еще раз посмотрел на юношу.

– Мир явно сошел с ума, – прошептал он и, так и не закурив, вышел на улицу.

Перед тем как отправиться на выделенную ему государством квартиру, у него оставалось еще одно незаконченное дело.

Глава 6

Алекс не любил ездить в автобусах. Собственно, будучи черным магом, он вообще много чего не любил. Проще было сказать, что приносило ему удовольствие, чем то, что его раздражало. И в этом списке первое место занимала магия, второе – красивые женщины, а третье в равной степени делили быстрые средства передвижения, адреналин, алкоголь (исключительно в форме виски с лимоном), сигареты и вкусная еда.

Но вот автобусы он не любил большего всего. Даже метро не приводило Алекса в такое дурное настроение, как эти громоздкие, неуклюжие представители общественного наземного транспорта.

В Хайгардене имелся всего один ночной рейс. И разумеется, Алекс с куда большей радостью прогулялся бы до пункта назначения на своих двоих, но государственники выделили ему всего четыре часа на то, чтобы уладить дела в родном районе.

После этого без крайней необходимости Алекс не должен был посещать данное место.

– Хотят максимально скрыть мое освобождение? – проворчал Алекс. – Но тогда зачем они навестили эту лысую башку?

В том, что именно тот же господин, который встретил бывшего заключенного нижнего яруса тюрьмы для магов, имел беседу с Бромвурдом, Алекс даже не сомневался.

Но, с другой стороны, зачем тогда был весь этот спектакль со стороны гнома?

– Проклятье. – Дум сжал кулаки, и вокруг них вспыхнуло мерное темно-фиолетовое свечение.

Автобус зашатало, и Алекс вновь вынужденно отвлекся от своих мыслей.

– Ну что вам надо? – прорычал Дум, и повозку вновь зашатало из стороны в сторону.

Он сидел в самом конце салона, а двадцать представителей людской, тролльской и даже оркской расы ютились в дальнем конце и едва не прогибали решетку, отделявшую водителя от салона. Тот, кстати, толстый мужчина средних лет, обливался потом и что-то шептал себе под нос.

Сюда по тому, что Алекса терзал зуд, водила молился.

– Ул…а Гер…ертр…д, – едва различимо произнес шепелявый механический голос оповещателя.

Алекс, бросив окурок под сидение, вышел на свежий воздух. Изрисованный граффити, с решетками на окнах и дверях, обитый кованым железом ночной рейсовый автобус втопил с такой скоростью, что перед тем как сорваться с места в карьер, у него колеса прокрутились и резина задымила.

Дум остался один на окутанной в предрассветный туман улочке, идущей параллельно железнодорожному мосту. Лишь несколько фонарей разгоняли едкий сумрак.

Ну и порой слышался вой, причем далеко не собачий или даже волчий.

Герберт-роуд находилась около самой границы города, а дальше – дикие земли Атлантиды. И сколько бы охотники на монстров не очищали ближние рубежи столицы континента, монстры порой все же каким-то чудом находили путь в город.

Раньше, говорят, несмотря на усилия все тех же магов (до Magic lenses соблюдавших Первую Конвенцию и старавшихся сохранять разделение мира смертных и магического), они и в городах смертных кутили.

И даже в эпоху интернета и камер это удавалось выдать за взрывы газа, пожары, иногда – теракты, если жертв становилось совсем много.

Алекс вновь закурил. Кажется, это была уже седьмая с момента, как он вышел из