Охотник - Данил Коган Страница 14

Айвена принялась колдовать над принесённым «мешочком», который на глазах затвердел и превратился в мутно-зелёный кристалл. Да уж, адаптировалась она к нашей компании на удивление быстро. Я думал, проблем с ней будет куда больше.

Через десяток минут в лагерь вернулась Шайя. Глянув на нас с Шором, развалившихся на спальниках, она недовольно рявкнула:

— Чего р-разлеглись, как медведи в малине? Идите помогать снимать шкур-ру. Или мы должны вдвоём с Ингвар-ром белок из дупла вам доставать?

Делать нечего — мы покорно поплелись к туше. Помогать.

Чешуя змеи была толстой, плотной и упругой. Если бы не мой рунный нож, нам было бы почти нечем её прорезать. Я в очередной раз возблагодарил продукт своего внезапного «хочу» за длину лезвия, остроту и пилу на обухе. Единственным, кто обладал похожим «рабочим инструментом», был, разумеется, Ингвар. Думаю, мечом Шора тоже эту шкуру проткнуть было бы можно, но дракс наотрез отказался экспериментировать. Я и раньше замечал, что он относится к мечу как к предмету культа, а не просто как к инструменту. Поэтому предложение использовать личное оружие в качестве разделочного инструмента было встречено со стороны Шора раздутым капюшоном и яростным негодованием. Ну и ладно. Обошлись двумя ножами.

С разделкой мы провозились до поздней ночи. Мяса наготовили впрок — на год, наверное. Альва и здесь оказалась полезной, наложив на мясо чары консервации. Иначе всю эту гору пришлось бы закапывать. Копать всё равно пришлось, чтобы хоть как-то не оставлять эту груду на виду. Шайя обложила схрон какой-то корой.

В общем, к вечеру мы все были вымотаны до предела. Поужинав змеиным шашлыком, мы завалились спать. На карауле остались Морт и Шерочка. Сегодня в руины, по словам ксара, никто не наведывался.

Да, со змеи мы получили целых три аскора. Один мутно-жёлтый, второй с красными прожилками, третий почти прозрачный, с зеленоватым отливом. Красиво, но непонятно. Как и всё в этом мире.

Паук обрадовал прозрачным камнем, похожим на яйцо. Кроме того из него достали какие-то внутренности. У ящерицы вырезали железы со слюной.

Остальные туши, оказались почти бесполезны, поэтому мы с Шором перетаскали их подальше от лагеря. На разделку не было ни времени, ни сил.

Змеиный череп Шайя торжественно водрузила на большой камень подле стоянки и ещё час водила вокруг него хороводы с подвыванием акапелла. Я, помня Радину коллекцию черепов на заборе, не вмешивался, хотя голова под конец дня пухла, и Шайино шумное шаманство любви к жизни и ближним вообще не добавляло. Судя по всему, Шайя делала нам какой-то амулет. Амулетище.

— Что это хоть будет, Шайя? — спросил я, когда она закончила ритуал. — Вышло у тебя, что-нибудь?

— Я заточила внутри дух чудовища. пока он для нас бесполезен. Его нужно кор-рмить, и договар-риваться. Это наш будущий хр-ранитель. Очень сильный дух.

— Кормить? Чем, интересно? Кровавой мацой, сделанной из христианских младенцев?

— Др-ругими духами, Илья. Это мое дело, тебе не нужны подр-робности.

И я отстал.

Все «змеиные» аскоры были разного цвета. Альва на вопрос «Что бы это могло быть?» стригла ушами, натурально как заяц, морщила носик и наконец заявила, что определение сути вещей — не её специализация. Вернее, это долго, муторно и «не сейчас». А я уж думал, будет свой халявный эксперт-маговед. Ну, на крайняк у меня амулет Ананты есть. Буду туда орать: «Але, але, Смольный? Как это нахер?» — пока маг не отзовётся. Я умею быть настойчивым.

Перед сном Ингвар влил в меня какое-то очередное зелье за серебряк. Всё блин Илью Николаича ограбить норовят! На самом деле головная боль улеглась, и заснул я практически мгновенно.

И утром чувствовал себя… ну не на все сто. Где-то на восемьдесят. А ведь судя по вчерашним ощущениям, мог вообще не встать.

Впрочем, упахалась вчера знатно вся команда. Кроме ксара, конечно. Но ему сам бог велел ссылаться на отсутствие даже лапок. Как вообще такая нелепая раса на свет белый появилась? Долбанное Межмирье.

Пока я проводил разминку, лагерь пробудился.

На завтрак была каша со змеиным мясом. Думаю, на обед подадут змеиный суп. А на ужин… ну, вы поняли. Эта змея с нами надолго, чувствую. Можно сказать, незаметно стала частью коллектива. Сейчас из её кожи какие-нибудь ещё сапоги-скороходы сошьют и всё. Член команды просто.

— Ингвар, — спросил я громко чавкающего кашей старика, — вчера не до того было, какие новости из Рубежного? Удалось с людьми поговорить?

Тот облизал ложку, вытер бороду и степенно ответил:

— Я поговорил с Крисом, паря. Он у меня ловушки ставить учился. Так что никого не удивило. Он собирался завтра к Кривому дубу прийти, — видимо, местная достопримечательность. — Но вишь как — Гон. Всё затянется, задави меня мураш. Смело можем три дня добавить. Но Крис прямо загорелся. Очень хочет руку пожать человеку, который Резака уложил на глазах у всех. Да и про то, что по наши души отправилась часть банды да не вернулась, тоже уже судачат, паря. Бандиты же всё и растрепали.

— Ну, что я тогда в руины? Зачем время терять. Кто со мной, кто в лагере останется? — спросил я остальных. — А один ушастый наглый серомордый хрен летит на разведку прямщас.

— Че ета я наглый, ты гля? Я сама скромность и благочестие, летать-порхать, уф-уф-уф. Неча туды лететь. Были альвы с утреца. Пока вы здесь дрыхли, они собрали останки, шмот и упорхнули. Так што кроме жалких монстров тама теперь никого, в руинах-то. А они нам на один зуб.

И ксар для убедительности щёлкнул челюстью.

— Да уж. Арсенал-то мы изрядно потрепали, — поморщился я. — Мне мой рунированный молоток вчерашняя гадина уконтропупила. Копьё опять же…

— Илия, это можно поправить. Если старик сделает новые древки, я договорюсь с ними, чтобы они стали прочней, — Айвена вышла из шатра, неся с собой свёрток. — Получится не хуже рун на прочность. И не магия, так что ты не разрушишь это своей силой.

— Интересно, как ты «договоришься» с древком? — спросил я, не скрывая скепсиса.

— Так же, как договорилась со змеиными зубами, — ответила она. — Надо всего лишь знать малые имена дерева и кости. Я знаю.

С этими словами она развернула свёрток. Я видел вчера эти зубы, когда их вырвали из челюсти. Здоровенные клыки, полые внутри. Длиной сантиметров по шестьдесят каждый. Выглядели хрупкими. Сейчас же передо мной лежали два сизых костяных лезвия. Плоские, загнутые, кромка с наружной, выгнутой стороны выглядела острой до прозрачности. Как и треть внутреннего лезвия. В кости виднелись