Фантастика 2026-154 - Луций Корнелий Страница 139

Заглянувший днём Алатар немного посвятил попаданцев в тонкости местной политики. Область расселения стародавних попаданцев с одной стороны ограничивалась пустынями, а с другой влажными лесами. Самыми благоприятным для проживания были берега моря и крупных рек. Около них возникали города-государства, в число которых входил Зу-Райдан. Они подминали окрестные территории, заселяя их податным населением от свободных крестьян, арендующих землю у эмира, до рабов. Почти все богачи Зу-Райдана имели за пределами города свои плантации, иногда простирающейся на десятки километров. У каждой такой знатной семьи на службе была фактически небольшая армия для защиты земельных владений. Самую крупную воинскую силу содержал эмир. Принцип набора был скорее наемническим, чем феодальным, хотя и семья рекрута имела значение. Также существовали, своего рода, казаки. Военные поселенцы на границах государства. Они не платили податей, но должны были защищать дороги и сами обороняться от набегов. От кого защищать? Нелюдей, монстров, но главным образом кочевников. Последние представляли собой множество скотоводческих племен. Старая поговорка гласила: «кочевник всегда голоден» и не врала. Племена регулярно набигали. Сил на захват укреплённых городов и крепостей у них обычно не было, но вот грабить селения они всегда рады. Городские тоже воевали, разумеется. Делили землю, крестьян, рабов, рынки сбыта. Впрочем, война эта упиралась в примерное равенство сил. Иногда кому-то били по шапке сильнее обычного, но кровавые активности все равно практически никогда не проникали за крепостные стены. И так сотни лет.

Обо всем этом Алатар рассказывал очень вдохновенно. Марк предположил, что колдун имеет прямое отношение к сложившейся системе и её равновесию.

— Очень может быть… — вздохнул Ньяль. — Рано или поздно какая-то сила должна, пусть на время, но взять верх и нарушить равновесие. А здесь у них слишком все гладко идет.

Колдуны, маги, чародеи, алхимики, бирюзовые жрицы — количество волшебного сброда на местном Востоке зашкаливало. И навыки большей части из них вызывали серьезные сомнения. Однако Алатар и его коллега Палландо были настоящими бессмертными магами. Они брали учеников, давали советы, лечили, гадали, читали звезды и благословляли землю. Их уважали, почитая практически за живых богов. Знали здесь и других бессмертных магов: Великого Бога-колдуна Запада, его врагов эльфов и ещё как минимум двоих: странствующего заклинателя огня по имени Митрандир, который не так давно отправился на Запад, в бывший Удун и Курунирр-Лана, древнего, загадочного и могущественного, что тысячи лет назад возводил в пустынях башни.

— Были и другие. — с толикой ностальгии произнёс Алатар. — Когда мир ещё был молод, тьма слаба, а свет мягок, то многие бессмертные ходили по новорожденным землям Арды. Но пришла война. Раскол, погубивший одних и исказивший других. Некоторые слова, иные крики звучат так громко, что эхо от них разносятся на тысячи лет. Только хорошо ли это?

— Это просто прекрасно… — с немного безумной улыбкой ответил ему Ньяль.

После застолий КПВ думал вместе с Акаирис выбраться за стены гостеприимного дома и познакомиться со здешней сферой услуг. Имелись некоторые наличные средства в форме золота и драгоценных камней. Их стоило обратить в полезных предметы. Прежде всего одежду, ну и так по мелочам. При попытке покинуть дом за КПВ увязалась вооруженная охрана из пятерых молодцев в коротких кольчугах, с кривыми саблями и короткими копьями. Сначала КПВ хотел было сбросить хвост, но очень скоро понял насколько им необходима охрана. Главной задачей секьюрити было не дать местному населению разобрать попаданца на сувениры. Любопытные толпы следовали за ним по улочкам Зу-Райдана, выглядывали из окон, с крыш, из-за углов. Гомонили на сотни голосов. Манера говорить у местных не сильно отличалась от таковой у некоторых южных народов Земли. То есть говорить равно орать, активно размахивая руками. КПВ ловил флэшбеки о Черкизовском рынке нулевых.

«Аксакал, глянь кроссовки! Совсем красивый будешь».

Акаирис было сложнее, учитывая её дикое происхождение. Она шла, держа Кириллова за руку и стараясь не смотреть по сторонам.

— И почему они так кричат? — сдавленным голосом спросила эльфийка.

— Надо, видимо, вот и кричат. — философски заметил Кириллов. — Атмосфера располагает.

Кое как они нашли некую лавку одежды, а точнее портного. С этим помогла вывеска, изображавшая клубок ниток, иглу и ножницы. Внутри их ждал одетый в тёмное смуглый и бородатый старик с некоторым количеством подмастерьев. Почти все стены увешаны тканям.

— Таааак… — задумчиво произнёс КПВ, поглядывая то на подругу, то на мастера. — И как нам все ему объяснить?

— Наверное… — задумчиво произнесла Акаирис. — Подожди меня здесь.

Она на секунду вышла наружу и вернулась с ещё одним островным эльфом, только одет он совершенно был на местный манер. И лицо другие. Какое-то неуловимо арабское по своёму выражению и манере кидать мимолетные важные взгляды по сторонам. Акаирис говорила с ним какое-то время, а потом обратилась к КПВ.

— Он попал сюда ещё ребёнком, но ещё помнит язык. Через него мы сможем договориться с этим…

— Портным. — подсказал Кириллов. — А наш новый знакомый свободный чело… эльф?

Услышав перевод вопроса остроухий гордо указал на кривой нож и тяжёлый кошелек на поясе.

— Он говорит, что выкупил себя тридцать пять лет назад. А ещё… — в голосе девушки звучало явное смущение. — Он говорит…

— Ну? — забавляясь её реакцией, спросил Кириллов.

— Говорит… что он торговец теперь… И если… господин оценил прелести женщин нашего народа, то он может предложить вам… то есть тебе приобрести несколько девушек, отличающихся красотой, лаской и покорностью.

Повисла немного неловкая пауза. Работорговец со значением улыбался, Акаирис потупила взгляд, а КПВ вдруг рассмеялся.

— Ну нихрена себе… Тут и опция гаремника есть. Скажи мне кто это месяца три назад…

— Это перевести? — растерянно спросила девушка?

— Не. Скажи, что мне пока всего хватает. А вообще… Скажи так: пусть днем поможет нам с покупками. Я щедро заплачу. А потом… Пусть кароч найдет низенького такого воина, который ходит с очень большой девушкой.