Фантастика 2026-90 - Василий Седой Страница 134

собой на это дело я взял арсенал огнестрельного оружия, уже себя зарекомендовавший. Винтовку «СВД» и пистолет «Беретта». Крестьян вооружить не получилось. Они оказались не обученными обращению с огнестрелом. Только Степану выдал два пистоля, с которыми ему раньше приходилось иметь дело во время путешествия с молодым графом. Обучил, чтобы в случае нужды он мог защитить хозяина. Совсем безоружными крестьяне не остались. У них в хозяйстве нашлась пара рогатин и топоры, которых хватило на всех. В наличии был даже один охотничий лук. Он был хоть и слабенький, но может и пригодится.

Больше часа дорога оставалась пустынный. А потом появился обоз из полусотни телег. Подобный кусок нам сейчас не по силам, не откусить. Охрана этого сборища телег была хоть и небольшой (всего полсотни солдат), но, если считать ещё и возчиков, для нас неподъемная. Никак не справимся. А пострелять, чтобы убить несколько врагов, я посчитал глупостью. Не надо пока пугать врага, пусть чувствует себя хозяином положения. Нам это выгодно. Придет время, и они ещё своей тени бояться будут.

Шанс добыть что-нибудь полезное представился ещё через пару часов. Небольшая вереница телег передвигалась под охраной десятка всадников. Примечательно то, что за последней телегой (а их всего-то было пять штук) шагали два десятка пленных русских солдат. Предполагаю, что всадники как раз и нужны были для сопровождения пленных, а не для охраны обоза.

Рассмотрев эту колонну в деталях, я решил, что прибрать её к рукам нам будет вполне по силам. Главное — успеть выбить всех всадников, не дав им уйти. Остальное не так уж сложно, думаю, справимся.

Проблема нарисовалась откуда не ждал. Степан, увидев, что я готовлюсь к бою, перебрался поближе и начал убеждать, что этот обоз захватить нам не по силам. На моё замечание-просьбу заткнуться и не мешать, он не отреагировал и продолжил бубнить. Я на секунду отвлёкся от наблюдения, повернулся к нему и произнес:

— Либо вы делаете то, что я скажу, либо пошли отсюда на хрен. Не мешайте, без вас как-нибудь обойдусь. Дальше ни звука. Либо убирайтесь, либо заткнись и замрите, чтобы вас было не видно и не слышно.

Помогло. Народ хоть и нахмурил лица, но не ушёл. Замерли, и казалось, даже дышать перестали.

Я подпустил обоз метров на пятьдесят. Рисковал, конечно. Ведь всадникам преодолеть полсотни метров — это затратить несколько секунд. Но я сознательно пошёл на этот риск. Нельзя допустить бегство кого-нибудь из французов, чревато неприятностями.

Отстрел противников я начал с всадников, передвигающихся по дальней обочине относительно меня. Четырёх человек, находившихся там, я уничтожил буквально за несколько секунд.

Эти вояки, в отличие от поляков, которые среагировали на нападение мгновенно, наоборот замешкались и начали сначала осматриваться, услышав выстрелы, потом потянулись за пистолями, заткнутыми за пояс.

Короче, потеряли время на совсем ненужные в подобной ситуации манипуляции. Это позволило мне в относительно спокойной обстановке вести огонь.

Всадников я уничтожил всех, ни разу не промахнувшись. Да и сложно было это сделать с такого расстояния, стреляя из снайперской винтовки. Спокойно перезарядился и занялся отстрелом возниц, которые в отличие от конников, среагировали с похвальной быстротой и попрятались за телеги. Один из них даже выстрелить успел из своего подобия карабина. По крайней мере, его ружье мне почему-то очень захотелось так назвать.

Пришлось тратить на уничтожение спрятавшихся врагов весь магазин патронов. По два штуки на брата и два промаха. Тактика была простая. Был выстрел в ногу под телегой, а когда человек падал, я вторым выстрелом убивал. Как уже говорил, два раза промазал, но в итоге, уничтожил всех противников.

Удивило поведение пленных. Они, как застыли при первом выстреле, так и простояли все время боя, будто примороженные.

Крестьяне просто охренели от быстроты расправы с бойцами противника и лёгкости, с которой все это было проделано. Застыли не хуже пленных и пришли в себя после моего рыка. Нужно, как можно быстрее убираться отсюда, пока ветер без сучков. Пока крестьяне прибирались на дороге, уводя в лес телеги, ловя верховых лошадей и утаскивая трупы в заросли густого кустарника, попутно затирая следы крови, я занялся пленными. Как занялся? Просто спросил, уходят ли они с нами, поступая в моё подчинение, или остаются сами по себе.

Хмурые вояки все, как один, решили идти со мной. Сразу их предупредил, что при таком раскладе малейшее неповиновение карается только одним способом — смертной казнью. Если вдруг кого-то не устраивает такой подход, сейчас есть время передумать. Потом будет поздно. За всех ответил здоровенный дядька, похоже, пользующийся среди сослуживцев немалым авторитетом.

— Мы понимаем, что такое дисциплина. Здесь остались только опытные солдаты, поэтому не переживайте, мы не подведем.

Хорошо, если так. Я велел строиться в колонну по двое и двигаться за телегами. Доберемся до безопасного места, там и поговорим уже более обстоятельно.

С обозом повезло. Получилось добыть как раз самое необходимое — продукты. По большей части, конечно, разнообразные крупы. Но в одной телеге обнаружили ещё и несколько бочек с солониной. Теперь нам голод точно не грозит. Главное, довезти до места, не нарвавшись по дороге на неприятности. Крестьяне очень радовались наличию тягловых лошадей. Очень мощные коняги нам достались в качестве трофеев. Да и телеги были побольше и покрепче местных. Неплохая добыча.

Десяток верховых лошадей с вооружением кавалеристов и пяток ружей тоже лишними не будут. Вообще сейчас у нас сложилась довольно странная ситуация с вооружением. Хоть бери и создавай конный отряд, все для этого есть.

На место стоянки вернулись только поздно вечером. Во-первых, вошедшие в раж крестьяне, впечатлённые быстрой победой, уговорили после того, как увели в надёжное место добытые трофеи, продолжить охоту. Вдруг ещё попадётся ещё что-нибудь стоящее. Во-вторых, получше познакомились с освобожденными солдатами. Они все оказались из одной воинской части, притом артиллеристы. В плен попали после отступления из Смоленска. Им просто не повезло. Нарвались на один из летучих конных отрядов французов, а отбиваться было нечем. Пушки потеряли ещё раньше, при обороне упомянутого Смоленска. А к ружьям закончились боеприпасы. Вот и не оставалось ничего другого, как сдаться.

Хоть и обращались французы с ними более-менее, а все равно не понравилось парням в плену. Сейчас они готовы были сражаться хоть голыми руками. Очень почему-то были злыми на завоевателей.

Хоть по тракту и прошли в этот день ещё несколько обозов, но взять их без проблем не получилось бы. Либо очень уж многочисленной была охрана в сопровождении, либо небольшой разрыв между колоннами.