Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок Страница 13

— О-о-о… — прищурился баронет, — Неужели дуэль?

И в этот момент до нас дошли те трое охранников в костюмах.

— Господа, — сказал один из них, его голос был глубоким и властным, — Я полагаю, что вы все знаете, что недопустимо устраивать дуэли в публичных местах.

Он явно услышал последнюю фразу Курцевича.

— Ты кто? — с кислой миной на лице посмотрел на него баронет.

— Я Игорь Самсонов, потомственный Слуга великокняжеского рода Потемкиных, владеющих сетью данных торговых центров, — холодно отозвался человек, — Я начальник службы безопасности и отвечаю за то, чтобы на территории торгового центра не происходило никаких эксцессов. Его Светлость, Великий Князь Потемкин, не потерпит в своих владениях безобразия.

Упоминание Великого князя слегка разрядило ситуацию. Баронет скривился, словно проглотил разом лимон. Я внимательно смотрел на начальника службы безопасности, гадая, как в это раз повернется ситуация.

— Могу ли я как-то помочь вам, господа, разрешить ваши противоречия? — любезно произнес безопасник, — Как уполномоченный представитель великокняжеского рода я наделен рядом высоких полномочий. Только прошу, не устраивайте дуэль на территории торгового центра. Великий князь сочтет это личным оскорблением.

— Виконт Булгаков совершил покушение на меня, с намерением причинить вред моей жизни и здоровью, — произнес надменно баронет и указал на своих друзей, — Эти уважаемые господа — тому свидетели.

Остальные аристократы кивнули, их лица были мрачны и серьезны. Они были готовы подтвердить каждое слово, что скажет их лидер.

— Виконт? — повернулся ко мне Самсонов, — Вам есть что сказать?

— Есть, — кивнул я, — Баронет Курцевич неподобающим образом вел себя с этой девушкой, — я указал на горничную, — Он оскорблял её и несколько раз ударил по лицу, что для русского дворянина — недопустимо. Я остановил его и сделал несколько замечаний.

— Вы покушались на его здоровье и жизнь? — уточнил Слуга.

— Я удержал его руку от удара, который он собирался нанести девушке, — сказал я, — Она может подтвердить мои слова.

Я бросил взгляд на горничную. Она, конечно, может и смолчать, опасаясь вызвать гнев своего хозяина. Однако здесь, в торговом центре, было полно видеокамер. Мои слова было легко подтвердить.

А ещё я, благодаря информации, добытой ночью Отражением, знал очень многое о кодексе чести аристократов в Российской Империи. В том числе и о дуэлях.

— Всё так, как говорит виконт Булгаков, — произнесла горничная. Её равнодушные глаза неотрывно смотрели на меня, — Я подтверждаю каждое его слово.

Баронет одарил горничную злобным взглядом.

— Она не может свидетельствовать, — быстро произнес он.

— Почему? — Самсонов перевел на него взгляд.

— Потому что она…

Один из дружков баронета быстро толкнул его локтем под бок и что-то быстро зашептал на ухо. Курцевич дернулся, как от удара, но потом его лицо стало задумчивым. А потом и вовсе расплылось в довольной улыбке.

— Забудьте, что я сказал, — он махнул рукой, — В любом случае я готов отстоять свою правоту на благородной дуэли. В таком месте, где это не нанесет урона имуществу и чести Великого князя Потемкина. Если виконт Булгаков, конечно, не струсит…

— Виконт? — посмотрел на меня Самсонов.

Я молча кивнул.

— Чтобы всё было по закону, я от имени рода Потемкиных выступлю свидетелем и распорядителем благородной дуэли, — сказал Слуга, — А теперь, господа, прошу следовать за мной.

Как мне показалось, на меня Самсонов взглянул с сочувствием.

Площадка, подходящая для проведения дуэли, располагалась на крыше торгового центра. Выйдя на свежий воздух, я в очередной раз оценил исключительный вид футуристической Москвы — невероятный город, лабиринт возвышающихся небоскребов и светящихся неоновых вывесок. Многие здания были соединение сверкающими полупрозрачными трубками, по которым неслись поезда. Высоко над зданиями виднелось несколько летучих платформ. Казалось, что город пульсирует энергией, как живой организм, являясь центром активности и жизни Российской Империи.

Но у меня не было времени любоваться видами. Дуэль сама себя не выиграет. Площадка, где мы все находились, была зарезервирована как раз для таких случаев. Это было место чести и традиций, место, где аристократы могли уладить свои разногласия. С помощью холодного оружия, огнестрела, либо же духовной силы и Дара.

Я подошел к центру площадки, мои ботинки гулко отбивали по твердому бетону. Воздух был прохладным и насыщенный запахом бензина, что резко контрастировало с душной карамельной атмосферой внутри торгового центра. Я сделал глубокий вдох и постарался сосредоточиться. Мои чувство обострились, а мышцы наполнились вибрирующей силой. Кончики пальцев едва заметно подрагивали.

Отражение уже вернулось с задания, снабдив меня новой информацией. Я равномерно распределил его по всему телу, ощутив легкое покалывание во всех мышцах.

Курцевич выглядит более серьезным противником, нежели Хилков. Пижонистому скандалисту, кажется, не привыкать участвовать в дуэлях. Думаю, для этой схватки мне придется использовать и Отражение, и духовную силу.

Курцевич снял свой пиджак, оставшись в белоснежной рубашке с накрахмаленным воротником. На его лице играла усмешка. Он жаждал поединка не меньше чем я. Мы сцепились взглядами, как будто уже вели незримую дуэль.

— Итак, давайте начнем, — произнес Самсонов, стоявший на краю площадке вместе с другими сотрудниками службы безопасности. Рядом с ним находились дружки Курцевича и молчаливая горничная, — Дуэль будет проходить по стандартному протоколу. Всё происходящее будет записано на видеоносители. Повод для дуэли — защита чести и достоинства баронета Курцевича и виконта Булгакова.

Про девушку он ничего не сказал. Служанка ведь, да, у них ведь чести и достоинства не бывает.

— Какое выберете оружие, господа? — спросил Самсонов.

— Духовную силу, — сразу сказал Курцевич. Он бросил на меня насмешливый взгляд, — Впрочем, Булгаков, возможно, предпочтет что-то альтернативное…

У меня в руке находился до сих пор пакет с продуктами. Я особо не знал, куда его деть, поэтому таскал с собой. Серьезно, ну кому из этих людей я мог доверить такую ценность как продукты? Вдруг в этой версии Российской Империи у аристократов тырить продукты в рамках нормы…

— Согласен, — кивнул я.

— Что получают стороны в случае победы? — продолжал распорядитель дуэли.

— Её, — я указал на служанку, — Она переходит ко мне и становится Слугой моего рода. Также баронет Курцевич приносит ей публичные извинения.

Саму служанку никто не спрашивал. Ну а что, в просвещенном же мире живем, кто у нас здесь мнение женщин спрашивает. Мы же не дикари-с какие. Сейчас два господина куртуазно набьют друг другу рож… простите, припудрят друг другу ланиты. Победитель получит даму.

— Принимается. А в случае моей победы, — неторопливо произнес Курцевич, — Виконт Булгаков приносит уже мне публичные извинения. Он также выплачивает мне компенсацию в размере десяти тысяч рублей и признает себя моим личным вассалом.

— Согласен, — кивнул я.

— Условие