Бесконечное пламя - Ребекка Росс Страница 119

Она съежилась, не осмеливаясь открыть. Но потом подумала: «Вдруг это Джек или Сидра? Что, если кто-то пришел к нам на помощь?»

Фрей бросилась к двери, ледяными пальцами отодвигая щеколду.

К ее удивлению, на крыльце оказался рыжеволосый человек в перекинутой через плечо синей тартановой накидке. Рядом с ним, щурясь от ветра, стояла старушка. Фрей заморгала и в испуге попятилась, но потом поняла, что уже видела этого человека. Однажды он стоял на их заднем дворе, защищая их от налета. Его, пленного, втащили к ним в дом, и он со слезами произнес мамино имя.

– Можно укрыться у тебя, Фрей? – спросил незнакомец.

Девочка кивнула, гадая, откуда он ее знает. А когда чужак со старушкой вошли, Фрей, как ни странно, испытала облегчение. Наконец она не одна, и хоть на этих двоих и были синие накидки, она им доверяла.

Чужаку пришлось помочь Фрей запереть дверь, таким сильным был ветер. А потом она не знала, что сказать. Не было ни огня, ни чая, и девочка взглянула на чужака, смутно различая его лицо в сумраке.

– Твоя мама дома, Фрей? – спросил он, и девочка поняла, что ее-то гость и ищет.

– Она больна, – прошептала девочка.

Фрей услышала, как у мужчины перехватило дыхание, будто ее слова пронзили его, как ножом.

– Можешь проводить меня к ней?

Фрей отвела его в спальню. Все еще было очень темно, но она слышала тяжелое дыхание Мирин и подвела к ней чужака. Он сел на край кровати.

– Мирин, – ласково и проникновенно проговорил он. Ответа не было. И он снова настойчиво позвал ее: – Мирин, открой глаза. Вернись к нам.

Фрей надеялась, что услышав его голос, мама проснется, но она продолжала спать.

– Мне кажется, ей нужно укрепляющее снадобье, – прошептала Фрей, совсем упав духом. – Она болеет от колдовства.

Чужак перевел взгляд на девочку.

– Сможем мы его приготовить без огня?

– Нет.

Наступило долгое и страшное молчание. Но потом он снова повернулся к ее маме, и в сумерках Фрей были видны лишь его яркие волосы.

– Пойдем, дитя, – сказала старушка, взяв Фрей за руку. – У меня есть имбирный пирог и книжка, которая так и просится, чтобы ее прочитали.

Фрей подсела к старушке на диван. Они прижались друг к другу, чтобы согреться, и когда старушка предложила девочке кусок пышного ароматного пирога, та не отказалась. Мирин наверняка отругала бы ее за то, что она взяла угощение от посторонней женщины клана Бреккан, но Фрей съела пирог за один присест, найдя утешение в сладком вкусе.

Она увидела перед собой раскрытую книгу, какой еще не видала, и решила, что книга, наверное, принадлежит старушке.

– Как тебя зовут? – спросила Фрей.

– Элспет, – ответила та. – Я живу неподалеку от тебя.

– Ты живешь вверх по течению?

– Да.

Фрей представила себе: река соединяет ее и Мирин с Элспет. Девочка взглянула на книжку.

– Можно почитать?

– На это я и надеялась, хотя тут темновато, – ответила Элспет. – Не хочу, чтобы ты напрягала глаза.

– Ничего страшного. Мама говорит, у меня очень хорошее зрение.

Фрей положила книжку на коленки и стала читать вслух, разгоняя мрак. Вскоре история ее увлекла, и страхи отступили: страх за Мирин, страх из-за того, кем им приходится рыжеволосый чужак, страх из-за грозы. Страх, вернется ли к ним когда-нибудь Джек.

Позже Фрей будет гадать, что случилось раньше: закончилась гроза или снова загорелся огонь. Она не могла вспомнить – наверное, одновременно. Но в очаге вдруг с громким хлопком вспыхнуло пламя, и лучины вновь обрели свои огоньки, ярко осветив стол. Ветер стих, а сквозь щели ставней заструились лучи солнца.

Девочка ахнула. Она в изумлении глядела на огонь, когда услышала за спиной шаги.

– Фрей, поможешь мне заварить укрепляющее снадобье для твоей мамы?

– Конечно! – воскликнула она, осторожно отложив книгу. – Пойдем, я покажу, как его готовить.

Чужак внимательно следил, как Фрей ставит вскипятить чайник и собрает целебные травы в сито. Огонь горел так ярко, что вода, к огромному облегчению Фрей, вскипела в считаные мгновения, и девочка немедленно погрузила в нее листья.

– Не знаю, как ее напоить, – сказала Фрей, налив пахучий отвар в любимую чашку Мирин.

Рыжеволосый взял у девочки из рук чашку и понес в спальню.

Мирин по-прежнему спала, темные волосы разметались вокруг головы, поблескивая серебристыми нитями на висках. Под глазами у нее залегли фиолетовые тени, а лицо стало мертвенно-бледным. Фрей показалось, что у мамы совсем больной вид, как будто она не доживет до вечера. Малышка заломила руки от отчаяния, а потом забралась к ней на постель.

Девочка села с одной стороны от матери, а чужак – с другой, и она смотрела, как мужчина обмакнул пальцы в отвар и поднес их к губам Мирин. Сначала Фрей это показалось странным, но она видела, как чужак был настойчив и заботлив. Вскоре Мирин проглотила бессчетное число капель с его пальцев, на ее лицо вернулся румянец, и дыхание изменилось.

Фрей не забыть тот миг, когда мама открыла глаза и увидела рядом с собой этого чужака. Ей не забыть, как Мирин улыбнулась – сначала ему, а потом Фрей.

Девочке всегда хотелось знать, какое оно, колдовство. Иногда ей чудилось, что она его поймала, когда собирала луговые цветы в долинах или пила воду из проточных заводей. Когда смотрела на звезды безлунной ночью. Но теперь она точно знала.

Фрей почувствовала колдовство, ласковое и нежное, когда Мирин взяла ее за руку и улыбнулась.

* * *

– Как ты узнал? – спросила Сидра, гладя Торина по волосам. – Как узнал, что я больна?

В уединении ее спальни, в глубине брекканского замка, они лежали в постели в объятиях друг друга. Прошло много часов с тех пор, как закончилась гроза и появилось солнце, осветив западные земли. Все это время Торин с Сидрой без устали трудились бок о бок с Дэвидом и Иннес, исцеляя тех, кто был ранен или страдал от хвори, разбирая завалы, исправляя поломки. Они трудились плечом к плечу с Брекканами, и никто не возражал, не находил это странным. Нет, казалось, будто так было всегда – что один клан помогал другому.

Стыдно подумать, что такое сотрудничество стало возможным из-за порчи и бури.

Когда вечерний воздух согрелся от солнца, Иннес отправила Сидру с Торином отдохнуть перед ужином. Вечером им предстояла трапеза с лэрдом и ее супругом, а также Адайрой и