Чёрный сектор 2 - Кристиан Бэд

Кристиан Бэд

Чёрный сектор 2

1. Нулевая развязка (Дерен)

Дерен знал, что стрелять по катеру «пиратов» таможенники не решатся — видели, откуда он стартовал. Но их суда не уступали в скорости…

— Не оторвёмся! — Денис разорвал упаковку батончика и откусил сразу половину.

Страха в его глазах не было ни капли — только азарт.

— Ну, это ты не оторвёшься. А я — оторвусь, — улыбнулся Дерен.

Связь с крейсером ещё была, и Рос сбросил ему историю побега Дениса из медотсека.

Парню «повезло» попасть в бокс к самому занудному «раку» «Персефоны».

«Раками» называли медиков за красную униформу. У них был свой устав и своё начальство. А этот медик ещё и вёл себя так, словно правила в медотсеке придумывал сам.

Он не внял рекомендациям замполича «Персефоны» лейтенанта Гармана и не зафиксировал Дениса в медкапсуле так, как было положено поступать с пленными. За что и поплатился.

Чип Дениса не имел полноценного медицинского слота, но был способен в критической ситуации вколоть своему хозяину противошоковое или транквилизатор. А потому Денис очнулся раньше положенного, вылез из капсулы и огрел самонадеянного «рака» по башке.

Медик временно стал пациентом. Рос надеялся, что это хоть чему-то его научит, ну или хотя бы временно собьёт спесь. Пустые мечты…

Однако, при всём своём высокомерии и склочности, медицинское дело «рак» знал на «отлично». И с Денисом он отработал чисто. Не только башку зашил, но и провёл коррекцию посттравматического расстройства, поработал с серотонином и другими гормонами.

Результат был, что называется, налицо. Несмотря на пережитое, ватажник чувствовал себя рядом с Дереном, который, вообще-то, его поймал и допрашивал, как рыба в воде. Он улыбался и азартно жевал батончик, наблюдая за погоней.

Наверное, по жизни Денис таким и был: рисковым, но контактным и по-своему добрым парнем. Если бы он не связал свою судьбу с бандой — стал бы гонщиком или ещё каким-нибудь экстремалом.

Природа рожает иногда таких вот адреналинщиков «без страха и упрёка». И тут уж как повезёт: кто-то будет ставить спортивные рекорды, а кто-то станет «благородным» пиратом. И Дерен поспорил бы: судьба это или грата.

Впрочем, ему было грех жаловаться. Не всякий бандит переварил бы такого напарника, как пилот спецона. А вот Денис уже притерпелся, свыкся и вроде бы даже поверил чужаку-имперцу.

Видно, в банде ватажников парню много с чем приходилось свыкаться, подстраиваться, принимать «как есть». И больно падать — тоже приходилось. Но Денис поднимался, отряхивался и шёл себе дальше.

Через пару дней рассосётся гидроксиапатитовый «пластырь», наложенный на кость, и будет он в полном порядке, хоть бей ещё раз.

— Немедленно остановитесь! — приглушённо орали динамики голосами таможенников. — Вы нарушаете закон! Вы будете задержаны!

— Третью минуту орут, — прокомментировал Дерен. — И не надоест им.

— «А тот, кто раньше с нею был — он мне грозил, он мне грубил», — напел Денис, допив воду и дожевав последний батончик.

Он смял бутылку, сунул в карман для мусора и принялся изучать показания приборов катера.

— Так ты предохранители напрочь снёс, что ли, Макаров? — удивился он. — А двигатель — не рванёт?

— Не успеет, — мотнул головой Дерен.

Кривую разгона Левый просчитал до двенадцати знаков после запятой. И Дерен точно знал, на какой секунде и с какой скоростью он должен достичь условного «центра масс», чтобы катер затянуло в зону Метью.

Другое дело, что после прыжка придётся тормозить и охлаждать перегретый двигатель, иначе бедняге конец. Но это ничего. Время будет. Таможня за ними не прыгнет — её обязанности заканчиваются на орбите Асконы.

Денис перестал напевать и, хмурясь, уставился на расчётную кривую разгона. Потом промычал что-то нечленораздельное, коснулся пульта и вывел на боковой экран комментарии навигационной машины катера.

Знал он эту машинку не хуже Дерена, а может, и лучше. Кто знает, на чём летают в Чёрном секторе ватажники? Может, на ворованных у Содружества катерах?

— Так ты на «Перекрёст», что ли, идёшь? — спросил Денис, быстро пробегая глазами вычисления.

— У нас это называется «Нулевой вектор», — кивнул Дерен.

— Ну да, — согласился ватажник. — Там мы выскочим в кольце точек Лагранжа. Интересная конфигурация, можно сказать, что действительно нулевая. Но на Карусель-то потом придётся прыгать от звезды Мэн. Или даже… от Йоко! Ты не больной, не?

— А что тебе не нравится? — удивился Дерен.

— Там перехватчики вьются с Архата, — пояснил Денис. — Они таких, как я — сильно не любят. Выпотрошат и высушат, как бобку. Да и тебя не пощадят, даром что тоже имперцы.

— А мы там и не планируем тормозить, — пожал плечами Дерен. — В «Ноль» войдём жёстко и от него прыгнем «двойной»: через Архат к Карусели.

— Вот на этом корыте? — поразился Денис. — Ну жги, я бы не рискнул.

Он поёжился и поглубже втиснулся в ложемент, пытаясь по полной задействовать его противоперегрузочные подушки с гелем.

Только тут Дерен и спохватился, что на ватажнике — всё ещё тонкий больничный комбинезон. Даже не форменный, пилотский — а просто серая тяпка.

Вот же незадача. Ему ж с минуту надо дать на переодевание в непривычный девайс, если не две. Выдержит ли эту незапланированную нагрузку разгонный двигатель?

Дерен чуть сбросил скорость, щадя разгонник.

Голоса таможенников наполнились ликованием, хотя звучать стали гораздо тише. Не то чтобы служивые отставали сейчас от «пиратов», скорее даже наоборот, но пылевое облако забило эфир помехами. И двигателю это тоже шло не на пользу.

— Звёзды трутся о катер, — улыбнулся Денис, слушая помехи. — Так у нас говорят.

— Компрессионку надень! — велел ему Дерен и вывел на экран схему облачения в компрессионный костюм. — Пакет под сиденьем!

— Компрессионка — это то, что сейчас на тебе? — уточнил Денис. — У нас другие совсем лётные компенсаторы.

— Да в темпе ты! Двигатель к Хэду сожжём!

Ватажник полез под ложемент. Пакет он нашёл сразу, а вот что делать с кусками неправильной формы сообразил, только когда увидел, как они срастаются при касании «замками».

— Прикольно! — фыркнул он. — Её прямо на себе собирать надо?

— На экран гляди и собирай! — поторопил Дерен.

— А может, ну её? Не сдохну я от одного прыжка. И так жарко!

— Не будет в ней жарко. Да шевели ты уже руками!

Денис заткнулся и стал возиться с кусками компрессионки. Для первого раза у него выходило не так уж плохо, вот только двигатель уже шипел и подвывал от незапланированной