Неприкаянный 5 - Константин Георгиевич Калбанов Страница 55

— Что-то случилось? — поинтересовался я.

— Не с нами.

— Хорошо. Сейчас буду, — не стал я наседать на старпома.

Командир есть, нехрен лезть. Тем более, что если бы что-то серьёзное, то старпом не стал бы наводить тень на плетень. Надевать рубашку не стал, вместо этого сунул руки в рукава халата и запахнувшись подвязался поясом. Это ведь моя яхта, а потому и полный гардероб в наличии.

— Что тут у вас, Фёдор Павлович? — войдя на ходовой мостик, спросил я.

— Наш Ц-2 нагнал германца за линией фронта и сбил. А потом с земли подбили уже его. Пилот выбросился с парашютом, и ветром его сносит вглубь вражеской территории, — кратко и по делу сообщил он, указывая в боковое окно.

Я посмотрел в ту сторону, наблюдая купол парашюта, и вертикальную чёрточку пилота. Насчёт направления и силы ветра на вскидку сказать ничего не могу, это к штурману. Но то, что мы находимся над порядками германских войск, факт.

— И как результат он окажется в зоне германских войск второго эшелона, — сделал вывод я.

— Именно так.

— Разворачивайтесь. Будем его выдёргивать.

— Я не мог вам об этом не доложить, как не могу не предупредить и о том, что это крайне опасно, — заметил командир судна.

— И рискуем мы как дирижаблем, так и жизнями находящихся на борту «Ласточки» трёх десятков человек. Я знаю, Фёдор Павлович. Как и то, что каждый из вас в курсе, на что именно вы подписывались. И такой момент, что мы своих не бросаем. Разворачивайтесь, идём на выручку.

— Есть.

— Ерофей! — выйдя на обзорную палубу позвал я.

— Здесь, Олег Николаевич, — старший телохранитель появился передо мной в одном исподнем.

Им с душем не повезло, но горячая вода в туалетной комнате уже немало. Поэтому они себе так же устроили помывку, как могли и в тесноте. Жаль обламывать парней, но ничего не поделать, своих бросать из опасений риска, последнее дело.

— Сбор по боевой через пять минут. Только на этот раз не в немецком. Радиостанцию не берём. Нашего пилота сбили, будем выдёргивать его задницу из дерьма.

— Принял, — коротко кивнул он, и тут же начал раздавать команды, бойцам ДРГ.

Команда дирижабля так же засуетилась облачаясь в бронежилеты и каски. У нас такой роскоши нет, ибо не на штурм отправлялись, а бродить по вражеским тылам. А там, каждый лишний килограмм, лишний от слова совсем.

Вернувшись в каюту потянул из платяного шкафа свою форму, а ля, афганка. Удобно и практично, а если ещё и тёплое нательное бельё, так и вовсе красота. На ноги вместо опостылевших за последние дни сапог берцы, плотно облегающие ноги. Куртка подбитая мехом, и, увы, изрядно изгвазданная, второй с собой нет. На голову каракулевую кубанку с ополченческим крестом вместо кокарды. Не то, перепутает пилот нас с гансами и иди доказывай, что не верблюд.

Глянул на висящий в сторонке броник, но даже тянуться к нему не стал. Как-то перед парнями стало неуютно. Одно дело воспользоваться отдельной каютой и душем, когда им такая роскошь недоступна. И совсем другое печься о сохранности своей тушки, когда у них такой возможности нет.

Ремённая система со всей снарягой. Единственно взял с собой только «Горку», на которую переставил оптику с «Винтореза». Тут же провёл сухую пристрелку, внеся поправки. С моими глазомером и памятью для этого не нужны дополнительные приспособления. Подсумки с магазинами к бесшумному карабину долой. Вместо них подвесил с осколочными гранатами, и дымовую.

К тому моменту когда вышел на смотровую палубу, парни уже были готовы к выходу. Команда замерла на боевых постах, в готовности открыть огонь. Разве только не спешат открывать окна, чтобы не впускать стужу. Дирижабль завершив разворот шёл по прямой со снижением к месту приземления пилота.

Судя по тому, что я рассмотрел в бинокль, тому не повезло и он не справившись с управлением налетел на небольшую группу деревьев. В настоящий момент пытается как-то спуститься, при этом не переломав себе кости. А в это время к нему уже спешит группа из четырёх солдат противника.

— А ведь он не промах, господа, — произнёс командир расчёта орудия.

Он, как и я наблюдал за происходящим в морской бинокль. А потому сумел рассмотреть как висевший на дереве пилот открыл по приближающимся автоматический огонь из СКГ. И стрелком, должен заметить, он оказался хорошим, так как троих снял первой же очередью. Последний бросился бежать и попытался скрыться за деревьями, но был сражён буквально в нескольких шагах от спасительного укрытия. Ну что сказать, аплодирую стоя.

Я повёл биноклем стараясь рассмотреть других охотников. Бедолаге не повезло быть сбитым в районе кишащем германскими войсками. Впрочем, скорее всего не повезло не только ему, но и нам. Самих преследователей я не увидел, зато обратил внимание как в нашу сторону потянулись трассеры зенитного орудия.

Били по нам, из такого же типа малокалиберных револьверных пушек, что установлены на «Ласточке». Дирижабль конечно мишень крупная, но с другой стороны и дистанция приличная. Будь мы повыше, и до нас не дотянулись бы, но после того как снизились, это стало возможным. Зенитчики забрасывали нас снарядами по навесной траектории на пределе дальности. При этом попасть не так чтобы и просто. Помимо рассеивания мы ещё и на месте не стоим, пусть и неповоротливо, но всё же маневрируем, сбивая прицел. А снарядам лететь до цели порядка десяти-одиннадцати секунд. Вагон времени, если что.

Наши артиллеристы так же решили не отмалчиваться. А то ведь, если долго мучиться, то что-нибудь и получится. Поэтому окно открылось и в него выглянул блок из пяти стволов. В отличии от гансов наши пушки имеют электрический привод и максимальную скорострельность в двести выстрелов в минуту. Ну и выучка у комендоров что надо. Я на этом ни разу не экономил. Ещё чего не хватало.

Пушка часто и гулко захлопала отправляя на землю очередь на десяток снарядов. Я проследил за результатами, а пока суд да дело, заряжающий быстро накладывал в бункер новые снаряды. Мы не стали изобретать велосипед и использовали схему опробованную на «Скате». В конце концов, в мои планы не входило развивать эти пушки, только как временная мера модернизировать для более эффективного использования.

Пока снаряды летели к цели глянул в сторону пилота. Тот начал действовать более решительно, и рубанул по стропам ножом. Раз, другой, третий… В какой-то момент наконец освободился и полетел вниз. Высота сажени