Охотники за тенями - Валерий Александрович Гуров Страница 5

— Через деревню у нас проходят все, — капитан наливает мне чаю. — В зависимости от того, сколько человек там смог продержаться до подрыва или попадания в ловушку — и определяется степень его готовности к работе. Учатся у нас все — и постоянно, исключений нет ни для кого.

— Сурово…

— Так ведь война! Не в бирюльки играем!

— Оно и верно…

Кстати, как выяснилось, я оказался единственным человеком, который ухитрился не подорваться и не попасть ни в одну ловушку… бывает же!

Глава 3

Посыльный провожает меня по лабиринту траншей и ходов сообщения. Обращаю внимание на то, что часть из них построена отнюдь не по тому образцу, что принят в РККА (нас учили и этому), скорее уж — по немецким наставлениям. Ну, в принципе, понятно — надо учиться работать и в окопах противника.

— Ваш блиндаж, — указывает посыльный. — Вперед тридцать метров и налево — блиндажи второго отряда.

Отпускаю его и толкаю дверь блиндажа.

Именно, что блиндажа — не землянки! Он построен куда как основательнее и прочнее, станы укреплены бревнами.

Здесь относительно тепло, в углу потрескивает дровами печка-буржуйка. Светло — на потолке висит керосиновая лампа.

Вообще, надо сказать, что тут все как-то даже уютно организованно. Посередине помещения — стол и лавки по бокам, за занавеской — настоящая кровать! Даже и с матрасом! Вешалка — торчат крючки для одежды, сделанные из каких-то металлических штырей, ящики, остроумно собранные в своеобразную пирамиду. Чувствуется рука мастера!

Вешаю свой рюкзак на крюк и опускаюсь на лавку.

Теперь это мой дом… Надолго ли?

Да, кто ж его знает? Как кривая вывезет…

Стук в дверь.

— Разрешите?

— Да! Входите!

Лемон! И уже старшина! А позади там кто? Ну… представить себе отряд без Охримчука… по-моему, это вообще нереально! Петлин — старший сержант!

— Командир! Ох… извините, товарищ лейтенант…

— Садитесь! — указываю ребятам на лавку. — Ну! Рассказывайте! Что тут у вас? Как?

А Охримчук с собою и чайник горячий притащил, ставит его на печку. На столе появляется банка тушенки, хлеб — и даже печенье? Ну и ну…

Пока старшина обустраивает стол, ребята наперебой рассказывают новости. Они тут уже давно, Лемон и Петлин — командиры отделений. Здесь сейчас все те, с кем я разговаривал и кого включал в списки. Первое время работали в составе других отрядов — как приданные силы. В основном — минирование и огневое прикрытие групп.

Четыре боевых выхода и обеспечение прохода других отрядов.

И — постоянная учёба…

Копать траншеи и строить блиндажи — их тут по лесу уже столько нагородили, что можно целый батальон упрятать под землю — и ещё место останется.

Минировать дома, траншеи и вообще всё подряд — и искать и снимать то, что понатыкали другие. Вообще каждый день.

Стрелять — в двух километрах отсюда в овраге оборудовано стрельбище.

Всевозможный мордобой и драки на ножах, умение тихо снимать часовых — впрочем, об этом можно и не упоминать — это везде так обстоит.

Кстати, централизованной кухни тут нет — каждый отряд обеспечивает себя самостоятельно. Плюс — не надо топать неведомо куда с термосом. Они тут есть — и даже какие-то заграничные!

— Кормят вас тут как?

Парни ухмыляются и косятся на старшину.

Как быстро выяснилось, Охримчук тут уже стал своеобразной легендой. Мало того, что он как-то ухитрился притащить сюда прилично всякого добра ещё из старых запасов, так он себе ещё и отдельный блиндаж под каптерку захапал! И соседний тихой сапой прибрал…

Вроде бы все и все получают с одного и того же склада, так?

Так, да не совсем!

У него откуда-то стали появляться вещи и вовсе даже интересные! На складе вроде бы таких и не было…

Жаров, узнав об этом, только головою покачал и поставил его в пример старшинам других отрядов! Мол, учитесь как своих бойцов обеспечивать надо!

— Как он вам, кстати, показался? Как командир?

Строгий. Но не самодур — старается во все вникнуть досконально.

Опытный — три ордена! Правда, он их обычно не носит почему-то…

Дважды выходил с первым отрядом на задачи — точно не штабной сиделец. Хотя и огребал за это от командования.

А вчера, вызвав к себе Лемона и Петлина предупредил –завтра прибудет ваш командир. Тот, что был у вас раньше. Встречайте.

Надо сказать, что всё это время отрядом временно командовал Марк — для того и старшину ему присвоили. И никого со стороны назначать не стали.

Тут уже вовсю развернулся Охримчук — велел протопить этот блиндаж, подмести и вообще приготовить его к прибытию нового жильца. Раньше-то здесь только изредка народ появлялся…

Ну — вот теперь я точно дома! Среди своих…

Кручу в руках старую портянку.

— Кто мне подскажет — каким образом можно использовать её для нанесения вреда противнику?

— Дать понюхать… — произносит кто-то из бойцов и в строю раздаются смешки.

— Это уж, скорее, при допросе… Но, боюсь, командование не одобрит излишней жестокости, — качаю я головой. — И всё же?

Не дождавшись ответа, вытаскиваю из подсумка учебную гранату, оборачиваю ее портянкой и перекидываю края портянки через верх двери таким образом, чтобы спусковая скоба гранаты была бы прижата портянкой. Осторожно вытаскиваю чеку…

— Вот так… И когда кто-нибудь откроет дверь…

Бойцы кивают — никому и ничего не нужно объяснять.

— Так ставят гранату быстро — когда времени нет. Есть и другие способы — но это, когда есть запас по времени. Можно сделать так, что она в воздухе рванёт, не падая на пол. Тогда и осколки дальше полетят, и прихватят с собою уже не одного человека.

В моих руках появляется… обычная мышеловка.

— А с ней что сделать можно?

Вот тут народ реально озадачился!

И так и сяк вертели нехитрое устройство, пытаясь найти способ его использования в военных целях. Но все идеи были… как бы это потактичнее сказать…нежизнеспособные.

— Подсказываю! Два! Разных! Способа! Думайте…

Жаров сидит неподалёку и ухмыляется.

— Ну и озадачил ты их!

— Пусть думают! Для чего-то же им головы дадены? А голова — есть наиглавнейшая