"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин Страница 45

— Ничего себе обыденность! Убийцу надеюсь поймали?

— Нет. Хотя ни для кого не составляло большого секрета имя заказчика этого убийства.

— Как же это так? Что у вас там будет твориться в будущем?

— Я же говорю, что скоро все очень быстро и радикально изменится. А заказчиком убийства Гвоздева и Тарханова был некто Нечаев. Человек, который сумел к концу девяностых подмять под себя и город, да и почти всю область, сожрав при этом всех своих конкурентов. А особенно неуступчивые были практически демонстративно убиты. Гвоздев был из таких, неуступчивых.

— И вот так все знали, что этот Нечаев организует убийства конкурентов и это ему сходило с рук?

— Да так. Это был страшный человек. У него было много денег и много связей в том числе и в Москве. Ходили слухи, что ему вообще отдали всю Величанскую область на кормление. При условии, если он сумеет установить контроль над ней и не будет забывать своих покровителей в столице отстегивая им регулярно солидный процент со своих прибылей. При этом ему выдали чуть ли не полный карт бланш на все действия, которые он сочтет нужными. Нечаев был весь в крови по самую макушку. Начальник его службы безопасности был под стать ему садист и убийца в подчинении которого находился большой отряд готовых на все боевиков головорезов. Страшно вспоминать, что творили эти люди вернее не люди. Но самому Нечаеву было это мало. Он лично любил пытать и убивать людей. Это был законченный садист и кровавый маньяк. В своем загородном доме он оборудовал настоящую пыточную тюрьму. Он особенно он обожал мучить проституток. Его боевики похищали их, да и не только их, жертвой могла стать любая женщина или девушка привозили в этот загородный дом, и Нечаев и лично мучил их до смерти. На его счету, наверное, десятки таких жертв. Но все попытки разоблачить его заканчивались плохо не для него, а для тех кто хотел этого. Моя подруга Наташа так же была журналисткой причем достаточно известной и за пределами области и даже в Москве. Она сумела раздобыть где-то совершенно убойный компромат на Нечаева, опубликование которого грозило ему серьезными неприятностями. Ее взорвали в автомобиле вместе с мужем и трехлетней дочерью. Они сгорели заживо. Компромат исчез. Мой первый муж Олег сумел почти доказать причастность Нечаева к одному из убийств. Замять дело в том числе и за хорошие деньги он отказался. Его застрелили практически на пороге квартиры, где мы жили с ним. Убийцу, естественно, не нашли.

Я выслушал все это и понял, что совершенно ошарашен. Представить что-то подобное наяву было выше моих сил. Все то, что звучало сейчас из уст Юли воспринималось мною как что-то совершенно не правдоподобное, как плод извращенной, больной фантазии. Даже в самом кошмарном сне мне не могли привидеться подобные вещи происходящими в нашем тихом, спокойном и быть может даже немного сонном Величанске.

— Нечаев был не коронованным повелителем Величанска долго примерно до середины 2000-х годов. И мэр города, и губернатор были у него в кармане он вертел ими как хотел. Все изменилось, когда Москва прислала нового губернатора. Тот не пожелал плясать под дудку Нечаева и начал потихоньку убирать его людей. К тому времени видимо и ослабела его поддержка в Москве. Одни из покровителей Нечаева сели, другие оказались не удел. Он почувствовал нависшую над ним угрозу и решил покинуть Величанск и перебраться в Москву. Ему удалось избраться депутатом Государственной Думы, в которой он просидел целых два срока вроде бы тихо и не заметно. Но в конце концов он попался на одной криминальной истории. Не скрою, что определенную роль в раздувании скандала, который поставил крест на его парламентской карьере, сыграла я. Все это время я следила за ним, собирала на него компромат, не могла и не собиралась прощать ему ни гибель мужа, ни гибель подруги.

— И чем все это завершилось? Его посадили? — спросил я.

— Нет. Этот мерзавец обладал совершенно уникальным инстинктом самосохранения и чувством опасности. А скорее всего его предупредили заранее. Нечаев сбежал за границу успев вывести туда большую часть своих активов. Правда за границей он наслаждался жизнью недолго. Он опять влип в криминал на этот раз европейский и в конце концов оказался в испанской тюрьме. Причем надолго.

Юля замолчала. Молчал и я. Так не разговаривая мы дошли наконец до дома, в котором жил дядя Герман.

Глава 17

Нам открыла дверь и встретила на пороге Анна Петровна жена дяди Германа.

— Здравствуйте Юленька, здравствуй Саша! — радостно приветствовала она нас. — вовремя вы пришли. Я как раз ужин готовить закончила. Так что раздевайтесь мойте руки и за стол!

— Мы пришли по делам к Герману Валентиновичу и нам право не удобно, — пробовала возразить Заварзина.

— Дела обождут, — решительно возразила ей Анна Петровна, — все вам дела, да дела. Вот поужинаете сначала, а потом делами своими и займетесь. Так что и не спорьте со мной!

После ужина мы вновь уединились в комнате с дядей Германом.

— Ну что молодежь хмурая такая, — сказал он, посмотрев на нас, — опять что-то стряслось?

Я вкратце рассказал ему о состоявшейся только что беседе с Тархановым.

— Да-а прямо клещ этот Тарханов, прилип к вам как банный лист, — протянул дядя Герман, — и что же он на сотрудничество значит склоняет? Похоже не отстанет пока не добьется того, что хочет.

— Герман Валентинович, — откликнулась Заварзина, — нам Тарханов сказал, что вы ходили к начальству с предложением начать поиски серийного убийцы в городе. Это правда?

— Правда. Убийства происходят почерк один и тот же, судя по всему, нападение на Елизарову тоже дело рук одного и того человека, что женщин убивал, а розыск, и прокуратура не чешутся. Ну я и рискнул свою не зависимую точку зрения высказать. Да только не вышло у меня ничего. Отчитал меня полковник Артеменко мол не в свои дела нос сую и вообще не может у нас быть никаких серийных убийц и маньяков. Мы мол не на загнивающем Западе. А женщины эти убиты разными людьми, и никакого сходства обстоятельств и деталей убийств нет. Все совпадения это мол случайности. Так что ушел я не солоно хлебавши. Да еще пригрозили мне, что если