Ревизор: возвращение в СССР 62 - Серж Винтеркей Страница 36

Ну нет, моя нынешняя жизнь в Советском Союзе мне намного больше по душе. Все же от родной культуры и от земли отрываться не на пользу. Вот провел я неделю в Японии и полторы недели в Италии. И даже если бы со мной была семья, то вряд ли мне захотелось бы в одной из двух этих стран еще три месяца прожить по собственной воле, к кому бы я там не был вхож.

Так что все к лучшему.

Я как Павел Ивлев очень хорошо себя в Советском Союзе чувствую. Самое смешное, что и капитал я уже тоже приобрел без всякой Уолл-стрит в США и американского паспорта.

Ну, не миллионер пока, у меня всего восемьсот тысяч долларов с хвостиком. Но зная стальную хватку Тарека Эль-Хажжа и видя, как Фирдаус усердно работает, я так думаю, буквально несколько месяцев, и они мои восемьсот с чем-то тысяч превратят в миллион с чем-то. А дальше – больше.

И пусть себе эти деньги на Западе и дальше работают. Мне, собственно говоря, и без них в СССР вполне комфортно живется. И менять это на жизнь в Америке не хочется.

Искать березки в американском лесу, что о родине напоминают, и обнимать их, и ходить на Брайтон-Бич, чтобы услышать звуки родной речи, – ничего хорошего в такой жизни абсолютно нет.

Зашел в МИД за пять минут до назначенного времени. Это не рано, надо же оставить пять минут на то, чтобы пройти милицейский пост и добраться до кабинета министра.

Меня встретили внизу и быстро в приемную Громыко отвели. И к моему удивлению, оттуда я сразу и в кабинет министра попал. Даже ждать ни минуты не пришлось.

Втроем были, как в прошлый раз, еще и помощник тоже присутствовал.

Держался я, когда мы начали вторую встречу с Громыко, несколько настороженно. Помнил же, по какой причине в первый раз мы с ним встретились. Все же, когда знакомство с могущественным человеком начинается с недоразумения, не на самой лучшей ноте, поневоле будешь настороже.

Да и в целом, чем более могущественный человек, тем осторожнее себя с ним вести стоит. Даже если сейчас у вас прекрасные отношения, нет никаких гарантий того, что в силу каких-то событий они могут не испортиться.

Но я однозначно почувствовал, что сегодня министр более открыто себя ведет по отношению ко мне, чем во время нашей прошлой встречи. То ли дело привычки, что он со мной уже виделся и более спокойно меня воспринимает. То ли действительно помощник его, когда звонил моей супруге, не обманул. И никаких неприятностей меня сегодня здесь не ожидает.

Начал разговор со мной Громыко с того, что спросил меня о том, как я в Японию с коллективом театра «Ромэн» съездил.

– Очень хорошая поездка была, Андрей Андреевич. – начал рассказывать я. – Японцы в Токийском театре очень радушно приняли труппу. Как родных встречали. Я, честно говоря, не ожидал, что так хорошо японцы к нам отнесутся. Пьесу зрители приняли просто прекрасно. Правда, мне в программу пребывания еще достаточно неожиданно включили большое число встреч с людьми, которые никак с театром не связаны. Но я, честно говоря, понятия об этом не имел, когда в Японию ехал. Уже на месте мне эти встречи предложили. И сразу, на всякий случай, Андрей Андреевич, скажу, что никаких интервью во время встреч с этими людьми я не брал. Так что и разрешение от вашего министерства мне получать не нужно было.

Было у нас еще одно выступление на телевидении, но для него мы разрешение в посольстве СССР как раз и взяли.

– Ничего страшного, Павел Тарасович, – улыбнулся Громыко. – Никаких подобного рода претензий я и не планировал предъявлять. Но рад, что вам понравилось в Японии. Не подскажете, а в Италии вы по какому поводу были?

– Честно говоря, к родственникам и свойственникам ездил. Сестра моя по отцу замуж за ливанца вышла, и их семья в Италию переехала. И поскольку у них там завод свой имеется, то приглашение мне уже от завода прислали. Кроме того, у меня было поручение от замдекана МГУ по науке помогать адаптироваться к жизни в СССР двум иностранцам, которые учатся в МГУ, аспиранту и студенту нашего экономического факультета. Так вот, аспирант на Сицилии свадьбу играл, он сейчас там неплохую карьеру сделал, стал директором завода. И меня мои свойственники из Больцано еще и на Сицилию отвезли, чтобы я в этой свадьбе мог поучаствовать.

– Свидетелем, наверное, позвали, – снова улыбнувшись, спросил Громыко.

– Нет, к сожалению. Насколько я понял, для жениха тоже сюрприз был, что я приеду. И не настолько мы все же с ним друзья, чтобы меня в свидетели звать. Нашлось там кому это место занять из местных, – ответил честно я.

– А в Италии у вас были какие-то интересные встречи? – спросил Громыко.

Вопрос меня этот несколько напряг. Мы же с Громыко не встречались по поводу Японии еще. Но похоже, что Япония ему и неинтересна, только Италия. Почему бы так? Он не знает, с насколько серьезными людьми я в Японии встречался? Или, как раз, по Японии все уже и знает, а вот по Италии еще не собрал информацию?

Ну, если второе, то получается, что советское посольство в Японии не зря свой хлеб есть, и смогло министру предоставить подробный отчет о моем визите к японцам. Как они это сумели сделать, правда, даже не представляю… Немножко даже это пугает…

– Да нет, помимо сестры и свойственников практически ни с кем и не встречался. – ответил я. – Другое дело, что я консультировал их по поводу ведения их бизнеса. Они с уважением относятся к нашему советскому образованию, учитывая, что моя сестра вышла замуж за сына этого ливанского предпринимателя, когда он у нас высшее образование в СССР получал. Так что с удовольствием помогал свойственникам советами по дальнейшему ведению ими бизнеса.

– На экономическом факультете МГУ и ведению бизнеса тоже обучают? – с несколько удивленным видом спросил меня Громыко.

– Нет, не обучают. Для подавляющей массы студентов это и не нужно, но я много работаю в спецхране. Изучаю и анализирую различную литературу, в том числе и по поводу