Фантастика 2026-106 - Игорь Евгеньевич Кулаков Страница 277

— Майор! — голос Марсо дрожал от бешенства и ужаса. — Мои потери… Они… они как черти! Мы давим их, а они все стреляют!

Анри молча наблюдал, как его третий батальон, тот самый, что ушел в обход, наконец-то обрушился на фланг обороны батальона Федерации. Клещи сомкнулись.

— Усилить давление! — крикнул он в рацию. — Не давать им передышки! Рота «Дельта», вперед! Добить их!

Он ввел в бой свой последний резерв. Теперь это было не сражение, а методичное уничтожение. Он видел, как последние очаги сопротивления гасли под огнем его солдат. Батальон майора Кейта перестал существовать.

С высоты командного пункта победа казалась полной. Он уже мысленно составлял рапорт о прорыве тактической обороны. Однако где-то в глубине души, там, где жил солдат, а не колонизатор, шевельнулось неприятное чувство — некое подобие уважения к стойкости противника. Но он тут же подавил его.

«Нет, — подумал он, глядя на пылающие развалины вражеских позиций и тела своих солдат. — Это не люди, а просто фанатики. Дрессированные, вооруженные, но фанатики. Они боятся своего диктатора больше, чем смерти. Только так можно объяснить это безумие».

Он не знал, что в двадцати километрах к северу и югу, тщательно замаскированные в складках местности, штабы 2-го и 3-го армейских корпусов Федерации уже отдавали первые приказы. Гигантские моторизованные колонны начинали выдвижение. Их целью был не его измотанный в боях полк. Их целью была вся группировка вторжения. Пока майор Лефевр праздновал тактический успех, оперативные карты в Генеральном штабе Федерации показывали, как стальные клещи начинают медленное, неумолимое движение, чтобы захлопнуться у него в тылу. Задача батальона майора Кейта была выполнена — противник втянулся в бой, уверенный в своем превосходстве, и подставил фланги.

Глава 12

Тыл

Над Стальным городом раздался навязчивый, пульсирующим гул, который становился все громче. Это были наши медицинские вертолеты. Сначала один, затем еще два. Санитарные Ми-4 с красными крестами на бортах, заходящие на посадку у главного госпиталя Стального Города. Посадку совершали прямо на площади, ибо все работало для фронта и для победы…

Фатумата Диавара, отложив историю болезни, вышла на крыльцо. Воздух, еще недавно прозрачный, теперь был наполнен пылью, поднятым винтами вертушек с площади ровный гул двигателей был неким набатом, новым и неприятным звуком войны. Она смотрела, как санитары выносили из вертолетов носилки. Очередная партия… Поток, который не прекращался с самого утра.

— Диавара! В операционной! Срочно! — крикнул из дверей главный хирург, профессор Н’Дьяе. Его лицо было серым от усталости. — Привезли тяжелых с восточного фронта. Осколочные, черепно-мозговые, готовь третий зал.

Фатумата кивнула, на ходу надевая стерильный халат. Ее мысли были уже там, за дверьми операционной. Здесь, в этих стенах, она была на своем месте. Почти что врач… Ее долг — стоять здесь, у операционного стола, и бороться за каждую новую жизнь, что вырвали из кромешного ада войны. Это была ее баррикада и здесь пожалуй было не многим легче, чем на баррикадах Стального города, когда они ополченцами сдерживали врага.

* * *

А тем временем, на восточном фронте, на высоте 72.8, другая молодая женщина выполняла свой долг. Ее звали Айша, девчонке было всего восемнадцать, и она была сан-инструктором в батальоне майора Кейты. Всего полгода, как она окончила курсы. Девушка была одной из тех «новых Фату», что пришли на смену героям прошлой войны, чтобы писать новую историю. Своими жизнями, смертями и своей кровью…

Когда на позиции батальона обрушился шквальный огонь, она не побежала в укрытие. Девушка ползком, как учили, двигалась по окопам, от одного раненого к другому, накладывая жгуты, делала уколы. Ее руки дрожали, но движения были точными. Рядом с ней работала ее подруга, Мариам. Вместе они вытащили с передовой семнадцать бойцов.

— Айша! Нам приказано отходить! — крикнул ей сержант, его лицо было залито кровью, что текла из пореза на лбу. — Комбат приказ отдал! Всем сан-инструкторам и раненым отходить к ущелью, мы вас прикроем!

Айша посмотрела на него, потом на молодого пулеметчика с раздробленной ногой, которого она только что перевязала.

— Я не могу его бросить батальон! Вам требуется медицинская помощь я присягу давала!

— Отставить споры! Приказ, черт возьми! — закричал сержант Это было так необычно и непривычно для девушки, всегда солдаты и сержанты и даже офицеры относились к девушкам сан-инструкторам крайне мягко и по доброму, но сержант продолжил. — Айша пойми так приказал майор, он сказал: «Ваш долг — жить, чтобы спасать других!» Поняла, дуреха? Жить!

Это прозвучало как удар. Айша встретилась взглядом с Мариам. В глазах подруги был тот же ужас и та же решимость.

— А как же вы? Без медицинской помощи? Растеряно спросила девушка…

— Да все с нами будет хорошо, на мне как на собаке заживает, берите раненных и отходите… — Сказал молодой сержан почему-то отводя взгляд.

Айша кивнула, они вдвоем подхватили раненого пулеметчика и уложили на носилки, согнувшись, побежали по ходу сообщения, уводя за собой еще нескольких несколько легко раненых бойцов, что прикрывали отход девушек к месту сбора сан-инструкторов батальона.

На точке сбора их прикрывало около взвода бойцов. Айша на мгновение обернулась. Она увидела майора Кейту, он стоял во весь рост у разбитого пулемета, с карабином в руках, и отдавал какие-то приказы. Его фигура на фоне дыма и огня казалась монументом. Потом ее толкнули в спину: «Беги!»

Они бежали, спотыкаясь, падая и поднимаясь. Пулеметчик на громко стонал, когда они падали на землю, но сдерживал крики. Где-то сзади, на позициях батальона, гремели последние взрывы и очереди. И тут до Айши дошло это был звук гибели… Гибели ее батальона, тот молодой сержант обманул ее, но не ради выгоды, обманул, чтобы жить, чтобы она могла жить!

Вертолет с красными крестами, груженный под завязку, приземлился в Стальном Городе. Среди выживших были Айша, Мариам и те, кого они вместе с легко раненными бойцами смогли вывести на себе.

Фатумата, выйдя из операционной на пятиминутный перекур, увидела их. Девушки сидели на земле у стены госпиталя, в грязной, порванной форме. Айша, обняв колени, беззвучно раскачивалась. Мариам смотрела в одну точку, сжимая в руке пустую монетку. Их не рабовал почти мирный город, великолепный парк Победы возле столичного госпиталя, посаженный дабы раненные бойцы могли прогуливаться в тени пока еще молодых деревьев. Казалось они, точнее их души остались где-то