Восточное направление - Роман Борисович Грибанов Страница 27

Соотношение сил – слишком не равным, причем офицерам, находящимся во Вьетнаме, было решительно непонятно, как можно его быстро выправить. Ближайшие резервы были далеко за морем, и даже если их погрузить на корабли прямо сейчас, они все равно не успеют. Помогла бы авиация, пара-тройка крыльев истребителей-бомбардировщиков могли коренным образом переломить ход боевых действий, но куда их сажать? Все крупные аэродромы либо находятся под постоянным обстрелом, либо вообще захвачены. Да и негде взять эту пару-тройку авиакрыльев, могучие и многочисленные USAF как-то внезапно закончились. Ком отчаяния, зародившийся у американских полевых командиров, перекидывался, как лесной пожар, из штаба в штаб, наконец-то докатившись до горы Шайенн. Созванное срочно совещание Объединенного комитета начальников штабов привело к единственному на этот момент решению. Авианосец «Рэндольф» с большей частью эскорта сменил курс. Вместо участия в совместной операции с союзниками по НАТО и Австралией против Индонезии, он направился на запад, к берегам южного Вьетнама. И в дополнение к шести атомным авиабомбам Мк8, уже лежащим в погребах авианосца, транспортными самолетами к нему на палубу срочно перебрасывались еще шесть.

Глава 3

Стальные акулы Яванского моря

31 октября, сиднейское время 18:15. Тихий океан, сорок пять миль к югу от острова Бали.

Все планы в полном объеме действуют только до первого соприкосновения с противником. Об этой фразе великого немца прекрасно осведомлены все генералы и адмиралы на планете. А если это не план, а так, каркас плана, сшитый на живую нитку, да еще предусматривающий основательное участие союзников? Все началось с того, что военно-морской министр Австралии никак не мог найти того, кто бы возглавил эту армаду. До сего времени австралийские корабли принимали участие в боевых действиях под командованием британских или американских адмиралов. А тут надо было вести в бой крупное соединение, состоящее исключительно (ну, почти, два новозеландских фрегата не в счет) из австралийских кораблей. Вот и пришлось во главе этой, довольно внушительной, эскадры вставать самому командующему флотом Австралии вице-адмиралу сэру Алану Рамсею МакНиколлу, кавалеру орденов Подвязки и Британской империи, бывшему командиру крейсера «Австралия». Крейсер, увы, был списан в металлолом семь лет назад, и поэтому командующий поднял свой флаг на авианосце «Мельбурн». Второй авианосец класса «Маджестик» в австралийских ВМС, «Сидней», был всего пару месяцев назад выдернут из резерва, как войсковой транспорт, а переквалификация его обратно в авианосец произошла еще спустя месяц. Поэтому сэр Алан не рискнул поднять свой флаг на корабле с несплаванной командой, вдобавок состоящей почти сплошь из резервистов. На эсминцах же флаг вице-адмирала смотрелся бы крайне несолидно, тем более для штаба соединения там было бы откровенно тесно. Корабли австралийской эскадры к утру 31 октября давно были в океане, находясь уже к западу от Тиморского моря. Получив от начальника штаба ВМФ Австралии, вице-адмирала сэра Гастингса Харрингтона окончательный приказ, эскадра пошла полным ходом к проливу, разделяющему острова Бали и Ломбок.

И тут же начались, в полном соответствии с первой строчкой, написанной в этой главе, сюрпризы. Для начала вице-адмирал огорошил штаб неприятным известием. Авианосная группа американцев, во главе с авианосцем «Рэндольф» и семью кораблями охранения, на рандеву в южном выходе из Макасарского пролива не придет. Оказывается, сегодня утром коммунистический Северный Вьетнам перешел в полномасштабное наступление. Войска Южного Вьетнама и американские части в Индокитае если не разгромлены, то очень близки к этому состоянию. Особенно это касается авиации, она практически вся уничтожена. И поэтому «Рэндольф» на всех парах сейчас несется к Сайгону в качестве пожарной команды. На юг, в море Сулавеси, и дальше, в Макасарский пролив отправлен лишь легкий крейсер «Роанок» с одним эсминцем охранения. Да и те янки согласились послать лишь после вмешательства премьер-министра Австралии, который твердо заявил, что без поддержки хотя бы одного крупного артиллерийского корабля, австралийский флот не пойдет севернее линии Тимор-Бали. Пример гибели авианосца «Хорнет», утопленного пушками индонезийского крейсера «Ириан» несколько дней назад в этих водах, был слишком нагляден. А последний «капитал шип», крейсер «Австралия», был списан из состава австралийского флота в 1955-м.

Эти новости повергли вице-адмирала МакНиколла в шок. Ведь авиакрыло «Рэндольфа» было в совместных планах грядущей операции главной ударной силой. Не лишними были и восьмидюймовки тяжелого крейсера «Сент-Пол», которые американцы тоже не пожелали прислать в помощь своим союзникам. И теперь срочно требовалось перекраивать и урезать и так в спешке составленные планы. Но на сегодняшний вечер неприятные сюрпризы для вице-адмирала МакНиколла и всей эскадры под его командованием не закончились.

31 октября, сиднейское время 19:35. Тихий океан, 20 миль к юго-востоку от островка Нуса Пенида, напротив южного входа в пролив между островами Бали и Ломбок.

– Перископ на правом крамболе!! – Буквально взорвал вечерние сумерки на «Мельбурне» истошный крик сигнальщика.

– Лево на борт, поворот на шесть румбов! Полный ход! – мгновенно отреагировал командир авианосца.

– Боевая тревога по соединению, вражеская подлодка внутри ордера! – чуть замешкавшись, прокричал вице-адмирал, стоявший рядом на мостике с командиром авианосца.

Положение осложнялось тем, что ордер эскадры уже «сжался», чтобы без помех пройти узким проливом. Тем более, что на кораблях эскорта потеряли некоторое время, получая внезапное оповещение об угрозе. На эсминцах еще звучали команды и колокола громкого боя, а двадцатитысячетонный «Мельбурн» уже накатывался на свой же эскорт левого борта, ревя сиреной, подобно бешеному слону. На эсминце «Тобрук» вахтенный офицер, грамотно оценив обстановку, дал задний ход, пропуская двухсотметровую тушу авианосца вперед. А вот на «Вояджере» с решением замешкались. На мостике «Вояджера» вахтенный офицер и штурман корабля, оба молодые лейтенанты, стояли вместе у компаса[4]. С этого положения авианосец плохо просматривался, так как он был скрыт от них надстройкой, мачтой и дымовой трубой. Его можно было наблюдать только с крыльев мостика корабля. Когда эсминец поворачивал влево, его командир встал со своего стула на мостике с правого борта и, заглянув в штурманскую рубку, позвал кого-то из присутствующих для совета, не подозревая, что его корабль находится в опасности. Лишь за 20 секунд до столкновения на «Вояджере» скомандовали: «Полный вперед! Право на борт!» – считая, что еще есть время проскользнуть мимо носа авианосца. Но и эта команда запоздала – совместная скорость сближения кораблей была одиннадцать метров в секунду. Авианосец врезался в корпус эсминца как раз перед носовым мостиком, разрезав эсминец водоизмещением в 3600 тонн пополам, как продавщица в магазине режет батон колбасы.

Обе половинки эсминца затонули буквально за несколько минут. С шедших замыкающими кораблей эскадры скинули видневшимся в воде морякам «Вояджера» несколько надувных плотиков, а сама эскадра, не снижая хода, ушла на север, оставив два фрегата