Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов Страница 219

пример правильного действия; многие тут же начали доставать из карманов рации. В первый раз приглашенная на совещание, Павидла – наш главкондитер и главпекарь – проявила похвальную резвость. Поняв суть, сорвалась с места, подлетела к окну, спокойно отодвинув Главного, и, высунувшись наполовину, прокричала на весь замок:

– Зинуля!!! Зин!

– Чиво?! – раздалось с улицы.

– Раскладку задержи! Задержи, говорю! Ох, тетеря… Щас бегу!

Сотников, пожалуй, тоже внутренне готовился к последствиям такого объявления, но явно недостаточно: растерялся мужик.

– Куда! Нионила Дмитриевна, да вы что, в самом деле, вывалитесь ведь! – Он двумя руками эротично обхватил ее за талию и рывком втащил обратно.

– Фурх-х, – жарко выдохнула Павидла, взбив воздухом прядь волос на лбу, быстро оправила халатик. – Спасибо, Алексей Александрович… Я побежала!

И белым ароматным смешариком выкатилась на лестницу.

Тут Главный все понял и успел скомандовать:

– Хорошо, все свободны, давайте внутреннюю оценку, полный анализ, отрабатывайте оперативные… Главам поселков остаться! Совещание с начслужбами тут же, в двадцать один час!

Это правильно. Сейчас всем… Ну никак не до совещаний.

Двенадцать дней. А потом, в следующий раз, на двадцать четыре? Или сразу на все сто сорок четыре?

Такое мощное известие имеет последствия.

Они как волны – побегут из глубины на мель, быстро набирая высоту. Дальние последствия плохо предсказуемы, это только со стороны кажется, что их легко представить. Средне-ближние просматриваются, на эти уже возможно влиять. А вот самые очевидные, оперативные, можно смягчить или вообще нейтрализовать, если немедленно принять меры. Народ потянулся к выходу. Но далеко не все спешили уйти – многие разговаривали по рациям прямо тут, по углам, торопясь что-то отменить, что-то переиграть. Дугин отдавал распоряжение своему завскладу: ничего не выдавать, даже по собственноручно подписанным требованиям, – о том же самом инструктировала своих Лагутина.

Первой к шефу подошла Эльза Благова.

– Алексей Александрович, как же так!

– Что такое?

– Как быть с полетами?

– Что с полетами? Говори яснее.

– По плану сегодня рейс вместе с Демченко на «пакистанку», контроль вывода. Получается, что топлива сегодня я не получу, значит, завтра сорву опыление в Заостровской.

Сотников несколько секунд помолчал. Все замерли – очевидно, аналогичная ситуация складывается у многих: что скажет Главный, как отреагирует?

– Эльза… Вот скажи. А ты что думала?

– В смысле?

– В смысле, сама что думала, своей головой! – Командор пристально глядел в глаза летчицы. – Где твой личный неприкосновенный запас, уважаемая? Конечно же ты вовремя подумала и его создала? Пару-тройку бочек-то припасла?

Благова растерялась, мне ее сразу жалко стало. Что он, не понимает, что ли?

– Но я считала, что централизованное…

– Что централизованное? Я один на вас всех всего нужного припасу? Да быть такого не может, это невыполнимая задача! На такое неспособны даже Госрезерв с Центроспасом! Даже в обществе с развитой рыночной экономикой такого быть не может: современная логистика запасов не любит. Даже в армии не бывает! Да, у старшины есть одна «ваша» граната и банка тушенки, но в своем сидоре что лежит? Одни письма от девочек? Каждый на своем месте обязан подумать заранее, – назидательно закончил он.

Ну вот, слезы.

– Отставить сопли! Все поняла? Остальные все поняли? Даже если у меня и есть авиатопливо – не дам! Никому ничего не дам, – взорвался Командор. – Смотри-ка, всего пять минут прошло, а уже началось! А ну-ка все по рабочим местам! Вскрывайте, изыскивайте, заменяйте, изготовляйте, взаимодействуйте. Кто не может руководить – на лесоповал шагом марш, лес пилить, там все просто, думать не надо, пил хватит! Сначала изыскиваем резервы, предлагаем пути решения, схемы и методы. Только потом задаем вопросы.

Прозвучало неслаженное хоровое:

– Понятно…

– Да все ясно, че там.

– Обсуждали уже!

– Секунду, Алексей Александрович, я не вполне согласен, вы ведь сами…

Сейчас начнется танец с саблями. Всегда есть кто-то, кто считает, что именно он услышанное усвоил покамест… плоховато. Что именно ему нужно персонально добавить, с перчиком и стальной щеточкой.

Ой, на, пора линять…

Схватив Благову за руку, я вытащил ее наружу. Двор замка изменился.

И дождя нет, и небо ясное, а кажется, что сама природа почувствовала случившееся: у всего окружающего – вид мрачный, напряженный, нервный.

– Успокойся, Элли, – попросил я. – Сама понимаешь, общий стресс, первые минуты.

– Да я понимаю…

– Ну и че тогда полезла?

– Полеты все равно на мне! Как же не сказать руководителю?

– На тебе. И один дельтик не спасет. Что, действительно ничего нет?

– Да есть литров семьдесят. Наворовала… – всхлипнула Эльза.

– Ну и молодец! Вот и держи в закромах и никому не говори.

– Почему, Сережа?

Мимо прошли строители.

– Потому что коллективный шок сейчас! – громким шепотом сообщал я на ухо летчице. – Неизбежно будут непродуманные решения. А вдруг санрейс? Вдруг ЧП или налет? Пока стой на земле и подожди, пусть все оглядятся, а планы устаканятся. Второй заканчивают? Для него все есть?

– Все успели, комплект… Так, значит, сегодня не летим? – в последний раз всхлипнула Благова.

– Никуда мы не летим, сейчас Гоблину сообщу. Без авиации семью вытащим, не впервой. И на плановое опыление забей, сообщи Туголукову, что все, лафа кончилась, пусть выгоняет на ряды казачков или их жен с «пышкалками». Стой на своем – мол, все, товарищи, топлива в обрез, стратегический резерв, даже если он есть у Сотникова, неприкосновенен.

Успокоив Эльзу, я оглянулся.

«Буханка» уже выезжает за ворота.

Белая «шестерка» белорусов-строителей пока стоит, прямо перед башней. Наш главный инженер Герман Янович что-то горячо обсуждает со своим бригадиром, великаном Колей Мазуровым. Проходя мимо них, я услышал край разговора.

– И сколько времени?

– Через два часа должны берлинцы приехать, успеем, – обнадежил Герман.

– Неудобно как-то получается, кидаем…

– О чем ты говоришь, Николай? Люди поймут, идет пересмотр планов, позже еще и сметы перекроим, без этого не обойтись.

– И что говорим?

– Говорим… Говорим, как есть: что сегодня цементный узел продукцию выдавать не будет – по вновь открывшимся обстоятельствам, типа «магазин закрыт на учет». Потом выдаем по новым план-графикам и разнарядкам.

– Адская работа. Там же документов…

– Молодежь привлекать будем, – неуверенно предложил главный инженер.

– Ага. А за ними кто будет смотреть?

– Ну что делать… Ладно, чего рядить, работать надо. Садись, Коль, за руль, поехали на склад. Остальные пока здесь.

Во дворе перед донжоном, чуть отойдя в сторону, вышедшие с совещания мужики коллективно задымили. Перекрестные разговоры тихие, но напряженные, все те же – «как что-нить зажать свое и отцыганить новое со складов». Но присутствует и еще одна популярная тема из категории: «Собирался сдать старое в тигель, типа лучше новый выпишу, – теперь зажму». Такого удара не пропустить невозможно, он всегда пролетит, через любую защиту. Растерянность невелика, но она есть –