Отморозок 12 - Андрей Владимирович Поповский Страница 20

— Не надо, — в ужасе шепчет Самвел.

— Что не надо? — непонимающе смотрю на него.

— Не трогайте их.

— Мы пока никого не трогаем.

— Там дети.

— Я вижу.

Киваю на фотографию, стоящую на столе.

— Только вот у меня один вопрос. В двух сумках явно были вещи. А что лежало в третьей, поменьше?

Самвел молчит.

Игорь смотрит на него, сжав челюсти.

— Деньги там были? — спрашивает он.

— Нет.

— Врешь, — спокойно говорю я.

— Не вру.

— Хорошо. Тогда сейчас садимся в машины и едем в Дзержинский. Разбудим твоего родственника. Посмотрим, что ты ему привез. Может, деньги найдутся. А если не найдутся, просто извинимся и уедем.

Самвел качает головой.

— Не надо туда ехать.

— Почему? Ты же говоришь, денег там нет.

— Там моя семья.

— Она нам не нужна. Нам нужны наши деньги.

— Я все отдам.

— Что именно? В сейфе было двадцать тысяч. Остальное где?

Самвел отступает назад и упирается спиной в лестницу.

— Я не могу…

— Можешь.

Делаю к нему шаг.

— Ты уже один раз выбрал, Самвел. Когда решил кинуть нас вместе с Черепом. Теперь выбираешь второй раз. Или мы едем к твоему родственнику и ищем там деньги, или ты едешь с нами на склад и возвращаешь наш товар.

— Череп меня убьет. Это уже его товар.

— Может быть да, а может и нет…

— Вы не понимаете. Он не простит.

Киваю на раненого.

— А ты не думаешь, что мы сейчас для тебя опасней Черепа? Его здесь и близко нет. А мы вот они…

Самвел смотрит на лежащего в крови татарина. Потом на связанных.

— Если я отдам товар, Череп все равно меня найдет, — тихо говорит Самвел.

— Это уже твоя проблема.

— Он убьет меня и семью.

— Семью ты спрятал. Насколько удачно — теперь знаешь. Заберем товар, и у тебя будет время уйти самому и забрать семью.

— Хорошо. Я отдам товар. — решается Самвел.

— Весь. — дожимаю его.

— Весь.– покорно кивает Самвел

— Сам лично откроешь склад.

— Открою.

— Поговоришь с охраной так, чтобы никто не заподозрил неладное.

— Да.

— Ключи, документы, печати — все берешь с собой.

— Хорошо.

— И никаких глупостей. Попытаешься как-то нас обмануть, мы тебя прямо там завалим и сразу едем в Дзержинский. Адрес у нас есть.

Самвел судорожно кивает.

— Я все сделаю.

Игорь смотрит на него с отвращением.

— А деньги?

Самвел закрывает глаза.

— У Армена. — тихо выдыхает он.

— Сколько?

— Двести тысяч.

— Значит, в сейфе было двести двадцать?

— Да.

— И две сотни ты отправил с семьей?

— Я хотел их сохранить. Это мои деньги.

Игорь делает шаг к нему, но я останавливаю друга рукой.

— Не сейчас.

Смотрю на Самвела.

— Хорошо. Деньги пока останутся у Армена. Вернешь товар — мы к ним не поедем.

— Обещаешь?

— Я сказал.

Он всматривается в мое лицо, пытаясь понять, можно ли верить. Другого выбора у него все равно нет.

— Одевайся нормально. — приказываю я. — Пальто, ботинки. Возьми ключи от склада, документы фирмы и все, что может понадобиться для ночной отгрузки.

Самвел прислоняется спиной к стене. Ноги у него подкашиваются.

— Телефон на складе есть? — спрашиваю я.

— Есть.

— Ночью кто-нибудь работает?

— На территории дежурная охрана. Несколько складов работают круглосуточно. Мою секцию знают.

— Тебя пропустят?

— Да.

— Фуру впустят?

— Если я скажу.

— Вот и скажешь.

Самвел и Игорь идут на второй этаж. Иду к пленным. Смотрю на Ромку и Валеру.

— Теперь этих вниз. В подвал.

Широкоплечий начинает мычать через кляп и сильно дергаться.

— Лежи спокойно, — говорю ему. — Никто вас убивать не собирается. Пока.

Смотрю на Рому.

— Подвал где?

— Дверь на кухне. Самвел показал Игорю.

— Проверь сначала.

Рома уходит на кухню, через минуту возвращается.

— Нормальный подвал. Кирпичные стены, толстая дверь из массива. Внизу банки, ящики, какой-то хлам. Окна маленькие, под потолком, с решетками.

— Свет есть?

— Есть.

— Переносим.

Сначала спускаем раненого. Это самая сложная часть. Несем его втроем на покрывале, взятом со спальни Самвела. Лестница достаточно широкая, но нести все равно неудобно.

— Осторожней, — говорю Валере. — Не ударь его головой об стену.

Раненый снова приходит в себя.

— Надо в больницу… — с трудом выдавливает он.

— Череп приедет — отвезет. — бросаю ему

— Сдохну…

— Не суетись, проживешь дольше.

Не знаю, правда это или нет. Ранение тяжелое. Если поврежден крупный сосуд или легкое продолжает заполняться кровью, до утра он может не дотянуть. Но ничего сделать больше я здесь не могу. Везти его в больницу — похоронить всю операцию. Добивать беспомощного тоже не собираюсь. Остается надеяться на его организм и везение.

Укладываем раненого на старый матрас, найденный возле стены. Под голову сворачиваю одеяло. Проверяю повязки. Кровь проступает, но не слишком быстро.

Следом ведем остальных. Руки оставляем за спиной, ноги развязываем, чтобы могли спуститься по лестнице. Внизу снова стягиваем лодыжки. Кляпы снимаю чтобы не задохнулись.

Широкоплечий сразу начинает угрожать:

— Вам пизда, суки! Череп вас из-под земли…

Валера бьет его по лицу.

— Закрой пасть, гнида.

— Хватит, — останавливаю его. — Пусть орет, когда мы уедем. Отсюда все равно хрен кто услышит.

Широкоплечий сплевывает кровь.

— Вы Мамая завалили, вам теперь точно кранты…

— Жив твой Мамай, — отвечаю я. — Так что заткнись и сиди тихо.

Широкоплечий замолкает и угрюмо смотрит в пол. Остальные тоже молчат.

Закрываем дверь подвала на засов и подпираем табуреткой.

Наверху появляется Игорь. За ним спускается Самвел. Теперь он полностью одет: темные брюки, рубашка, свитер, пальто через руку. В одной руке кожаная папка, в другой связка ключей.

— Все взял? — спрашиваю я.

— Все.

Выходим во двор. Ночь холодная, тихая. В соседних домах не зажглось ни одного окна. Значит, шум либо не услышали, либо решили не вмешиваться. В девяностые люди быстро учатся не заглядывать туда, где могут стрелять.

Ворота закрыты. Во дворе стоят белый «мерседес» Самвела и