"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин Страница 193

-Смотри допрыгаешься Солдатов, - тихо произнес он, и , не произнося больше ни единого слова, развернулся, открыл дверь и вышел вон из квартиры.

Глава 18

Москва. Октябрь 1986 года.

Захаров въехал на своей «тройке» в открывшееся ворота и оказался в небольшом заасфальтированном дворике, в глубине которого стоял аккуратный и вполне себе милый двухэтажный флигель.

Заглушив мотор он хотел было уже вылезти из машины, но передумав в последний момент, полез в бардачок, вытащил из него пачку сигарет, извлек одну, прикурил, выпустил дым, поморщился, разогнал его рукой, опустил стекло и тяжело задумался.

Все последнее время Дмитрий Борисович чувствовал себя все хуже и хуже и все беспокойней и беспокойнее. Он прекрасно понимал, что вся эта история с Заварзиной и Солдатовым, почти наверняка не закончится для него добром. По ночам мучаясь бессонницей он снова и снова проклинал себя за то, что пошел на поводу у своего непомерного тщеславия и честолюбия, приняв покровительство Смирнова, что начал копать биографию Заварзиной, что обнаружив факт ее загадочного перемещения из будущего в настоящее, не подумав о возможных последствиях, сразу же побежал с докладом к своему не гласному покровителю. В результате всех этих своих, мягко говоря, не очень продуманных действий он попал в ситуацию, в которой, как он понимал, каждый следующий его шаг, каждое следующее действие, только ухудшало, лично для него, текущую ситуацию. И никакого нормального выхода из нее он придумать так и не мог, как не старался.

-Черт, - в сотый наверное раз, клял он себя,- ну, что тебе больше всех надо было? На хрена ты начал копать биографию Заварзиной? Пусть бы кто другой этим занялся и пусть бы у него об этом и голова болела! А теперь вся эта история с Моховым! И не выбраться никак из этого капкана! Смирнов в случае чего не пощадит. Может пойти к этой партийной разведке и покаяться им? Интересно простят они меня или нет? Да хотя, если даже и простят, то не видать тебе генеральских погон как своих ушей. В лучшем случае отправят куда — ни будь на Камчатку дослуживать. А разобраться, так и на Камчатке люди живут, и даже не плохо живут. Да и без генеральских погон прожить можно.

Захаров тяжело вздохнул, затянулся напоследок и выбросил дымящийся окурок в форточку. Он прекрасно понимал, что никуда от Смирнова деться он не может, что Александр Никанорович, схватил его буквально железной хваткой, и, что он самым натуральным образом боится его, причем до такой степени, что иной раз в присутствии Смирнова, особенно если тот, выказывал свое не довольство лично им, полковником Захаровым, у него и голос осекался и колени начинали подгибаться. Он не однократно убеждался, что боится не расположения Александра Никаноровича, куда как сильнее, чем самых грозных разносов своего не посредственного начальства. Как бы то ни было, ему оставалось только одно, без рассуждений и старательно выполнять все его распоряжения. Никаких сил для оказания сопротивления Смирнову он уже не имел. И кроме того он все больше и больше опасался за свою жизнь, познакомившись с Соловьевым и его головорезами.

Вылезя из машины Захаров глубоко вздохнул и еще раз осмотрел дворик. Он скользнул взглядом по черной «Волге» и стоящему рядом с ней практически впритык милицейскому « Уазику» с зарешеченными окнами, затем поднял глаза вверх, к голубому, безоблачному небу, с которого светило не яркое осеннее солнце.

-А вообще то ничего так для октября припекает, - вдруг подумал он,- градусов пятнадцать наверное, не меньше. Последние теплые деньки. Эх послать бы их всех к чертям собачьим, со всеми этими интригами, да рвануть в Крым или в Сочи! Или на недельку на охоту.

Захаров еще раз тяжело вздохнул. Он прекрасно понимал, что никого он ни к какому черту не пошлет и никуда не рванет.

Он подошел к двери и нажал на звонок. Почти сразу же дверь открылась и он прошел во внутрь.

В большой комнате он увидел сидящего за столом Соловьева, у которого было очень довольное выражение лица. Увидев вошедшего Захарова, Вадим Прокофьевич радостно ( и как показалось Захарову, злорадно) осклабился.

-А, Дмитрий Борисович, рад встрече,- и он протянул ему свою руку,- а у меня тут для тебя есть кое какие новости. Интересные. Не пожалеешь. Так, что не будем терять времени. Пошли!

-Куда? - спросил Захаров, - вяло пожимая руку Соловьеву.

-В одно хорошее место. Побеседовать с одним интересным человеком. Ну, что ты столбом стоишь? Следуй за мной!- и Соловьев вышел из комнаты в коридор.

Ему не оставалось ничего иного, как пойти за ним. Пройдя по коридору Соловье остановился перед массивной железной дверью и заколотил в нее кулаком.

Дверь приоткрылась и Соловьев обернувшись к Захарову, поманил его пальцем.

-Веселее, Дмитрий Борисович, веселее за мной шагай!

Захаров вошел в дверь, прошел вслед за Соловьевым по витой металлической лестнице и оказался в просторном подвальном помещении, с бетонным полом, залитым ярким светом, которая излучала мощная лампочка, висевшая под самым потолком.

Посредине этого помещения он увидел сидящего на стуле Мохова, руки которого были скованы наручниками и заведены за спинку стула.

Выглядел Мохов не важно. Левая половина его лица сильно опухла. Под левым же глазом наливался здоровенный багровый синяк. По всему было видно, что люди Соловьева не особенно церемонились с майором.

-Вот, Дмитрий Борисович, - сказал Соловьев, указывая рукой на Мохова,- ты все искал, искал, кто в твоей спецгруппе информацию противной стороне сливает, да найти не мог. А я вот решил со своими парнями тебе не много подсобить. Так, что присаживайся по удобнее, мы сейчас с ним беседовать будем. Ау, майор, что молчишь то? Будешь с нами разговаривать или нет? А то смотри это пока я такой добрый, да по хорошему прошу. А то ведь могу спросить и по плохому!

Мохов поднял голову и с ненавистью посмотрел на Соловьева.

-Слушай, ты ответишь за этот свой беспредел. Тебя один раз отмазали от тюрьмы, за все твои делишки, но второй раз у тебя это точно не прокатит. А вы, товарищ полковник, - обратился он к Захарову,- как с этой мразью то связались? Как это вас угораздило?

Соловьев ухмыльнулся, вытащил из кармана пиджака фотографию, и подойдя к Мохову, сунул ему ее под нос.

-Что на это скажешь майор? Кто на этой фотографии изображен? Узнаешь?

Мохов бросил взгляд на фотографию и замотал головой.