"Фантастика 2026-155". Компиляция. Книги 1-20 - Николай Алексеевич Некрасов Страница 163

— Пф… кх… — прокашлялся где-то неподалёку Шен. — Что это всё на хрен значит?

— Добро пожаловать в дерьмовый мир обратно! — поприветствовал я. — Чем тебя окручивала наша призрачная маньячка?

Показавшийся из-за коробок Шен лишь махнул рукой.

— Даже не спрашивай… ТАКОГО я ещё ни разу не видел, — зардевшись произнёс он.

— Понравилось? — с усмешкой спросил я.

— Ясен пень! — воскликнул он. — Вот она гибкая…

Уточнять, чем она соблазняла остальных, не стали. Каждый был смущён и взволнован.

— А как ты её одолел? И почему не вырубился? — просил Брендан, желая перевести тему.

— Наверное, после первой встречи выработал некоторый иммунитет, а украденная фотография очень сильно заземлила вампиршу. Главное, хозяйке меня не сдавайте. Пусть пока просто порадуется, что посетители помирать перестанут.

— Рэй, что мы будем делать в оставшийся вечер? — уточнил Шен.

Я положил ему руку на плечо.

— То же, что и всегда, Шенчик, — и как бы мне ни хотелось добавить «попробуем захватить мир», произнёс: — Попробуем залатать аномалию!

Глава 16

Самое неприятно при встрече с новым монстром — никогда точно не знаешь, в чём его слабое место. Самое неприятно при соприкосновении с аномалией — никогда не знаешь, в чём е6ё источник.

Аномалии, ломающие потоки энергии и естественный ход вещей, называются червоточинами. И неспроста. Те из них, что порождают кровожадных призраков, обычно не только неприятно звучат, но и пахнут. Особенно вблизи.

— Кто попробует первым? — спросила Агата, наморщив нос и давая понять, что прикасаться к «этому» не собирается.

— Думаю, дамы могут разойтись по комнатам или пообщаться с хозяйкой, убедив, что работа по устранению монстров выполнена, осталось только привести в порядок то, что этого монстра породило. Потому что если так всё оставить, то оно разрастётся и породит со временем что-то иное.

— Отлично! — с явным облегчением высказалась Ляся. — Мы тогда по части дипломатии всё решим, а вы заканчивайте с этой мерзостью.

— Повзвякивает отвратительно, — теперь поморщился Шен.

— А ты не отлынивай, — усмехнулся я. — Будешь помогать прибираться, раз разборки с вампиршей проспал.

— Как будто я специально! — наиграно возмутился он. — Хотя у меня есть претензия, что ты слишком быстро с ней расправился. Проснуться пришлось так невовремя!

— Радуйся, что хрен тебе не откусила, — подколол Брендан. — А то пришлось бы потом у Шаны наращивать.

— Нарастить я и сам могу! — горделиво отмахнулся Шен. — Завидуй молча.

Девчонки не стали дожидаться, пока закончатся препирания, и, закатив глаза, молча отчалили.

Залатывание червоточин отличалось тем, чтобы было больше похоже на засыпание болота землёй, поэтому требовало методичности и настойчивости. Начав перекрывать этот повреждённый поток энергии, не стоило останавливаться, иначе был риск начать всё заново. А некоторые аномалии могли быть на редкость прожорливыми.

С разломами же всё обстояло иначе, поэтому залатывать их мне было значительно проще. Там важно было «ухватиться за края» и стянуть к центру, «склеивая» или «зашивая» края. У каждого была своя техника, и если работать в таком ключе мне нравилось, то с червоточинами предпочитал не связываться. Особенно с такими смержящими.

А Шен наоборот. Ему нравилась вязкая голодная структура аномалии. Он нередко шутил, что они так же прожорливы и ненасытны, поэтому могут понять друг друга. А зная монстра, которого породила червоточина, воздействовать на неё было проще простого. По крайней мере, для него.

Он облизал губы, закатал рукава и принялся нащупывать аномалию. Она «взвизгнула» как зверёк, когда он «ухватился». И если Брендан её почти не слышал, то мы с Шеном морщились и кривились.

— Накинешь?.. — попросил он, и я включился в процесс.

Рваные края и ненасытное нутро не самой большой червоточины всё равно требовали приличных усилий.

— Зато, пока есть такая фигня, у нас всегда будет работа, — радостно изрёк Шен.

Я и сам об этом задумывался не раз. Ведь монстров довить не так сложно, даже если они как Барабашка или Уолтер-Джек Тейлор. В чём-то опасные, но не бессмертные. Несколько крепких ребят со смекалкой и оружием могут разобраться с ними до обеда даже не вспотев. Но аномалии… Даже изолированные от воздействия людской энергии, всё равно будут расползаться. Медленно, но уверенно.

Когда червоточина после недолгих попыток сопротивления всё-таки схлопнулась, захотелось принять душ и отмыться. Радость от хорошо выполненной работы слегка смазывалась из-за излучаемого аномалией негатива.

Зато девочки вытребовали нам замечательный ужин, после которого мы расползлись по номерам отсыпаться. И если бы не необходимость определиться с последним заданием, я бы отрубился почти сразу. Но перед сном всё-таки открыл планшет и пролистал наскоро задачи. Хотелось выбрать максимально сложную, чтобы урвать побольше баллов, и максимально близкую, чтобы не тащиться далеко. Ведь если подобрать задачу близко, есть вероятность взять что-то дополнительно. А это принесёт ещё больше баллов.

Я листал задачки, сверяясь с картой, пока не увидел одну область, всколыхнувшую в сознании какие-то смутные ассоциации. И только приблизив карту, понял, что очень хотел посетить его при первой возможности.

Самые странные желания сбываются самым странным образом.

Один из островов, которыми владели Харрисы, подвергся нападению остроклыков. Тех долговязых сутулых собак с острыми как бритвы зубами и длинными как сабли когтями. А ещё — с длиннющими лапами, позволявшими прыгать на десятки метров.

Странно, но Линнея не сообщила о неприятностях на острове. Если монстры терроризируют семью или туристов, она могла бы упомянуть об этом. Мы, конечно, не лучшие друзья и не настолько откровенный друг с другом, скрывая некоторые детали биографий. Но всё равно выглядело это странно.

Я полез читать описание. Если верить заметкам, то пожаловался кто-то из туристов, не видя животное вблизи, но заметив его в бинокль на одном из «необитаемых» островов. Скорее всего, в той части, которую Харрисы придерживали не как коммерческую, и даже не как жилую.

Это проясняло ситуацию, но не сильно. Выбор этого задания мог оказаться проигрышным по двум причинам. Во-первых, потому, что никаких остроклыков там может не быть вовсе. Хоть Линнея и сказала, что в семье оборотней осталось трое: она, бабуля и дядюшка. Но это не исключало какого-то дальнего родственника, о котором ей не хотелось распространяться. Или же Харрисы просто держали тощих маламутов местного розлива и в ус не дули.

Если окажется, что так всё