Спасти поколение победителей! - Сергей Николаевич Зеленин Страница 147

- После завершению войны в Европе, «Аэрофлот» станет крупнейшей авиакомпанией в мире!

С серьёзным выражением лица полистав заранее переведённые на американский английский странички, сам задав несколько «наводящих» вопросов, «самый потрясающий йельский гангстер», со скучающей миной на словами потомков – «роже лица» в конце-концов ответил:

- Извините, господин Сталин, но мне это совершенно неинтересно.

При этом вид у него был как у выпускника к красным дипломом, которому предлагают вместо ВУЗа вновь поступить в первый класс начальной школы.

Тогда Вождь чуть помедлив, достал из стола и положил перед ним чистый текст договора-контракта на должность советника-консультанта Гражданской авиации СССР:

- Пишите любую сумму!

Тот удивился такой форме найма на работу, но всё-таки не «клюнул»:

- Дело даже не в деньгах. Я привык быть «первым пилотом» в компании, а не подтирать чьи-то задницы из кресла консультанта.

Удивившись сам в свою очередь, Вождь немного подумав развёл руками:

- Как у нас в России говорят: «На нет и суда нет!». Извините, что оторвал Вас от приятного «ничегонеделания» простого американского безработного, господин Трипп. Надеюсь это будет должным образом скомпенсировано посещением московских музеев, метро, Большого театра и прочих достопримечательностей столицы СССР…

Затем:

- …Ну а пока приглашаю Вас на семейный ужин в моё, увы - весьма скромное жилище. Я обещал дочери показать живую «акулу капитализма», прошу Вас не подведите!

Заокеанский «простой безработный» подивился простоте жилища Властителя «одной шестой части суши»:

- Вы – прямо как наш Авраам Линкольн, господин Сталин!

Отдав дань красоте хозяйке сталинского «ранчо» и грузинской кухне, уму её приёмной дочери, но особенно – грузинским же винам, американец несколько раскрепостился. До такой степени «ракрепостился», что когда они втроём (не считая бутылки вина, конечно) перешли для продолжения разговора в личный кабинет Вождя на втором этаже, он позволил себе положить ноги на стол.

Переводчик начал было возмущаться, но Сталин его успокоил знаком.

Понимая из «Послезнания», это вовсе не знак неуважения, а напротив – знак доверия высшей пробы, он последовал примеру гостя и заслужил одобрение:

- Вижу ты парень свой, Джозеф, значит с тобой можно иметь дело.

Естественно после этого отношения у них со Сталиным стали более доверительными - отчего и произошёл разговор словами потомков – «без галстуков».

Держа в руках недопитый бокал «Киндзмараули», Сталин чуть прищурил левый глаз:

- Я видел какое впечатление произвело на тебя состояние нашей коммерческой авиации, Хуан!

Тот, поставив на стол уже опустошённый сосуд, хмыкнул:

- Джозеф! Меня больше впечатлили твои планы насчёт «Аэрофлота» - крупнейшей авиакомпании мира.

В свою очередь чуть насмешливо на него глядя, хозяин Ближней дачи:

- Всему своё время, мой американский друг! В отличии от Соединённых Штатов, мы имеем соседями вовсе не Мексику с Канадой… А Германию во главе с Гитлером, от которого того и гляди случится какая-нибудь неприятная неожиданность. Поэтому сейчас у Советского Союза – самая многочисленная военная(!) авиация в мире. А когда Гитлер сломит себе шею…

Сталин поднял вверх указательный палец:

- …А он обязательно сломит себе шею!

Чуть помедлив:

- Мы все силы бросим на коммерческую авиацию и тогда ты, Хуан, перестанешь улыбаться.

Он допил вино и поставил бокал на стол.

Впрочем, с лица его гостя уже сдуло улыбку. Слегка недоверчиво:

- У России – самая многочисленная военная авиация, Джозеф? Это сколько же всего машин?

Не вдаваясь в скучную статистику, лучший друг советских авиаторов сделал большие глаза:

- У нас столько много самолётов, что для них не стало хватать бензина и опытных лётчиков. Поэтому не так давно было принято решение сократить ВВС до разумных пределов – пять, пять с половиной самолётов всех типов.

- Wow!

С сомненьем на лице глядя на американского бизнесмена, он поинтересовался:

- Ты – джентльмен, Хуан?

Тот слегка выпятил грудь:

- Конечно, Джозеф!

- Я не сомневался.

Перейдя на доверительный шёпот, Сталин с загадочным выражением лица:

- Если дашь слово, что всё сказанное мной останется между нами хотя бы до следующей осени, то я расскажу тебе и об своих планах относительно Военно-воздушных сил…

«Любопытство и кошку сгубило» и, Хуан Трипп дал слово джентльмена. Достав ещё одну стопку документов – уже на русском, карты и фотоснимки, Сталин рассказал про свою задумку с Воздушной армией особого назначения (ВАОН)… Правда не особенно то доверяя «джентльмену» латиноамериканского происхождения он несколько напустил «туману», заявив что действовать она будет из Крыма:

- Отсюда мы будем держать «под колпаком» черноморские проливы, восточную часть Чёрного моря и всю южную Европу вплоть до Италии!

Это входит в план дезинформации Командования Люфтваффе, целью которого – накануне дня вторжения, оттянуть как можно больше истребительной авиации на юг. В переписке с военным атташе в Берлине Борисом Шапошниковым, Сталин тоже – нет, нет – да и упоминал об «авиационном кулаке», собранном в Крыму. И мол собран он вовсе не против III Рейха, а против…

Турции!

Против Турции, с которой не так давно возникли очередные разногласия насчёт Проливов.

«Шила в мешке» как известно не утаишь. Но можно убедить, что его остриё направленно не против вашей девственно гладкой задницы – а против соседской.

У «акулы капитализма» отвисла челюсть:

- Две тысячи боевых самолётов…

Сталин охотно поддакнул:

- Да, да – именно две тысячи. Из них двести пятьдесят – четырёхмоторные бомбардировщики, способные поднять в воздух по три тонны бомб…

И слегка пренебрежительно:

- …Вам в вашей Америке и не снится такая мощь.

Хуан Трипп словами потомков – «стал за@упаться»:

- Моя Америка способна произвести и больше самолётов! Компания «Боинг»…

Похлопывая его по плечу, Вождь покровительственным тоном прервал разглагольствования:

- Не сомневаюсь, мой безработный американский друг. И знаю, что компания «Боинг» готова к производству четырёхмоторных «Летающих крепостей»…

Вновь указательный палец в потолок:

- …Но вы отстаёте от нас по крайней мере на год. Особенно в плане организации боевой деятельности воздушной армии. Поэтому американская стратегическая авиация обречена проходить то, что советская уже забудет – перейдя на новый этап.

Глядя на набычавшего «американского друга», Сталин на правах гостеприимного хозяина разлил вино по бокалам и чуть пригубив из своего, молвил с грустью:

- И вот это – очень плохо, товарищ безработный американский миллионер.

В свою очередь сделав глоток, последний спросил:

- Чем же плохо, Джозеф?

-