Фантастика 2026-158 - Максим Арх Страница 127

Почти у выхода со склада, в стороне от основных стеллажей, стоял большой фанерный ящик, обшитый по углам металлическими уголками. Выглядел он массивно и основательно, не чета картонным коробкам. На крышке чёрным трафаретом было выведено: «Индивидуальные рационы питания повседневные ИРП-П-1, 40 комплектов, вода, дата упаковки…» дальше надпись оказалась смазана и неразборчива.

Сергей, увидев это, сразу оживился, усталость как рукой сняло:

— А ну-ка, откроем! Еда там или что? Я уже забыл, когда в последний раз ел что-то кроме каши с тушёнкой.

Он сходил в гараж и почти сразу вернулся оттуда с монтировкой в руках. Вставил её под крышку и надавил. Гвозди с хрустом вышли, подняв фанеру. Внутри, в несколько рядов, аккуратно лежали пластиковые контейнеры защитного цвета и прозрачные бутылки с водой.

Я взял одну из бутылок — на этикетке значилось: «Вода питьевая, негазированная, высшая категория», и дата розлива — 2024 год.

Принялись рассматривать пайки. Это были армейские «сухпайки». На каждом подробный состав и срок хранения. Большинство было упаковано всё в том же 2024 году. Срок годности — пять лет.

Открыл паёк. Внутри оказалось несколько отдельных упаковок: тушёная говядина в мягкой фольге, гречка с мясом в таком же пакете, галеты в жёсткой коробке, маленькая баночка джема, сахар в бумажных пакетиках, соль, чай в пакетиках, пластиковая ложка и вилка, бумажные салфетки и даже маленький пакетик с влажными салфетками.

Галина Ивановна, заглянув через плечо, всплеснула руками:

— Господи, да тут целый обед! И как аккуратно всё уложено, даже ложка с вилкой отдельно есть. Никогда такого не видела.

Недоверчивый напарник с сомнением потрогал пакет:

— А их можно есть? Не испортились?

— А почему бы и нет? — задал я риторический вопрос, вскрывая один из пакетов. — Герметичная упаковка, плюс современная для моего времени стерилизация. Уже давно известно, что если внутри вакуум или инертный газ, то бактерии не размножаются, а значит и портится продукты не будут долго. К тому же, при употреблении пищи, нужно всегда использовать старую народную мудрость. Знаете какую?

— Нет, — замотали головами все трое.

Я сделал серьёзное лицо и зловеще произнёс:

— Если вскрыли и нормально пахнет, значит можно есть.

Секундная пауза… и народ заулыбался.

— Так давай проверим, — предложил напарник.

— Давай.

Взял в руки банку с тушёнкой, потянул за кольцо и крышка легко поддалась. Запах пошёл нормальный, мясной, без кислинки и посторонних нот. Достал из пакетика пластмассовую вилку и аккуратно попробовал кусочек — вкус как у обычной тушёнки, только без лишних специй. Мясо довольно мягкое и жира не так уж и много — в меру.

Передал Сергею. Тот понюхал, вновь осмотрел банку со всех сторон, а затем смело отправил порцию в рот. Прожевал, после чего закрыв глаза от удовольствия, произнёс:

— Вкуснота…

Анна взяла в руки пакетик: гречка с мясом.

— Смелее! Открывай! Не бойся — не укусит!

Девушка вскрыла упаковку. В этот же момент запах пошёл такой аппетитный, что у всех, даже у меня, потекли слюни.

Мы непроизвольно переглянулись, и я предложил устроить импровизированную дегустацию прямо здесь и сейчас, после чего открыл ещё один сухпаёк.

— Ну, теперь мы точно не пропадём, — довольно жуя произнёс Кудрявцев. — Тут еды на месяц, а то и больше, если растянуть. И, какое-никакое, разнообразие, что нам не помешает.

Я согласно кивнул. Это была не просто еда — это был стратегический запас, который позволял нам не отвлекаться на поиски продовольствия ещё достаточно долгое время.

Пока ели, я оглядывал склад, и невольно задумывался о том, как всё странно сложилось. Я ведь попал сюда из 2025 года случайно, никто меня не посылал, никто не готовил. Просто оказался в лесу между Гомелем и Смоленском в апреле 1942 года с бункером и беспилотниками. Первое время было очень страшно. Но потом я встретил Сергея — младшего лейтенанта, такого же молодого, как я сам, только из этого времени. Потом нашли Галину Ивановну с детьми, спасавшихся от оккупантов. И пса Шарика с кошечкой Принцессой заодно. И вот сейчас, глядя на них — Сергея, довольно жующего галеты, Анну, смеющуюся над чем-то с матерью, Ваню, уплетал очередную порцию галет, — я понимал: без них я бы не справился. Техника — это хорошо, но без людей, без тех, кто готов в трудную минуту подставить плечо и помочь всем, чем только можно, она просто железо. Мне повезло. Очень повезло. И теперь, когда мы наконец раскопали этот склад, у нас появился реальный шанс не просто выживать и проводить небольшие беспокоящие врага операции, а бить его по-настоящему — по-крупному.

Доели и собрали пустые упаковки в один пакет, чтобы потом выбросить.

Хозяйственная и практичная Галина Ивановна, предложила:

— Ребята, давайте не тащить все найденные пайки сразу на наш продовольственный склад. Оставим их пока здесь. Тут сухо, достаточно прохладно и продукты не испортятся. А мы с Анечкой потом, когда там всё до конца рассортируем и посчитаем, сами перенесём по мере надобности.

Никто возражать не стал: там так там — какая разница, лишь бы цело было.

Аккуратно закрыли ящик фанерной крышкой и на всякий случай придавили её сверху парой лежащих возле стены кирпичей — чтобы мыши не залезли.

«Хотя откуда здесь мыши — бетон и металл кругом», — подумал, укладывая очередной кирпич, я, но дело было сделано.

На том ужин и закончился.

Сергей тяжело поднялся с ящика, на котором сидел, размял затёкшую спину и повернулся ко мне:

— Ну так что будем делать? Отдыхать? А завтра с утра, на свежую голову, начнём изучать большие эти самые, как их там… окто…

— Октокоптер, — подсказал я, тоже поднимаясь.

— Ага, они самые. Так значит, ими займёмся прямо с утра?

— Не совсем так. Думаю, сначала нужно будет проверить заряд всех найденных аккумуляторов и разобраться с ретрансляторами. Потому что, как я тебе уже как-то говорил: без связи дроны далеко не летают, даже при наличии больших ёмкостных батарей. Нужна устойчивая связь на большом удалении, иначе вся мощь не раскроется. А эти шары-ретрансляторы позволят нам уходить за горизонт и при этом сохранять управление.

Ваня, который уже собрался было идти в свою комнату, остановился и, подняв голову, спросил:

— Дядь Коль, а можно мне завтра посмотреть, как собирают большой дрон?

Я посмотрел на его горящие глаза и улыбнулся:

— Почему бы и нет. Как соберёмся, так